Мой предприимчивый Викинг (СИ) - Булгарина Марина - Страница 67

- Ты не пугайся, Бу. Это дядя Богдан. Он теперь будет жить с нами. - кот с укоризной посмотрел на меня в ответ, - Знаю-знаю, но кажется вы до этого неплохо ладили, постарайся, хорошо? А теперь давай посмотрим, что тебя так испугало, давай? Давай...

Поднялась на второй этаж...

Кот выпал с громким и противным "мяяяффф" из рук.

Твою ж дивизию и весь артиллерийский полк!

Богдан!

Глава 16

- Ты что сотворил?!

С выпученными от потрясения глазами, расставив широко ноги и раскинув в стороны трясущиеся руки, я пыталась невнятными жестами дать понять, что именно думаю обо всем произошедшем.

Я громко фыркала, топала ногами, прикладывала руки ко лбу в шоке, убирала, затем махала ими, нагоняя на себя свежий воздух, возводила очи к потолку, глубоко дышала... что я только не делала, чтобы изо всех сил постараться сдержаться и не оборвать род Воронцова раз и навсегда за этот преднамеренный акт вандализма.

Честно, век бы на Воронцова смотрела через оптический прицел!!!

- Ты! Тт-ы!!! З-зачем ты это сделал?!

Богдан оскорбился, раздраженно запустил в свои длинные волосы пятерню, но соизволил ответить.

- Спокойно, Мирослава, - он аккуратно начал поднимать выломанную дверь в мою спальню (!) с пола и переставлять к стене; я гневно прищурилась, а ноздри мои при этом наверное раздувались, как два огромных паруса, - Я не хотел. Не рычи! Сначала выслушай. Да, виноват. Хотел проверить насколько крепкий ты замок поставила, но, черт возьми, я не собирался... дверь у тебя оказалась гнилая... - я резко вдохнула побольше воздуха в легкие, чтобы начать от души орать, - Подожди! - запаниковал Богдан, - Она сама с петель вылетела! Клянусь! Мирослава, девочка моя, нервные клетки, они же не восстанавливаются. Меня не жалеешь - себя пожалей. А дверь теперь за мой счет, естественно. К вечеру уже будет все исправлено! Ну, действительно, стал бы я так буреть в первый же день переезда, разрешение на который мне так тяжело далось?

- И что ты предлагаешь? - со свистом выдохнула я.

Богдан на секунду задумался.

- Понять и простить? - и он изобразил самое умилительное выражение лица, на которое этот суровый бородач был в принципе способен.

От подобного зрелища былая напряженность постепенно начала спадать на нет. Богдан видимо решил ковать железо пока горячо, поэтому продолжил строить мне самые просительные и смешные мордочки. В конце концов, я не удержала маску беспощадной маньячки на лице и прыснула со смеху. Махнула рукой на все это безобразие, но пригрозила самыми разнообразными карами небесными, если дверь сегодня же вечером не будет на ее исконном месте.

Воронцов с умным видом покивал, достал телефон из кармана брюк, демонстративно сделал один звонок и ослепительно улыбнулся по его окончании. А также обрадовал, что и в гостиной наведут порядок по его просьбе.

Пожалуй, жест я оценила. Хотя... вот опять. Сам создал проблему, сам решил. Только еще на похвалу теперь напрашивается. Обалдеть можно.

Мы разошлись по комнатам, а через пол часа я была уже в полной боевой готовности для продуктивного времяпровождения оставшейся части дня. Переоделась, скидала всё самое необходимое в сумку, напевая при этом воодушевленно песню Аллегровой:

«За подкладкой - от счастья ключи,

Тушь с помадой - для бегства в ночи.

Все, что нажито, все, что нажито,

Все ношу с собой.

В этой маленькой сумке, маленькой сумке

Все мои байки, все мои думки,

Мелочи жизни, большие секреты,

Все здесь нужное, лишнего нету,

Только нужное, лишнего нету»

Уже обуваясь, около входной двери, встретилась с Богданом. Он медленно вышел в коридор. Во рту у него находилась столовая ложка, в руках тарелка с Цезарем, который я только вчера приготовила, да и вообще...мужчина выглядел совсем по-другому сейчас - он был одет в черную футболку, которая не скрывала тугих мышц на руках. Грудь была широкой и сильной, ткань обтягивала живот, и я могла рассмотреть шесть кубиков пресса. Его ноги были длинными, бедра мощными... серые пижамные штаны на резинке, казалось, вот-вот слетят на пол.

