Мой предприимчивый Викинг (СИ) - Булгарина Марина - Страница 62

- Знаешь, после того, что было у тебя, впрочем, ты и сама помнишь, я бы уже не была так уверена. Я ужасно оскорбила его.

Олеся вздохнула.

- Дорогая! Вы же женаты. А близким людям свойственно периодически смешивать друг друга с грязью. Это нормально.

Я вымученно улыбнулась ее шутке.

- Думаешь, всё получится? У нас с самого начала всё как-то неправильно пошло. Не по обычному сценарию.

Олеся еще больше развеселилась:

- Валяй! Не бойся ошибиться. То, что начинается с ошибки, чаще всего заканчивается совсем неплохо.

Еще час мы потратили на обсуждение дальнейшей стратегии поведения. Также я рассказала, как прошло первое занятие в школе приемных родителей. Поделилась, что заказала вчера детскую мебель через интернет, некоторые вещи и прочее необходимое для ребенка. Но еще за многим надо было съездить в магазин на неделе.

Внезапно раздался еще один звонок в дверь. Я внутренне напряглась, но поплелась открывать. Олеся переместилась в коридор вместе со мной.

Меня ждал не совсем приятный сюрприз.

Мамочка!

Я не была готова к этой встрече. По крайней мере, так скоро. Любой разговор с ней был повторением предыдущего - жалоба на жалобе, замаскированная под еще одну жалобу. Словно набор ядовитых матрешек. И, учитывая, что я вышла замуж, а она даже в глаза не видела Богдана... к тому же не побывала на моей свадьбе... (хотя, в прочем, я и сама ее не помнила) мне грозила нешуточная опасность.

Я встала ровно, одернула край туники и неохотно повернула ручку, чтобы приветствовать мать. Расправила плечи, перед тем как открыть дверь, и оживленно начала:

- Maма! Как ты? Как...

Внезапно замолчав, я попятилась, словно очутилась лицом к лицу с поднявшейся в стойку коброй. Сама того не замечая, Олеся подскочила с дивана и подошла ко мне. С моего лица разом пропали все краски, лишь ярко-розовые полосы сигнальными флагами тревоги пересекали скулы.

Стоящая на пороге мамочка выглядела... внушительно: холодные глаза и горько поджатые губы обманутого жизнью человека.

- Это правда? - мама схватила меня за правую руку и указала на обручальное кольцо, - Андрей сказал мне... ты... вышла замуж? - голос ее перенесся на октаву выше.

Я нерешительно кивнула.

- Как же это... что же это... - Олеся рванула за стаканом с водой, в то время как мамочка моя завертелась вокруг своей оси, будто вот-вот готовилась упасть в обморок, но пока не выбрала место поудобнее. Я тут же усадила ее на стул, моментально предоставленный Сергеем.

Наступила полнейшая тишина. Никто не решался ее нарушить. Даже дышали через раз, страшась наступления Армагеддона. Мама отпила воды, отдала бокал Лесе и заглянула мне в глаза, внезапно жалобно всхлипнув. Еще раз. И еще раз, только теперь громче.

- Я, - выдавила она из себя между хрипами, как будто горло ее сдавило, - я так за тебя рада! - провыла она наконец, и кинулась обниматься.

Сказать, что я удивилась... да я была в шоке!

Но в приятном. Понимание, что радость за меня перевесила в материнском сердце горе об упущенных собственных выгодах и возможностях, заставило меня улыбнуться. Пусть и натянуто.

- Доченька, а где же ОН? - мама схватила меня под локоток, и, утерев слезы, повела куда-то в сторону, причитая. Хищный блеск ее глаз мне не совсем чтобы понравился. Она жаждала информации. Мысленно дала себе установку терпеть, -Ты должна мне всё рассказать. С самого начала. И, - она в неудовольствии поджала губы, - Почему ты даже не похвасталась, что вышла замуж за самого Воронцова?! - я в замешательстве замедлилась, - О таком следует говорить сразу. Я разбила хрустальный сервиз, подаренный дядей Борей на двадцатилетие нашей с твоим отцом свадьбы, когда увидела снимки в газете. - на этом я и вовсе затормозила, а Олеся как то странно начала отступать в гостиную, стыдливо пряча взгляд, - Я как раз хотела насухо протереть хрусталь в серванте, - поясняла мама, - оторвала бумагу, начала было комкать, но остановилась. Каково было мое удивление, когда я увидела на ней тебя! - моя глаза начали округляться, - Хотя я теперь, кажется, понимаю, почему вы не афишировали свои отношения. И эта тайная свадьба...- мама перешла на шепот, - Это из-за его положения в обществе? Он не хотел привлекать к твоей персоне слишком много внимания? - она покачала головой, пока я в абсолютном шоке хлопала непонимающе ресницами, - Вышло, конечно, скверно.

