Силикус (СИ) - Рэйвэн Джонни - Страница 11

- Душа смертного, после прощания с бренным телом, отправляется к Хранителям Врат, кои находятся меж мирами живых и мёртвых. Зовутся они Руками Смерти. После суда именно Руки распределяют души по присуждённым им Пределам.

- И что? - всхлипнул рыбак. - Неужели их никак не умаслить? Хотя бы на мгновение повидать родное личико...

- Мёртвых к жизни не вернуть, таковы заветы Старших. О подобном просил бы лишь безумец, - вздохнул плут, однако, хихикнув, тут же добавил: - Правда, сдаётся мне, я знаю одного такого, кто мог бы рискнуть!

         Старик резво сел, взглянул на бога глазами полными надежд.

- Правда? И где же его найти? Как звать чудака, что осмелится просить Великих Хранителей за простого смертного?

- Не надо его звать, он сам тебя уже нашёл, - лучезарно улыбнулся бог плутовства. - А имя ему - Силикус.

VI

Потолок Торхсяльва усеивали каскады чёрных, сверкающих яркими вспышками молний, туч. Грохотал гром, мрачная тень накрыла тронный зал.

- Лотар.

- Да?

- Подойди. Ближе. Да не чурайся ты так, не уничтожу я тебя! По крайней мере сейчас же...

         Вестник Бури, стараясь держаться гордо и прямо, осторожно подошёл к трону. Дарон, как всегда величественный и грозный, восседая на Троне Бурь и держа в правой руке упёртый в пол годендаг Асагрун, левой рукой рассеяно поглаживал белоснежную бороду. Голубые, как утреннее небо глаза смотрели сквозь Лотара. Мысли деда сейчас находились далеко отсюда.

- Ты звал меня?

- Звал, - ответил Дарон, наконец, с трудом обращаясь к старшему внуку. - От твоего брата всё еще нет вестей?

         Лотар поджал губы и нерешительно воззрился на предка.

- Нет, - со вздохом ответил он. - Последний раз его видели в Ульдерхарнде, в гостях у...

- Знаю, знаю, - небрежно махнул рукой Дарон и нахмурился. - У титана титанов Огимона. Глупец повёлся на шуточки Силикуса и уничтожил две Первогоры из трёх. Вот же, дуралей медноголовый!

- Да, но вместе с тем, он избавил мир от вувуканов! - с жаром возразил Лотар. - Это гнусное племя испокон веков изничтожало семиров - твой народ! Огимон, можно сказать, оказал нам услугу...

- Услугу? - буркнул Дарон. - Ты, Лотар, такой же глупец, как и Огимон, если не глупее. Услугу, говорит он! Мой народ - стадо баранов, которые бодаются в широком поле, ибо чудится им, что тесно в мире становится. Однако не понимают семиры, что мир огромен, а места в нём на всех хватит, с лихвой... А сколько еще других, не менее глупых людских народов, населяют Валластос? Людям, что южным, что северным, что западным и восточным, нужен общий враг, потому, как только его нет, они тут же принимаются друг за друга. И вувуканы мерзопакостные, являющейся злом в самой своей утробе, отлично подходили на роль врага людского! Пока Силикус с Огимоном к ним не явились... Теперь вся моя работа насмарку. Тфу!

- Но... разве... вувуканы, это...

- Моих рук дело? А чьих еще по-твоему? Я их специально создавал такими кровожадными и уродливыми, дабы ненавидеть легче было! А теперь супротив кого семиры воевать будут? Правильно! Против семиров!

         Лотар, наконец, закрыл раззявленный рот и понуро опустил голову.

- Ладно, не горюй ты так, - произнёс Дарон. - Дело у меня к тебе есть.

- Дело? - тут же вскинул загоревшиеся глаза Вестник. - Дело это хорошо! Какое дело, дедушка? Ты только укажи, дык я сразу же все дела переделаю! Это я могу, это я мигом...

- Так захлопни свою пасть и слушай! - рыкнул громовержец. - Раскудахтался, слово вставить не даёшь.

         Лотар спрятал руки за спину, вытянулся по струнке и весь обратился в слух.

- Брат твой в большой опасности, - произнёс тихо и мрачно Царь Стольмгана. - Угроза над ним зависла, что меч над осуждённым...

- Какая, дедушка?

