Подмена (СИ) - Мудрая Ирина - Страница 27

- Думаешь, это он? – я обернулась к Гильде, старушка хмурилась.

- Я не знаю, Атира. Мало ли путников со шрамами ходит.

С трудом выдохнув, я уставилась на огонь невидящим взглядом, мысленно переносясь в прошлое.

Поместье осталось позади, наконец-то окончательно и бесповоротно. Прощаться было не с кем, прежняя жизнь исчезла. С братом мы распрощались еще в целительском крыле. Получив полную ведьмовскую силу, я без труда смогла завершить ключ-амулет сделанный из «духа волка». Изменив потоки поглощаемой силы, смогла запечатать сущность волка, замкнув звериную магию на человеческой сути Леннарта. Моя магия больше не была необходима ему, для амулета хватало и света луны. Что в ночи полнолуния делал зверя сильнее, но теперь амулет перенаправлял эту силу под контроль человеческого разума. Леннарт был поражён моей магией, сказать по правде, я и сама удивлялась ей.

С сестрой я попрощалась мысленно, не имея возможности обнять её. Было трудно принять это, Вигдис была моим утешением, моим миром много лет. Я любила эту девочку нежно и трепетно, для меня она всегда останется милой малышкой, доброй и ласковой. Гадкое чувство в душе, словно я предаю её, разъедало изнутри, но ничего нельзя было поделать. Это было одно из условий альфы, что давал мне, пять лет свободы.

За годы свободы, я должна овладеть силой, что бы вернувшись назад служить клану. Не думаю, что Ульф под словом «служба» подразумевает помощь во взращивании урожая, лечении скота или жителей наших деревень. Скорее всего, это личное служение главе и его семье. Альфа неистово желает удержаться на своём посту, но стул под ним уже шатается. Хотя договор заключенный с черными волками пока и держит его на плаву. Но в будущем, кто знает, как сложится жизнь. Поэтому, немного ослабив поводок, что висит на моей шее и за который так отчаянно держится Ульф, он проявил верх «великодушия», на которое был способен, и отпустил меня в дальнюю деревню.

Покидать владения семьи Фолке пришлось на закате. Моё счастье было столь велико, что я с радостью согласилась ехать верхом, а не в повозке с бабулей Гильдой. В клане объявили о моей смерти, но были и те, кто не верил в это. Ведьма это влияние, многим хотелось владеть такой силой. И что бы моя смерть стала более правдоподобной, пришлось состричь свои длинные волосы, отдав их для сожжения. Я гордилась ими, и когда они едва достигали подбородка, у меня не было возможности носить гребень отца, что сильнее всего и огорчало. Ведь я никогда не снимала его, прочно закрепляя в локонах. Без него же я чувствовала себя словно голая, мне не хватало его тяжести.

Но не смотря на мелкие трудности мы в кратчайшие сроки выдвинуличь в путь. Серый мужской костюм скрыл девичью фигуру, а потёртая шляпа с широкими полями и заношенный плащ, довершали образ бедного парнишки-полукровки. Никто и не догадается искать меня среди сопровождающих повозку, если таковые будут.

Кони ржали гарцуя на месте, небо окрасилось в оранжевый, вечер, время весьма неподходящее для путешествия. Но не смотря ни на что, нам нужно было добраться до деревни, где жила Гильда. А уже оттуда мы отправимся в добровольную ссылку подальше от земель воинов. Я лихо вскочила на гнедую лошадь, самую спокойную из всех. Четыре всадника и повозка, медленно двинулись в путь. Рядом с Гильдой сидела молодая служанка, она весело болтала о жизни в поместье, расспрашивая бабулю обо всём на свете.

Гильду знали многие, её целительский дар достался ей от отца. Мать была слабой полукровкой, но сама Гильда обладала великолепным звериным чутьем и силой отца. Её почитали в клане, пока не настал тот роковой день. Нападение рурвов принесло немало горя и боли, ей и всем жителям клана. Тогда она вылечила многих, и в итоге выгорела спасая своё дитя. Немало лет прошло, но слава о её делах, бродит среди жителей клана и до этого дня.