Если я считала его сексуальным в деловом костюме, сейчас же...

О-о-о, меня ждут воистину трудные времена.

Проживание с Богданом в одном доме перерастало из разряда «Неудобство» в разряд «Невозможное».

Мой жаркий взгляд безусловно не остался незамеченным.

- Тебе нравится то, что ты видишь? - спросил он низким спокойным голосом, перед этим жестом победителя вынув ложку изо рта.

Ну да, конечно. Я ни за что не отвечу на этот вопрос.

Отвернулась, сделала вид, будто что-то срочно понадобилось в сумке. Начала копаться. Затем, решив, что достаточно отыграла, потянулась к ручке двери, чтобы вырваться на свободу, но непонятный шорох заставил меня замереть, поднять голову и оглянуться. Надеюсь, раскрасневшиеся щеки Богдан не заметит в тусклом освещении коридора.

Я вздрогнула и едва ли не пискнула от испуга, когда теплые мужские губы мягко дотронулись до моей щеки. Богдан стоял вплотную ко мне, а затем мягко положил свою руку поверх моей.

- Позволь мне побыть джентльменом и сделать это за тебя.

Я натянуто улыбнулась и отвела взгляд, не привыкшая к тому, чтобы мужчины заботились обо мне.

Богдан открыл дверь и посторонился, пропуская. Я быстро прошмыгнула в образовавшийся проход.

Уже на ступеньках он меня окликнул.

- Слав, ты хотя бы скажешь куда ты?

Я закусила губу, старательно пряча улыбку. Покачала головой.

- Нет, Воронцов. Не забывай, у тебя - своя жизнь, у меня - своя. И чтобы вот это, - я указала пальцем на всё еще горевшую от его невинного поцелуя щеку, - было в последний раз.

Богдан усмехнулся, оперся плечом на косяк, продолжая удерживать свободной рукой дверь.

Я поспешно отвернулась и буквально понеслась по выложенной камнем дорожке в направлении калитки.

В след мне донеслось насмешливое:

- Трусиха!

Я немного притормозила, фыркнула весело.

- Неудачник!

И помахала, не оглядываясь, рукой.

Глава 17

«Ох, нелегкая это работа - из болота тащить бегемота»

Говорят, первые месяцы сожительства особенно тяжелые: вы познаете человека заново, прощаетесь с идеализированным образом и готовьтесь принять человека таким, какой он есть, без романтических прикрас. Все люди неидеальны, я это прекрасно знала всегда.

Думаю, вам пока не понятно, к чему я это всё тут рассказываю. Надеюсь, краткий, но красочный пересказ моих первых двух недель сожительства с Богданом все расставит на свои места.

Моя жизнь стала полем боя. Именно так, не иначе.

А вдобавок ужасно разнообразной, ни капельки не скучной и... помните, я жаловалась, что именно от скуки и затворничества решилась отправиться на отдых в Барселону? Сейчас я готова сделать то же самое, только уже блуждать по миру в поисках других берегов спокойствия и уединения.

Неужели когда-то мне казалась моя тихая жизнь приевшейся? О-о-о, верните те драгоценные былые времена. Хотя если основательно призадуматься, я немного лукавлю. Какой-то в этом хаосе бедствий, бесконечных происшествий и неожиданностей есть душок... подобрать бы правильные слова... нет, не выходит. Но однозначно не всё так плохо, как я стараюсь тут преподнести.

Что ж, пожалуй, стоит приступить к пояснению тех вышеперечисленных критериев нашей совместной с Воронцовым жизни. Начну с плюсов. Правда, это скорее не чистые плюсы, а что-то приближенное к ним, потому что всё равно Богдан не мог, чтобы не постараться разбавить их. Зато и в минусах можно было найти что-то хорошее. Если сильно попотеть над этим.