Тропою испытаний. Чужой мир (СИ) - Прикоп Сергей Геннадьевич - Страница 21

 Заплатив целый раунт стражникам, чтобы те пропустили припозднившихся путников в город, они наконец добрались до дворца. Дворцовые стражи тоже не горели желанием впускать внутрь незнакомую дворянку с челядью, но как только баронесса Элетар предъявила письмо своего отца с родовой печатью, лейтенант тут же велел их пропустить. Ее спутники, баронеты из соседних баронств, уже встретились с сиром Вагрантом и передали черные вести. Не забыли они и предупредить, что баронесса Элетар также скоро приедет во дворец.

 Любопытная дворцовая служанка все пыталась разговорить усталую и злую баронскую дочку, пока застилала ей кровать свежим бельем. Наконец Далли заметила это и, сунув любопытной тетке тарл, выпроводила ее за дверь. Вместо нее пришел хмурый паренек лет четырнадцати, кажется, ее сын. Молча сделал все необходимое и ушел, не взяв и тарла.

 Встав неприлично поздно, и не отдохнув толком, баронесса Элетар была вынуждена быстро приводить себя в порядок и идти на прием в Малый зал Торжеств.

 Естественно, на приеме был и этот хмырь Ортен. Незаметно остановившись недалеко от группы молодых дворян, возглавляемой принцем Рингарром, она услышала все подробности их разговора. И до последнего надеялась, как дура, что виконт не будет трепать своим мерзким языком о произошедшем в его карете. Но он рассказал. Все гоготали как гуси на лугу. Все, кроме маркиза дерр Лостер. Возможно, ей показалось, но он скорее посочувствовал ей, чем смеялся.

 В этот момент она сорвалась, совершенно не думая об последствиях такого поступка и нарушив почти все правила приличия, от души врезала подлецу по его роже!

 Провожаемая насмешливым хохотом его дружков, который колол ее спину как острая булавка, она шла куда-то, пока не уперлась в старого графа Стральм-Тура, ее сюзерена. Старик не стал ее учить жизни, хоть и видел все представление, устроенное ею. Лишь тихим голосом осведомился, все ли в порядке и не нужна ли помощь. Благодаря графа, она краем глаза заметила сира Вагранта, направляющегося к ним.

 А дальше произошло то, что произошло. Сир Вагрант обрушил новости на растерянных дворян, и мир, казалось, пошатнулся под ней.

 Похоже, теперь графство Стральм-Тур обречено. Пока здесь все не передерутся за власть и посты, помощи от короля ей и ее дому не дождаться.

За что же бьется сейчас ее отец и ее братья? За кучку тех идиотов, обсуждавших ее пять минут назад?

 И, когда казалось, что надежда потеряна, вперед вышел он.

 ***

 - Господа! Сыны и дочери славных родов Арра! Мужайтесь! Пришел час тяжелых испытаний, да!.. Но только от нас, дворян, зависит, как королевство преодолеет вставшие перед ним трудности.

 Маркиз оглядел смотрящие на него лица дворян. Растерянность, недоверие, страх. Рингарр станет королем! Иначе его планам - тарл цена.

 - Я и принц Рингарр росли вместе, и все вы это знаете. Его отец... Его отцом был героем нового времени, Первым рыцарем Арра, Аббрином Великим! Его матерью была прекраснейшая из принцесс запада, Илэйн из славного рода королей Деллхара. Он еще раз обвел взглядом внимающих ему людей. Похоже, настрой этой толпы все же удалось поменять.

 - Кем может быть сын великого короля и прекраснейшей королевы? Только королем, великим королем! Он продолжит славное дело своего отца, пускай даже без короны, которая, если разобраться, лишь золото и магия!

 Тут он встретился взглядом с неведомо откуда появившимся архимагом, и чуть не сбился. Серые глаза дерр Гесси смотрели на него с усталой иронией.

 - Мы пошлем лучших из лучших вслед подлым ворам! Мы соберем войско и убьем всякого, кто ступил на земли наших предков без нашего на то позволения!

 - Да, верно! - наконец крикнул кто-то из толпы. За ним послышались и другие одобрительные восклицания.

"Надо додавливать".

 - А теперь скажите, кто из вас будет препятствовать престолонаследию моего друга, просто потому что корона украдена?! - зло крикнул сын кронгерцога.

 - Пусть только посмеют! - прогудел граф Тирок, оглядываясь как бы в поисках несогласных.

  - Да никто и не спорит, что его Величество Рингарр - наш король, - вдруг выступил вперед владелец самых лучших виноградников Арра граф Лукарский, - но короновать без короны... Это будет поражение престижа королевской фамилии! Этого тоже нельзя допускать, - его слова потонули в большом шуме, поднятым дворянами. Лишь немногие сохраняли спокойствие.

 "Вот он, цвет дворянства!" - проскочила ехидная мысль в голове маркиза. "Как только встает большая проблема, большинство забывает, на какую часть тела шляпа надевается!".

 - Господа! Господа, прошу вас...

 Прошло некоторое время, прежде чем дворянство хоть немного угомонилось.

 - Господа! Дадим слово мастеру церемоний!

Вперед выступил дородный бородатый мужчина, одним своим обликом и суровым взглядом внушающий уважение.

 - Господин дерр Хеллог. Просветите нас, что говорят традиции о подобной ситуации, - уважительно поклонился маркиз. Мастер церемоний повернулся к ожидающей публике и, огладив бороду, начал:

 - Граф Лукар сказал совершенно верно. Король - не король без короны!

Пока дворяне охали и перешептывались, маркиз был вынужден сдерживать принца, хватающегося за рукоять парадного кинжала.

 - Но, тем не менее, нигде в Родовых Свитках не указано прямо, что это должна быть именно та корона, которую носили предки фамилии Аррекон, - продолжил Хеллог, и только теперь оглянулся на маркиза и принца. Рингарр перестал тискать клинок и застыл с открытым ртом.

 - Значит, - медленно проговорил Лостер, - ничто не мешает нам создать новую корону...

В который раз за это вечер пораженная до глубины души знать молчала. На некоторых лицах отразилось нечто вроде облегчения, на других - возмущение и даже гнев. Эта тишина лопнула с оглушительным треском.

 - Невозможно!... - кричали одни.

 - Это поможет!.. Почему нет!?... - надрывались другие.

 - Попрание традиций! - восклицали третьи.

 - Нам нужен король! - доказывали остальные.

И вот тогда началось самое плохое: люди начали разделяться на две группы. Первая доказывала с пеной у рта, что без короны, пускай и новой, королество обречено. Вторая сулила беды и проклятия за отречение от главного символа власти королевства, передаваемого из рук в руки вот уже почти девятьсот лет.

 Лостер растерялся. Он не помнил, когда с ним случалось что-либо подобное. Во всеобщей какофонии криков уже невозможно было разобраться. Он сорвал голос, пытаясь привести всех к порядку.

 Но тут вперед вышел архимаг. Неожиданно легко отодвинул маркиза в сторону и гулко стукнул посохом в пол. Из места удара о плиты пола посыпались искры и в зале погасли все огни; навершие же посоха налилось тревожным малиновым светом. Вместе с этим замолчали и все присутствующие.