Ничего не предвещало беды и неприятностей. Навстречу не спеша двигался отряд воинов. Обычное дело, воины всегда ходили в дозор. Но не в этот раз. Здоровый оборотень грубо потребовал остановиться. Мужик что правил повозкой попытался возмутиться такому приказу, но воин просто скинул того на землю. Сопровождающие повозку полукровки спешившись отступили в сторону, ожидая развития событий. Мужчина рывком откинул полог, и до половины сунулся в повозку. Служанка завизжала, когда её силой вытащили наружу.

- Она? – пробасил воин, запрокинув девушке голову и повернул её в сторону ожидающих оборотней.

На них были темные плащи и накинутые капюшоны, рассмотреть лица в сумерках очень трудно. Но голос, который ответил, грубому здоровяку, я узнала. Сердце ёкнуло и заколотилось. После пробуждения я решила, что выдумала всё связанное со Сверром, действие яда и лихорадка просто помутили мой разум. Ведь не мог же мой враг, добровольно поцеловать меня. Поэтому старалась не думать о нём, и не спрашивала у Леннарта об этом, стыдясь своих мыслей. И внезапно услышав его голос, заволновалась. Было страшно поднять глаза.

- Нет. – коротко ответил Халдор.

Здоровяк, как я его мысленно окрестила, потянулся за бабулей, и рывком вытащил и её. Я дернулась к ней, но сдержалась. Что-то мне подсказывало, что Сверр искал меня. Зачем? Кто знает, я знавала его жестокость, и потому предпочитала держаться подальше.

- А эта? – прогудел двуликий. Остальные воины захохотали, над шуткой здоровяка.

Оборотни прекрасно видели в темноте, потому он не мог не знать, что Гильда, совсем старая. Помня об остром зрении воинов, я натянула полы шляпы пониже, скрывая лицо.

- Нет. – рвякнул голос. – Осмотри повозку!

Шум и грохот противно резали слух, в тишине быстро сгущающихся сумерек, и как мне показалось, через целую вечность здоровяк пробасил.

- Пусто.

- Уходим. – гаркнул оборотень.

Приказы, отданные им, исполнялись беспрекословно. Воины зашуршали плащами, а мы снова отправились в путь. Потрепанный извозчик, угрюмо смотрел вперед. Оседлав уже довольно нервную лошадь, что напугано гарцевала на месте, оглянулась в сторону воинов. Не зря говорят, любопытство кошку сгубило. Сверр Халдор стоял довольно далеко, но его светящийся взгляд прожигал меня, даже на таком расстоянии. Поспешно отвернувшись, со страхом опустила голову.

Что если он узнал меня? Но ведь расстояние довольно большое. Или может он просто следил за повозкой? Эти вопросы тревожно крутились в моей голове. Я напряглась, ожидая, что нас кто-нибудь окликнет и остановит. Но нет, ничего не происходило, повозка мерно поскрипывала, а копыта тихо цокали о редкие камешки, что попадались на дороге. Спустя час пути я расслабилась.

Вечер был истинно летним, от жары волосы под шляпой взмокли. Сорвав её с головы, растрепала свою короткую гриву рукой. Приятный ветерок дул в лицо, и я наслаждалась лёгкой прохладой. Но внезапно тишину разорвал волчий вой, завертев головой, попытаясь понять с какой стороны доносился звук. Но понять, что происходит, возможности не было.

Кобыла которая тащила повозку, взбесилась и бешено рванула вперёд. Пришпорив свою, я помчалась ей вслед. Погонщик тщетно пытался вразумить перепуганное животное. Что казалось, только больше сверипело от этих тщетных потуг, мотнув головой, кобыла вырвала вожжи из его рук. Я не могла ничего сделать, наши сопровождающие бестолково гнали рядом не решаясь что-то предпринять. Их трусость могла стоять Гильде жизни. Направляя лошадь, подъехала ближе, бестолковая скотина, не давала мне к себе прикоснуться и рванув в сторону, она припустила еще быстрее.

На пути у обезумевшей лошади возник человек. В сгущающихся сумерках было плохо видно, но мне показался знакомым его силуэт. Безумное животное неслось прямо на него, отчего я была напугана и растеряна. Почему он не спасается бегством? Но вот незнакомец запрыгнул на движущуюся лошадь, и дернул её за вожжи, останавливая.