Горных богатств Хозяйка (СИ) - Савская Елена - Страница 55

— Спасибо, — Алёнка больше не знала, что ещё и сказать.

Оправдываться? Прыгать от радости? Обновки так скоро она никак не ожидала. Но понимала, что мастер просто спешит порадовать её лишний раз до… До чего-то такого, что ждёт её в туманном будущем.

— Проходи, Авдей, гостем будешь. Чай, не для того забор ставил, чтоб у калитки топтаться, — пригласила Варвара.

— Я сейчас, — Алёнка схватила свёрток и побежала в баню, чтобы сполоснуться, переодеться и замочить в кадке грязную одежду.

Вернулась она в избушку, когда Варвара вовсю потчевала гостя взваром с жимолостью, постными оладьями и новостями, которые собрала за день. Алёнка уселась рядом с Авдеем и взяла его за руку. Ужинать не хотелось.

— Хорошо тебе в красном… Ещё ярче и краше становишься… — светлые глаза мастера скользили по Алёнке, любуясь. — Призадумалась о чём-то?

От его бархатного голоса по телу побежали мурашки… Но скрывать свои страхи она не умела.

— Угу… Чем ближе Иван Купала, тем тревожнее отчего-то становится.

— Потому что Полоза этого боишься встретить? Так я рядом буду.

— Не боюсь я его. Он не злой и поможет. Вот только…

— Не думай об этом… — Авдей заправил за ухо тёмную прядку, выбившуюся у Алёнкиного лица.

— Парень дело тебе говорит, — поддержала Варвара. — Живи, как жила. Что в будущем случится, нам знать не дано… Завтра после полудня на покос идём. У змеиной горки надел выделили.

— Наш рядом, Варвара Степановна, так что вместе отправимся, — пообещал женщинам Авдей и прижал к себе уставшую и сонную уже Алёнку.

Следующий день выдался не по-июньски жарким. Вчерашний сарафан к обеду совсем высох, и Алёнка надела его.

Место покоса ей показалось совсем незнакомым, хотя шли до него всего ничего. Большая поляна раскинулась у самой дороги, с трёх других сторон на неё напирал кустарником лес, а у дальнего края высилась каменистая возвышенность — та самая Змеиная горка.

Пару-тройку часов Авдей и Варвара усиленно махали косами, а Алёнке, как самой криворукой, доверили грабли с редкими зубьями для сгребания скошенной травы в маленькие копны.

Когда работа была окончена, решили немного отдохнуть. Авдей и Алёнка улеглись под тенью берёзы с краю поляны.

— Место нам, конечно, «отличное» дали. Малаша говорит — самый змеюшник, — кисло заметила Алёнка, хотя ни одной змейки покосники за всё время не видели.

Авдей ободряюще сжал загорелую ладошку, но промолчал. Он вообще в последнее время стал каким-то серьёзным, мало шутил, и всё чаще Алёнка ловила на себе его задумчивый взгляд.

— Одного Змея уже ты знаешь. Может, и прочие не обидят? — сказала наперекор Варвара. — Ну, я за травами. Приду через час, — она подхватила пустую корзину и вскоре совсем скрылась за густыми кустами и деревьями.

Алёнка жевала травинку, смотрела на белое облачко и думала о том, что всё-таки счастлива именно в это мгновение…

От того, что знает — с сыночком её всё в порядке. Сама она лежит на коленях любимого мужчины. А в небе заливаются трелями мелкие пичуги, летают бабочки над полевыми цветами и одуряюще пахнет свежескошенный луг…

Идиллию нарушил чёрный силуэт, который вышел из леса, и приближался к месту, где лежали Алёнка с Авдеем.

— Неужто, пора… Авдей? — Алёнка подняла голову на любимого в поисках поддержки, но тот крепко спал, разморенный от дневного зноя.

Меж тем Полоз остановился на границе солнца и тени от берёзы и уселся на траву, облокотившись руками на колени. Глаза его посверкивали золотом, споря с лучами солнца. Улыбка таила насмешку.

Алёнка молчала. Как-то вдруг вся решимость оставила её.

Полоз задумчиво грыз травинку. В чёрной шёлковой рубахе, кожаных штанах и сапогах змею, видимо, было жарко. По лицу струйками стекал пот, и кудрявые волосы прилипли ко лбу и вискам.

«И вот видно же, что плохо ему от солнца, а всё равно всесильного из себя строит…»

— Приветствую тебя, хозяюшка, — мягким голосом начал разговор властитель над золотом всея Каменного Пояса и его околотков.

