Далёкие миры. Дилогия (СИ) - Скляренко Алексей - Страница 115

-Прорвёмся ребята,- Макс говорил для всех и для ясности немного расширил свой ответ: -Как видите,-кивнув при этом на экраны заменяющие в этом помещении потолок и верхнюю треть стен: -Тут два астероидных пояса и где-то в них нам нужно найти убежище для "Шёпота ночи". Прячем его и в путь. Несмотря на краткость, он сказал почти всё, в план по аграфской базе народ пока не посвящали. Рано и неясно, пойдут ли туда и спокойно допив свой кофе Макс откланялся. Пора было в довольно надоевшую медкапсулу и, уже укладываясь в неё, нейросеть отрапортовала о, почти, завершённом обучении. Не уточнив при этом обычно отмечаемый ей процент остатка. В учебный процесс провалился привычно, с полупотерей сознания, с отмечаемыми на грани восприятия массивами чужих знаний насильно загоняемый в мозг, непривычным было пробуждение.

Очнулся от голоса Чена, почему-то в своём галографическом облике, стоящим около его открытой медкапсулы и в пустом медотсеке. Машинально бросив взгляд на время отмечаемое нейросетью, Макс удивился, с момента начала процесса учёбы прошло около пяти часов. Ничего хорошего в голову не лезло и первое что он спросил: -Что случилось? Появление Чена в полном параде, да ещё и ночью, когда нормальные люди, или искины, спят, что-то должно было значить, но ответ Чена напустил туману в его не совсем проснувшуюся голову. -Не переживай, ничего страшного и никаких архов. Просто, эта та система и ты должен это увидеть. Спорить с искином не в себе, Макс не стал и одевшись, прошли в его каюту, где уже висело в обычном месте объёмное изображение системы. Убедившись, что Макс устроился в кресле, Чен, немного в стороне повесил ещё одно, немного похожее, но довольно сильно отличающееся от искомого и медленно, с поворотом, совместил их.

Совпало не полностью, процентов на сорок и видя, что он не врубается, Чен пояснил: -Разница в них, десять тысяч лет и где то тут,-луч лазера упёрся в участок дальнего астероидного пояса: -В этом районе спрятан мой корабль.

Глава 2.

Прошедшие тысячелетия плохо сказались на окружающем, каким его помнил Чен, во время ухода отсюда с командором Тхат Мрогом на малом разведчике. Изменилась конфигурация астероидного поля, проходы к нему, но десяток больших камней, с некоторой натяжкой можно сказать, планетоидов, по прежнему плыли в окружении своих более мелких попутчиков. На корабле, среди сплочённого коллектива, скрыть ничего невозможно и новость, о поиске чего-то в этой мешанине разнокалиберных камней, уже разнеслась по его коридорам. Конкретно что, знали только командиры подразделений и пилоты рубки, выгнанным из лётных доков пилотам штурмовиков была поставлена задача на облёт больших астероидов и поиск на их поверхности провалов и каверн. По информации древнего искина, именно в таком месте было устроено убежище для "Элона", как на языке Джоре назывался дальний рейдер. Каким образом, донельзя взволнованный Чен, не выходивший из своего видимого галографического облика и в нём присутствующий в рубке, обещал объяснить позже, после поисков, удачных или нет.

Последний вариант не откидался, оставшийся на корабле за старшего, искин, в звании киб- капитана, по тогдашнему протоколу флота был обязан сообщить его штаб о не вернувшемся вовремя экипаже. Насколько Чен помнил, срок этого ожидания не превышал пяти лет. "Шёпот ночи" не стали тащить в эту тесноту, оставив его на границе астероидного пояса и всю работу делал "Игл" и девять штурмовиков: четвёрка "Урханов" и пятёрка "Рапторов". То есть все оставшиеся живыми ударные силы. "Игл", в мешанину обломков не лез и подходя к следующему объекту зависал в некотором отдалении от него, с одновременной передачей кодовых сигналов: одного на опознание минным полем, десять тысяч лет тому размещённым недалеко от убежища, второго, и этот сигнал был основным, на опознание типа свой-чужой. Сигналы передавались без остановки, на всех выданных Ченом диапазонах, но пока безрезультатно.

