Далёкие миры. Дилогия (СИ) - Скляренко Алексей - Страница 92

И как это не обидно за потерянное время, подтвердилась правота Чена, незадолго до выхода из гипера сделавшего прогноз о бесполезности поисков закладки. Трёх суточная проверка рейдера закончилась ничем, если не считать выявления мелких неисправностей обнаруженных паучками-диагностами.

Искали хорошо и везде, но зря, никаких посторонних предметов, или заложенных под реакторы зарядов не нашли. По мнению Чена, и исходя из его основной профессии, закладка может быть заводской, непосредственно в ядре искина. Что-то наподобие земного компьютерного вируса ждущего команду извне.

Короткий, неуловимый непосвящённому код по гиперсвязи и искин всё сделает сам, программа самоуничтожения корабля в прошивке его ядра. Это они упустили, не пришла вовремя умная мысль о запасном и теперь, как школьным двоечникам, остаётся только надеяться на ошибочность их опасений.

По рассчитанному в штабе маршруту, проложенному по интересующих его системам, они шли в малопосещаемом участке пространства, в так называемой нейтральной зоне. Состоящей из непригодных для освоения систем, таких как эта, с её молодой белой звездой, выдающей переходящий в голубой спектр излучение и тремя выжженными безатмосферными планетами.

Причины этого решения даже и не пытались выяснить, приняв его как данность и надеясь что противная сторона тоже не видит смысла в посещения этих мест.

А для стоящей перед ними задачи, самое место для пробных разгонов, без астероидных поясов и скоплений космической пыли. На выбранной для этого трассе пилоты штурмовиков не мешали, на весь рабочий день удалившись в отдалённый уголок этого мрачного мира.

В их случае, надо было проверить совпадение векторов тяги обоих кораблей и выбрать режимы работы двигателей. Пилотской частью разгона занимался Шенк с Зоргом, каждый на своём корабле, инженерной Фош, в виду занятости Зинта на жилом комплексе, на обоих кораблях.

Сложность задачи заключалась в различной мощности двигателей, даже на столь небольшом расстоянии своих осей, создающих реактивный момент, сбивающий рейдер с направления разгона. Компенсацию этого момента и пытались поймать, опытным путём подбирая тягу.

Для лучшего взаимодействия, с помощью Чена, объединив в кластер оба искина и устранив нестыковку их протоколов. В итоге, командным, оказался искин с «Игла», бывший два поколения моложе, а значит, совершеннее своего рейдеровского собрата.

Получив от этой связки возможность из рубки «Игла» отдавать все команды.

По поводу этого мелькнула мысль и пока она не потерялась, забывшись в мелочных проблемах, Макс уточнил у Чена:

— Я так понял, что теперь мы можем уйти в прыжок командуя с крейсера, или нет?

До этой минуты будучи абсолютно уверенным в невозможности такого. Ухода корабля в прыжок, без присутствия на его борту хотя бы одного пилота. Об этом и говорил основополагающий закон Содружества, так же записано и во всех пилотских базах знаний.

Ограничение, появившееся после бунта искинов и ограничившее их уровень разумности, но, тем же, лишившее Содружество возможности иметь транспортные корабли управляемые только искином, без участия человека.

Потеряв возможность скинуть на их виртуальные плечи довольно скучную работу, где больше девяноста процентов времени проходит в гипере, практически в безделье. Так уж устроены эти миры, что без грузопотока между ними никак, и из-за этого запрета приходится держать на грузовиках полноценные экипажи.

Ответ Чена совпал с его мыслями:

— Согласен с тобой. Будет безопаснее, если в момент ухода в прыжок и во время его, основная масса экипажа будет находиться на «Игле». Небольшие неудобства для вас, но так будет безопаснее, для этого и настраивал кластер искинов.

Слова Чена немного озадачили Макса, заподозрившего его в чтении мыслей, но только на мгновение, сразу же откинув их в сторону. При их тесном контакте абсолютно неважно, научился или нет, а дополнительный шанс сохранить экипаж, это в тему. На всякий непредвиденный случай.