— Хозяюшка чего? — этакое навязывание чужого бремени, от которого Алёнка всеми силами отбивалась в пещерах малахитницы, отчего-то просто взбесило.

— Известно. Этого куска земли и стола вашего немудрящего, — Полоз кивнул в сторону расстеленной скатерти, на которой вкривь и вкось стояли кувшины, корзинки и тряпицы с остатками снеди.

— A-а… Здравствуй, кстати. Водицы прохладной будешь? — предложила «хозяюшка» совсем не радушным тоном.

— Спасибо, не хочется. Разговор есть.

— И у меня к тебе просьба… — Алёнка запнулась. Раздражение испарялось. — Даже не знаю, с чего начать…

— Я знаю. Ты хочешь домой. Но я не могу тебе помочь, — рубанул с плеча Полоз, и пока Алёнка не опомнилась, продолжил. — А вот ты меня очень обяжешь, если станешь Хозяйкой и вылечишь Аринку от белокровия.

— В смысле… Вылечу что?! — Алёнка вскочила на ноги и сделала пару шагов в сторону. — Я поняла…

Она утёрла руками мокрое красное лицо, убрала за уши волосы.

Полоз смотрел.

Оттягивать ответ не было смысла:

— Но к-как? И я не могу. Нет. Нет-нет… Что хочешь, со мной делай… — видимой твёрдостью она пыталась заглушить собственное отчаяние.

Но вместе с тем накатила и злость: «Почему я обязана спасать всех и вся?!»

О том, чтобы стать всеобщей благодетельницей в ущерб собственной нормальной жизни и речи быть не могло!

Но и Аринку было жалко до ужаса…

А если она не поможет Полозу, он отплатит той же монетой…

Змей тем временем сложил ногу на ногу, растянулся на коротенькой подкошенной травке, подложил под голову руки и уставился в небо с видом обреченным и независимым.

Уходить он явно не торопился.

«Но чего тогда ждёт?»

— А правду говорят, что если разгадать твои загадки, то ты исполнишь любое желание человека? — попробовала наобум Алёнка, скорее для того, чтобы уйти от продолжения тяжёлого разговора.

— Хм… Хороший ход… Но я-то без сил. Ничего сделать всё равно не смогу. Вот Купала минет, обращайся. — Кривая усмешка ничуть не испортила его симпатичное лицо.

— Хорошо, — Алёнка против воли улыбнулась.

Отчего-то появилась уверенность, что всё получится, она ответит на Полозовы вопросы, и Змей просто вынужден будет помочь ей.

Только нерешенный вопрос с Аринкой всё ещё царапал Апёнкину совесть.

— Сколько ей осталось?

— Да кто ж его знает?

— Купала через пару недель… Когда снова станешь нечистью, разве не сможешь восстановить её здоровье?

Полоз медленно поднялся на ноги и потянулся. Сплюнул травинку. И повернулся в строну Змеиной горки. А потом вскинул подбородок и отчётливо проговорил:

— Хозяйка сказала, что не хватит там моих сил… Только ты теперь — наше спасение. Алёнка вздрогнула.

Она просто не знала, что ответить… Кто же знал, что с Аринкой всё настолько плохо? Она судорожно подбирала слова, но мысли разбегались в стороны, и ни одна успокаивающая фраза в данном случае не годилась.

Впрочем, говорить ей всё равно не пришлось…

— Любимый…

Алёнка с Полозом резко обернулись в сторону дороги на глухой бабий голос.

Анисья стояла столбом и смотрела на мужчину, которого страстно любила всю свою жизнь, и которого уж не чаяла встретить…

Через пару мгновений она бросила прямо на дорогу грабли с косой и побежала к Полозу, не сводя с него глаз.

Алёнка вдруг подумала, что мать у Аринки совсем молодая, хотя и чуть-чуть полноватая, но здесь и не любят худых.

«Ей всего 36… Люське с Галькой из кредитного по 35. Так они частенько ходят по клубам, и всё время виснут на сайтах знакомств… Про Анисью бабы тоже говорят, что она молодится, до сих пор не наденет синего сарафана, вышивает одежду красным, будто молодка. И серьги носит девичьи — крупные, с огромными хризолитами».

Искомые серьги с камнями цвета первых берёзовых листочков блестели сейчас в ушах полевчанки, и вправду делая её более привлекательной.

— Миленький мой, пригожий, — гладила Анисья Полоза по лицу и прижималась к его широкому торсу.