Я медлила с ответом. Мысли разбегались, как стайка цыплят в детском зоопарке.

- Мама, о чем ты говор... - начала осторожно я, но меня прервал очередной звонок в дверь. Да что это такое?! Не дом, а проходной двор!

Теряясь в самых ужасных догадках по поводу газеты, а также по поводу личности гостя, я открыла дверь, да так в шоке и замерла.

Я редко теряю дар речи, но тут только и смогла, что стоять столбом в полнейшем недоумении, распахнув настежь парадную дверь.

На крыльце стоял сияющий на всю свою мощность Богдан. С чемоданами в ногах.

Он смотрел на меня с высоты своего роста, демонстративно приложив какую-то газету к груди.

Голос его, когда он заговорил, приобрел этакий ласковый и уговаривающий тон. Он лился, словно патока.

- Здравствуй, дорогая. У нас возникли некоторые непредвидимые проблемы. Нам надо поговорить.

Я отмерла и выхватила у него резко из рук газету. Все те нежные чувства и ожидание встречи ... всё это несколько померкло в свете настоящих событий. Отодвинулась на далекий задний план.

В проем протиснулась моя мама, оттеснив меня, пока я, отвернувшись, принялась рассматривать... наше с Богданом, ну просто охренеть теперь, свадебное фото на целый разворот!!

Меня зашатало из стороны в сторону.

- Здравствуйте, - не растерялся Богдан, ослепительно улыбаясь, но успевая заодно коситься на меня, оценивая состояние и реакцию, - Я - муж.

Мама была искренне восхищена и подала ему ручку. Сама мисс грация и обаяние.

- Здравствуйте. А я - мать.

- О! - воскликнул он, с доброй нотой не то восхищения, не то удивления.

В это же время я успела прочитать заголовок и вспыхнула праведным гневом. Обернулась к... муженьку:

- Подрядчик, значит? В строительной фирме?!

- Мирослава. Девочка моя, только спокойствие, - поднял он руки в защитном жесте, и показал, как мне надо дышать, чтобы выровнять бешеный пульс, - Я все объясню.

Глава 15

Сергей

Вдруг тишину прорезал оглушительный звук разбитого стекла. Об смежную с нами стену.

Я подскочил со стула от неожиданности и изумлённо вытаращился на жену, в поисках поддержки. Чтобы увидеть, так сказать, отражение моего удивления произошедшему на ее лице. Но Олеся и ухом не повела. Кремень.

- Слава богу, кажется, они начинают договариваться, - флегматично вынесла вердикт она, приканчивая третью кружку чая к ряду и успевая одновременно записывать Костю к зубному. На столе перед ней лежал смартфон, с помощью которого жена, порхая по сенсору тонкими пальчиками, успевала заполнять стандартную форму.

Через несколько секунд послышались громкие крики, из которых можно было - если максимально поднапрячь слух - разобрать «Лгун!», «Обманщик!», «Женщина, опомнись, положи вазу на место!» и т.п. Но, видимо, увещевания не помогли Богдану, послышалась непонятная возня и, почти одновременно с ней, раздался еще один хлесткий звук разбитой к чертовой бабушке очередной неудачно попавшейся под руку домашней стеклотары. Я молчаливо надеялся, что обойдется без коропролития.

Да... Воронцовы разошлась в пух и прах. Если дело так пойдет и дальше, то от некогда милой гостиной останутся лишь воспоминания.

Я с сомнением покосился на плотно закрытую дверь гостиной.

- Думаешь? Мне вот что-то так не кажется. По-моему, они вошли во вкус. Слышишь, - я прислушался к нарастающей по децибелам ругани, - Как раздухарились то, - перевел усталый взгляд на настенные часы и печально вздохнул, - Уже целый час там собачатся. Может, стоит поехать домой? Или разнять их, наконец, по разные углы ринга.