Леди, которая выжила (ЛП) - Раппольд Томасин - Страница 35

— Мы живем с моей матерью, пока строим дом на соседнем участке. Лора всю неделю помогала мне с уборкой. Наверное, из-за этого у нее начались роды.

— Не волнуйся, Эван. Доктор Меррик позаботится о Лоре и ребенке, — сказала она, глядя в сторону сарайчика и отчаянно желая, чтобы Джейс поторопился.

Через несколько минут Джейс вывел багги и приготовился к отъезду. Мэдди поспешила к багги, а Эван запрыгнул в свою повозку и понесся вперед. Джейс — за ним, и Мэдди пришлось крепко держаться, чтобы не вылететь из багги.

Дом Йейтсов был расположен на более пустынной стороне Мисти Лейк, в нескольких милях от города. Мысль о бедной жене Эвана, дрожащей от боли, испуганной и одинокой, заставила желудок Мэдди сжаться. Женщины иногда умирали во время родов. Дети тоже.

Она взглянула на Джейса. Он выглядел решительно, его красивое лицо было целеустремленным. Как всегда, его уверенность помогла ей успокоиться. Мэдди была уверена, что Джейс поможет справиться с родами и матери, и ребенку.

Они добрались до дома. Эван взбежал на крыльцо, перепрыгивая через ступеньки.

— Я уже иду, Лора! — Он распахнул хлипкую дверь, едва не выдернув ее из ржавых петель. — Я привел доктора.

Сердце Мэдди стучало, когда они с Джейсом поспешили внутрь и проследовали за Эваном наверх, в спальню в конце коридора.

Лора лежала в кровати. Пот катился по ее лбу, она тяжело дышала, по щекам текли слезы. Пальцами она сжимала простыни, корчась и хныча от боли.

Джейс положил свою сумку в изножье кровати, раскрыл и стал доставать флаконы и инструменты, включая зловещего вида щипцы.

— Ты можешь подождать в холле, Эван, — сказал он, заменив, что муж Лоры словно окаменел.

Эван наклонился к Лоре и поцеловал ее в щеку. Нежное беспокойство в глазах мужа, смотревшего на свою жену, заставило сердце Мэдди сжаться. О, кто бы любил ее так нежно…

— Я буду снаружи, — прошептал Эван на ухо Лоре.

Она быстро закивала, преодолевая боль.

— Хорошо, Лора, давай посмотрим, как у тебя дела, — сказал Джейс. После недолгого осмотра живота он поднял взгляд. — Ребенок лежит правильно.

Он подошел к изножью кровати и поднял простыню, чтобы осмотреть женщину.

— Ты прекрасно справляешься. Роды не займут много времени.

Испуганно хныча, Лора кивнула.

Мэдди отвлеклась от собственного страха, решив наполнить таз водой. Она намочила тряпку, пальцы ее дрожали, когда она отжала лишнюю воду.

— Меня зовут Мэдэлайн, Лора, — сказала она, прикладывая прохладный компресс на вспотевший лоб женщины.

Та сжала ее руку в знак благодарности. Мягкое пожатие усилилось, когда Лору накрыла очередная волна страдания, и Мэдди поморщилась от боли и от пронзительного крика, который возвестил конец схватки.

Сердце ее болело за девушку, но она не решилась вмешаться. Сегодня действовать будет Джейс. Он проводит ребенка в этот мир, и все будет хорошо. Мэдди наблюдала, как Джейс готовится к родам. Огромная ответственность, которую он нес каждый день — по осознанному выбору, а не в силу обстоятельств — наполняла ее трепетом.

Дверь открылась, и в комнату ворвалась мать Эвана.

— Что здесь происходит?

Эван следовал за ней по пятам.

— Вы собираетесь стать бабушкой, миссис Йейтс, — сказал Джейс.

Женщина бросилась к кровати.

— Будь сильной, дорогая, — сказала она, похлопывая Лору по колену.

Миссис Йейтс успела пробормотать еще несколько успокаивающих слов, прежде чем заметила, что рядом стоит Мэдди.

— Что она здесь делает? — спросила она, обращаясь к Эвану.

— Я был в отчаянии, мама. Лоре нужна была женщина.

— Лора была напугана, — сказал Джейс. — Мэдэлайн помогает ей сохранять спокойствие.

— Для этого применяют хлороформ, — резко ответила миссис Йейтс. — Кроме того, я уже здесь, и нам не нужна… ее помощь.