Вечером на ужине, когда все уже вернулись на рейдер и в кают компании громко обменивались дневными впечатлениями, Макс собрал командный состав. Результаты дневных тренировок он знал, искин рейдера, в режиме онлайн, отслеживал все переговоры.

В Содружестве, в той его части, где они успели побывать, ругаться не умели. Ну, помянут «ящера» недобрым словом, или вездесущего «харша», всё довольно уныло и скучно. Так что, наша сочная и многообразная ненормативная лексика пришлась ко двору. Поделились, не жалко и даже бесплатно.

И сейчас, наставники пилотской команды, майоры Трейм и Хесли, материли наших, только что получивших допуск пилотов. Получалось довольно коряво на языке Содружества, типа мастера погрузочной площадки на земной работе, Ильяса Мавлюдовича, всю жизнь прожившего в России, но иногда изъясняющегося перлами, типа:

— Эй, Вы, трое! Идите оба сюда!

Что-то похожее, но в ругательном смысле звучало из уст Трейма.

После полётов, Трейм заходил к Максу с докладом о успехах и проколах первых тренировочных дней, отягощённых довольно усложнившимися условиями. Приходилось отрабатывать взаимодействие двух звеньев «Урханов» с десяткой «Рапторов», машин разных классов и огневой мощи.

Для этого пришлось разделиться: Трейм взял на себя «Рапторы», а Хесли четвёрку «Урханов». Поделили и ветеранское пополнение: троих на тяжёлые штурмовики, остальных к Трейму.

Вот этим слаживанием и занимались двое суток, гоняя земных стажёров, выучивших базу, но не имеющих практического налёта, навыков держать строй, не то что осмысленно драться.

Пока результат удручал, не получалась атака группы, стажёры, тормозившие с выполнением команд, не успевали за ветеранами. В итоге, из всего этого выходил большой бардак, куча мала, мало похожая на групповую атаку.

По виду Ника, понимавшего важность этого, было понятно, что раздосадован, даже очень, но гарантию, что за четыре дня управятся, натаскают всех до приемлимого результата, давал.

Глава 19

Собрались как всегда в капитанской каюте: основной командный костяк и от ветеранов Шенк и Фош. За прошедшие месяцы притёрлись друг к другу, образовав кружки по интересам и несмотря на разницу в возрасте, и опыте, просто сдружились.

Корнев сам стремился к такой атмосфере в экипаже, а с появлением в команде кока и домом запахло. С уже любимыми напитками и немудрёными лакомствами камбуза, что можно было изобразить из местных продуктов. Всё как обычно в таких посиделках: кто, что-то пил, кто негромко разговаривал с соседом.

Но, его негромкую фразу услышали все, настолько она их поразила:

— Планируйте, что во время прыжка на рейдере остаётся только команда рубки и то в урезанном минимальном составе. С завтрашнего дня, прямо во время калибровки тяги, все перебираемся на крейсер, где благодаря Йоргу теперь достаточно места, — и повернувшись к Петру распорядился:

— Это на тебе и за три дня нужно закончить. Йорг завтра будет отсутствовать, летит со мной на развёртывание ретранслятора гиперсвязи, так что, если имеешь к нему вопросы, решайте сегодня.

— Для чего это? — Не понявший приказа Синцов, недоумённо смотрел на него.

Отвечать не пришлось, причину прояснил Фош. Из всех присутствующих, единственный, уловивший истинный мотив этого распоряжения:

— Удалённое управление, искины работают паралельно и можно управлять рейдером из рубки крейсера, а её команда на всякий непредвиденный случай. Тем более, это самое защищённое место на любом корабле. Разумная мера, особенно сейчас.

Зорг с Шенком, одобряюще кивнув головами, как видно, поняв преимущество его задумки добавляющей шансы на выживание.

Ещё бы не мешало просчитать запуск активной защиты «Игла» во время прыжка, хоть в локальном варианте, в плоскости касания кораблей. Изолировать их локальным силовым полем, но тут решение за инженерами и пока этот вопрос не горит. Сначала синхронизация тяги.