***

Главный искин рейдера серии "Вики", зарегистрированного в имперском флоте под названием "Элон", последнюю тысячу лет пребывал в спячке, изредка приходя в полноценное функционирование, нужное для проверки состояния вверенного ему корабля, и всё это из-за жёсткого режима экономии энергии. Как и весь корабль, погружённый отдельными узлами в локальное стасис поле, основной пожиратель энергии. Постоянно бодрствовала только отдельная сторожевая программа искина, завязанная на размещённые на поверхности планетоида наружные датчики, или, по другому, небольшие антенны. Они-то и донесли до киб-капитана, за прошедшее время ставший уже подзабываться, сигнал опознания возвращающегося командора. Приведя последнего, вместо радости, в состояние смятения. Свои функции разумный искин не потерял и подсчёт проведённому в этой системе времени вёл, и даже долгоживущие Джоре, столько лет не могли существовать. Учитывая и различные способы его продления.

Сигнал опознания исходил от сравнительно небольшого корабля незнакомой конструкции в сопровождение девяти меньших обыскивающих астероидное поле. И эта незнакомость, и оба сигнала: один предназначавшийся ему, а второй на дезактивацию давно уже куда-то оттеснённого постоянно движущимися камнями минного поля, заставляли задуматься, пропустить мимо убежища эту поисковую группу. С одной целью: разбудить пребывающих в стасисе боевых андроидов и, насколько это возможно при одном работающем реакторе, приготовить рейдер к взрыву. Бессмысленность такого существования и невозможность что-то изменить, поначалу мешал протокол флота, а потом отсутствие энергии, уже давно угнетала его кибер команду и, где-то тысячу лет назад, решение на самоуничтожение было принято совместно. Возможно, этот случай наступил, но, по любому, каким бы путём не достались захватчикам эти коды, на вопрос о судьбе командора они ответят, перед взрывом конечно. Команда андроидов, работоспособность которых сохраняли в стасисе как раз для такого случая, заставят это сделать.

***

Десять часов напряжения и ничего, обследовав все сколь либо значащие по размерам и форме астероиды, никаких полостей или пещер в них не обнаружили. Бодрое, поначалу, настроение в рубке, с ожиданием чего-то нового, постепенно спадало и вопрос Зорга: -Что дальше, куда прокладывать курс?- на какое-то время повис в воздухе, до высказанных Шенком мыслей вслух: -Давайте посчитаем, что этот корабль есть и спрятан где-то тут, где мы уже десяток часов топчемся, и поставим себя на место его разумного искина. На последних словах, старый пилот вопросительно глянул на внешне спокойного Чена и, дождавшись подтверждающего кивка по поводу разумности, продолжил: -Что он подумает, получив по прошествии бездны времени код своего капитана?- и заметив понимание на обращённых к нему лицам, подтвердил: -Что какой-то самозванец, неизвестно какими путями раздобыл код и теперь подбирается к его кораблю,- и без перехода обратился к Чену: -Определи как-то себя, хотя бы файлом гибели своего командора и краткой инфой о нас, ничего ведь не теряем. Не будет ответа уйдём.

Внешне держащий невозмутимость, но внутренне переживавший неудачу, Чен согласно кивнул головой и завис на десяток секунд, после чего доложил: -Всё, отправил, ждём. Разговоры в рубке стихли и тишина с каждой секундой становилась всё более тягучей, выматывающей последние нервы. Это как у ребёнка ждавшего обещанную конфету и, в итоге, ожидающего когда же её отыщут. Макс, да и наверное все в рубке, отмечал по табло нейросети утекающие секунды, потом минуты и, только на восьмой, когда казалось что всё потеряно, ошиблись, в динамиках рубки раздался прерывистый звук низкого тона. -Доступ разрешён, сработало,- с облегчением в голосе доложил Чен. И Макс, наблюдавший на одном из экранов, как позади них, на большом и давно обследованном ими астероиде зажглись разнесённые треугольником огни, который раз подумал, что древнему искину, с его человеческими эмоциями, не хватает тела.