Роженица уставилась на миссис Йейтс широко раскрытыми глазами, испуганная ее враждебностью. Смятение на ее бледном лице обернулось тревогой.

Отдав компресс матери Эвана, Мэдди сделала шаг назад. Она не станет расстраивать Лору, не станет ставить под угрозу благополучие матери и ребенка.

— Я подожду внизу, — предложила она.

— Миссис Йейтс, нет необходимости…

— Это мой дом, доктор Меррик. Моя семья. Я не позволю, чтобы мой внук родился там, где находится Мэдэлайн Саттер.

— Я буду внизу, — сказала Мэдди Джейсу по дороге к двери.

Она вышла из комнаты и остановилась в холле, чтобы восстановить самообладание. Слезы жгли глаза. Замерев от звука открывающейся за ней двери, Мэдди повернулась, ожидая увидеть Эвана. Но эта была миссис Йейтс.

— Извини, Мэдэлайн, но я не могу позволить тебе находиться поблизости, пока Лора рожает.

Ее голос не излучал злости, только боль. Мэдэлайн Саттер была болезненным напоминанием о дочери, которую она потеряла слишком рано.

Мэдди опустила глаза, вспоминая милое личико Фиби. Ей было стыдно за то, что своим присутствием она омрачила то, что должно было стать радостным событием.

— Я буду ждать на крыльце.

Миссис Йейтс покачала головой.

— Ты не понимаешь, — сказала она. — Мне нужно, чтобы ты покинула поместье. — Ее голос звучал как шепот. — Пожалуйста, уходи.

Спускаясь по лестнице, Мэдди едва сдерживала слезы. Спеша уйти, она зацепилась рукавом платья за гвоздь сломанной внутренней двери. Она выдернула ткань, разрывая и ее, и кожу, но ей было все равно. Она чувствовала себя совершенно несчастной, когда спустилась с крыльца в ослепительную темноту.

* * *

Джейс держал ребенка, снова удивляясь жизни, которая только что пришла в этот мир. Для него было честью первым коснуться новорожденного малыша. В Питтсбурге у него не было времени отдохнуть между потоком родов, не было времени подумать о том, как это прекрасно. Его внезапно поразило, что, поселившись здесь, в Мисти Лейк, он получит возможность наблюдать, как растет этот ребенок. Лечить его простуды и лихорадки, шишки и синяки, и все детские хворобы.

Джейс вспомнил свою последнюю встречу с доктором Филмором. Он начинал понимать тоску старика, которого назвал трусом. Тяжело было терять пациентов. Доктор Филмор потерял в той катастрофе не просто трех жительниц Мисти Лейк. Он потерял детей, которых держал на руках в первые мгновения их жизни на земле, до того, как к ним смогли прикоснуться их матери.

Он лечил болезни маленьких девочек и наблюдал за взрослыми девушками. Дочери, племянницы и дети друзей на всю жизнь. И хоть это и не могло оправдать то, что он сделал с Мэдди, Джейс теперь понимал, как эмоции Филмора повлияли на его суждения.

Он положил ребенка на руки Лоры, видя на лицах присутствующих радость. Эван, Лора и миссис Йейтс склонились над новым членом своей семьи, и грудь Джейса сжалась от гордости и чего-то еще, что он не мог определить.

Мэдди бы понравилась эта сцена, и он был бы рад разделить с ней свои чувства. Джейс попытался справиться с гневом, который ощутил, когда миссис Йейтс попросила ее уйти — и это притом, что Мэдди пришла только чтобы помочь.

— Я пойду, — сказал он, собирая сумку. — Я зайду завтра, чтобы осмотреть Лору и ребенка.

— Спасибо, доктор Меррик, — сказала Лора. — И, пожалуйста, поблагодарите за меня Мэдэлайн.

— Ты можешь поблагодарить ее сама, — сказал он. — Она здесь, внизу.

Он взглянул на миссис Йейтс.

— Можно позвать ее?

Миссис Йейтс ответила, не поднимая глаз:

— Ее здесь нет.

— Что вы имеете в виду? Куда она делась?

Миссис Йейтс уставилась на ребенка, избегая глаз Джейса.

Он в ужасе застыл.

— Вы заставили ее уйти из поместья? В одиночку? В темноте?

Несколько долгих мгновений — и женщина подняла полный решимости взгляд.

— Я сделала то, что должна была сделать. А теперь, если вы меня извините, я должна позаботиться о Лоре, — она повернулась к своей невестке. — Я принесу тебе чашечку прохладного черного чая, дорогая.