Мой предприимчивый Викинг (СИ) - Булгарина Марина - Страница 64

Я никогда еще не чувствовала себя такой уязвимой и испуганной. Слишком много из прошлого открыла, напрасно показала охватившую меня неуверенность в себе и наивность. Пока я слабела под жаром ладоней, меня осенило, что, возможно, я судила Богдана не так, как стала бы судить более эмоционально защищенная женщина.

Я бросила взгляд на дверь, отчаянно желая уйти отсюда.

- Мы должны вернуться к друзьям... и там моя мама... они ждут нас.

- Подождут.

Богдан притянул меня к себе. Я засопротивлялась, но его крепкие руки легко удержали меня на месте, и через мгновение послышалось:

- Теперь я понимаю.

Хотя мне хотелось узнать, что, по его мнению, он понимает, я могла только стоять как в трансе. Минуты текли одна за другой. Я начала было говорить, но Богдан только прошептал:

«Ш-ш!» и продолжал меня держать. Уютно устроившись на его груди, которая поднималась и опускалась, окутанная теплом его тела, я чувствовала, как успокаиваюсь.

Меня переполняла сладкая горечь от того, что я знала: возможно, он держит меня так в последний раз. После мы поскорее все забудем. Разбежимся, навсегда оставив позади память об этом всем.

Однако я собиралась сохранить в душе это объятие, потому что ничего лучше, спокойнее, теплее не ощущала в своей жизни.

- Мы слишком рано переспали, тогда, на даче, - вдруг сказал Богдан. - Это я виноват.

- Нет, вовсе не...

- Да. Я сказал бы, что у тебя мало опыта, но ты не возражала и... черт, так было хорошо, что невозможно остановиться. Я вовсе не пытался играть с тобой. Я...

- Только не вздумай извиняться за то, что со мной спал!

- Успокойся. - Богдан начал гладить меня по голове. - Я не сожалею о том, что произошло. Только для тебя все случилось слишком скоро, вот тебе и страшно. - Он поцеловал нежное место у меня за ухом, вызвав дрожь, и пробормотал: - Всё это не игра, Славик. Только не для меня. Но я бы не позволил себе зайти так далеко, зная, что ты испугаешься.

- Да не испугалась я, - оскорбленная его выводом, что веду себя, словно какая-то запуганная девственница, возразила я.

- Сдается, что испугалась.

Богдан снова положил руку мне на шею и стал разминать мускулы, превращая боль в наслаждение. Я с трудом сдерживалась, чтобы не выгнуться и не замурлыкать как кошка.

И пыталась призвать на помощь негодование.

- Что ты имел в виду, когда сказал, что у меня нет опыта? Разве я что-то делала не то? Я что, разочаровала тебя? Я...

- Угу, чертовски разочаровывала, когда у меня так на тебя вставало, что из глаз искры сыпались, - пошутил Богдан. - Я так разочаровался, что сплю и вижу, лишь бы повторять это снова и снова.

Он стоял, взявшись с обеих сторон от меня за края книжной полки.

- Всё прошло, - еле выдавила я. - Думаю, мы должны это списать на... спонтанность момента...

Я оборвала себя, издав бессвязный возглас, когда Богдан наклонился поцеловать меня в шею.

- Всё не может пройти, когда ничего даже не начиналось, - заговорил он, уткнувшись мне в шею. - Я расскажу, что дальше будет, золотоглазая моя. Ты позволишь мне сводить тебя куда-нибудь, и мы будем вести разговоры. Три свидания, согласна? Мы ведь еще многого не знаем друг о друге. - он отыскал бившуюся жилку, и губы его стали потягивать кожу в том безумном ритме, в котором та билась. - Поэтому мы будем делать все медленно. Я буду узнавать тебя. Ты будешь узнавать меня. А потом на твое усмотрение. Я приглашу тебя на три прекрасных обычных свидания. - прошептал он, -Никакой драмы. Ты позволишь?

- Три свидания? Нет, слишком поздно, - с трудом произнесла я между судорожными вздохами. - Постель погубила эту часть про узнавание.

- Не погубила. Просто чуть усложнила.

Если соглашусь снова с ним встречаться, значит, так и напрашиваюсь на то, чтобы мне разбили сердце. Умоляю просто. С другой стороны, мы уже женаты. Что я теряю? Но...

- Богдан, не думаю...