- Смертная угроза. Я, когда Силикуса изгонял, думал, он в верхние Пределы отправится. А он, мозгляк, по нижним начал шастать! Да еще и большую часть времени по земле бродит, со смертными якшается. Безрассудный мальчишка.

- Но что в этом плохого?

- А то! Боги, на то и боги, что обитают там, куда смертным вход воспрещён. Мы есть всевышние мудрецы, а потому черпаем силы в родных Пределах. Подгорные - в Подгорных, Подземные - в Подземных, Небесные - в Небесных... Нам нельзя надолго спускаться в мир смертных. Это истончает связь с Первоначальным Домом, где все мы были рождены.

- Но мы ведь бессмертны...

- До той поры, пока связь с Первоначалом крепка! - рыкнул Дарон и стукнул годендагом о пол с такой силой, что весь Стольмган содрогнулся. - Однако если бог проведёт в мире смертных слишком долгое время, то... он тоже станет смертным. Пускай и наделённым божественными силами.

         Лотар долго молчал. Наконец, с трудом закрыл рот и грустно вздохнул.

- Что же нам делать?

- Силикусу пора возвернуться домой, - стальным голосом ответил Дарон. - В Стольмган, где ему самое место.

- А как же твоё изгнание?

- Да плевать мне уже на изгнание! И на глупые подвиги твоего безрассудного братца тоже! Сейчас меня заботит только его благополучие и сила моего рода. А если Силикус станет смертным, сила рода ослабнет. Да и не может внук самого Царя Стольмгана стать жалким человечишкой. Не бывать этому! Потому я тебя и позвал, старший мой внук, наречённый Вестником Бури.

- Что я должен сделать? - едва слышно спросил Лотар с испугом в глазах.

         Дед долго молчал, оценивающе изучая его светлыми глазами.

- Я приказываю тебе привести Силикуса в Стольмган, - наконец, грозно и возвышенно ответил Дарон. - С его согласием... или без оного. Да будет так. Слово царя было сказано. Услышал ли ты его, мой внук?

- Услышал.

         Усеивающие потолок Торхсяльва тучи неистово зарокотали.

VII

В царстве Вечного Хлада Фьярхе́ине, куда после смерти отправлялись души северян, погибших своей, а значит бесславной смертью, Силикус заглянул ненадолго - спустился только, чтобы переброситься парой слов с Повелителем Мёртвых, что верхними богами зачастую поминался недобрым словом, Синезубым Хйодисом. Мрачный старик, кутающийся в чёрную хламиду поверх костей, обтянутых пергаментной, бледной кожей, одним только видом внушал ужас: его вытянутый череп венчала острозубая корона, длинная борода обросла колючими сосульками, а черные дыры глазниц, сверкали жутким, синим светом. Хйодис встретил бога плутовства, восседая на троне из чёрного льда, держа в одной руке ледяной меч, а в другой - ржавый, покрытый инеем щит, среди царства белых пустынь и вечной вьюги, где гуляке ветру вторили хоралы множества несчастных мертвецов.

Силикус, глядя на то, как тысячи павших душ, обмороженных до чёрных пятен на белой коже, без глаз, ушей и носов, со впавшими щеками, в покрытых снегом одёжках, сквозь метель и вьюгу тащат огромные ледяные глыбы для очередной пирамиды во славу своего повелителя, внутренне содрогнулся. Бог плутовства был не робкого десятка, но даже ему стало не по себе от подобного зрелища.

- Опасную игру затеял, Силикус, - проскрипел Хйодис царапающим слух голосом, скаля в сардонической улыбке синие зубы. - Искать эту парочку дурная идея... Тем более играться с Хранителями Врат.

- Я не собираюсь с ними играться, - сказал плут, кутаясь в плащ с меховой оборкой. - Мне надо задать им один вопрос, и я уйду.

- Сколько неоправданной уверенности, сколько дерзкой наглости, сколько не сбитой спеси! - хохотнул Хйодис. - С чего ты взял, что я тебя отпущу? Ты силён, вынослив, молод. Дерзкий дурачок, самостоятельно забравшийся в мои пределы, тебя-то мне и не хватало в хозяйстве...

- Если не вернусь, тогда уже мой дед спустится, - нахально улыбаясь, произнёс Силикус. - А заодно разворошит здесь всё, разнесёт по ледышкам твои смешные пирамиды, да всех твоих рабов перетопчет.

         Хйодис фыркнул, сверкнув острыми, как кинжалы зубами. Синие огоньки в глазницах воспылали еще ярче.