- Не надо решать прямо сейчас, - перебил он, подняв голову. - Поговорим позже. А теперь... - Он немного увеличил между нами расстояние, - Давай вернемся к друзьям. И к твоей маме. Мы так нормально и не познакомились. Я хочу иметь возможность доказать, что могу вести себя прилично рядом с тобой, - страстный взгляд прошелся по мне. - Но клянусь, Мирослава... ты не облегчаешь мне задачу.

- Богдан... - запротестовала я.

- Сейчас моя очередь говорить, - господи, у него не голос, а воплощение греха!

- Я тот мужчина, который тебе подходит. Может быть, я не тот, кого ты ищешь, но я тот, кого ты хочешь. Милая, ты достаточно долго была одна. Пора проснуться с мужчиной в постели. Пришло время для такого секса, который собьет тебя с ног, поглотит тебя, заставит трепетать так, что не хватит сил налить утренний кофе. - Богдан сильнее прижался ко мне бедром, лаская чувствительное местечко между ног, и я ослабла от желания. - Он будет у тебя каждую ночь. Любой, какой захочешь. У меня есть время для тебя, и у меня определенно есть силы. Я заставлю тебя забыть обо всех других мужчинах. Подвох в том, что сначала ты должна научиться мне доверять. Открыться для любви. Это тяжело, да? Нельзя позволить кому-либо подобраться слишком близко. Потому что тот, кто узнает тебя такой, может сделать больно...

- Ну все, хватит! - Я сделала попытку вырваться, неуклюже оттолкнув его. Мне до смерти хотелось заставить его заткнуться.

Богдан опустил голову, поцеловал меня в шею, провел по коже языком, и я содрогнулась. Не обращая внимания на то, что я изворачивалась и выбивалась, Богдан подхватил меня под задницу и заставил обхватить его торс ногами. Затем втиснулся бедрами между моими ногами и опустил руку мне на попку.

Притянул меня к себе, туда, и я застонала, почувствовав его размер и твердость. Все ощущения сосредоточились на этом жестком мучительном давлении. Затем последовал поцелуй. Глубокий, голодный. Одной рукой Богдан вцепился мне в волосы, другой стискивал мою попу, прижимая, задавая первобытный

чувственный ритм.

«Какой же он бесстыдный! И как с ним хорошо! Какое жаркое твердое тело», - метались у меня в голове беспорядочные мысли.

Богдан действовал неторопливо, делал именно так, как ему нравилось, наполняя каждую клеточку примитивным вожделением. Наслаждение росло, и я больше не могла, мне нужно, нужно было обхватить его ногами еще ближе. Теснее. Всё мое тело кричало «да, да, сейчас, немедленно», и ничто не имело значения, лишь его руки, губы и тело. То, как он вёл меня, всё большим и большим удовольствием подстёгивая мои ослепленные желания. Мне хотелось лишь целовать его и, извиваясь, ощущать это неослабевающее жаркое давление. Мне так сильно было это нужно! Примитивной силой, волной почти нахлынуло...

- Детка, нет, - прохрипел Богдан и, вздрогнув, отпрянул. - Не здесь. Не сейчас. Подожди. Это не... нет.

Чуть отодвинувшись от него, я с недоумением и яростью смотрела на него. Вся, дрожа, я не могла думать. Медленно, но до меня дошло, что завершения не предвидится.

- Ты... ты...

- Я знаю. Прости. Черт. - Тяжело дыша, Богдан отвернулся, мышцы у него на спине, под моими руками, были напряжены. - Я не хотел заходить так далеко.

Ярость мешала мне ясно формулировать мысли. Каким-то образом этот человек убедил меня открыться ему, чего я не делала почти ни с кем. А затем, едва не доведя меня до безумия от сексуальной неудовлетворенности, он остановился в последнюю минуту! Садист! Я слезла с него и попыталась застегнуть бюстгальтер. Руки тряслись, ноги едва держали, туника сползла на одно плечо.

Богдан засунул руки под кофточку, помогая.

- Я обещал, что мы будем действовать не спеша, - пробормотал он, застегивая бюстгальтер. - Но, похоже, я не могу держать от тебя руки подальше.

- Теперь тебе не придется об этом беспокоиться, - с негодованием ответила я. - Потому что я ни за какие коврижки близко к тебе не подойду! И тебе не позволю!