Черный скрипач (СИ) - Лю Эдвина - Страница 77

«Вот куда деваются их старики!» - внезапно понял Дэн.

Но если он встречал человека, которому требовалась помощь мага ложи Боли, то помогал. О том, что его магию засекут ловцы, Дэн и думать забыл, полагаясь на защиту крепости стихийников: ведь те существовали на стороне закона, им разрешались чары! Разумеется, если они не вредят живым.

Помогал Дэн и щуплому некроманту, зачастившему с визитами в поселение Моро: то спину ломит, то ногу лопатой зашиб. Дошло до того, что Дард стал приходить просто так – в гости. За год он посетил их таким образом раз шесть. С детства Дэн не помнил гостей – если, конечно, не считать Светлых в доме Чезаре Роза. И не то чтобы он радовался посещениям Дарда, он его едва терпел, но сам факт того, что дом Швеи посещает не только Кормчий и всякие кумушки, грел измученную душу скрипача. «Что у тебя?» - спрашивал он, не снисходя до приветствий. Дард мялся, сообщал, что надорвал спину или что у него болит зуб. «Будет больно, трупарь!» - сообщал Дэн сурово. Лечить он не любил. Это оказалось куда как сложнее, чем причинять боль. Хотя с магией всегда так. Вон некроманту небось тоже пристукнуть кого-нибудь проще, чем поднять. Хотя как сказать? Глядя на щуплого Дарда, в жизни не скажешь, что ему хоть что-то даётся просто.

Временами Дэн думал, что счастлив. Он окреп, отъелся, нарастил мускулы. Его юношеское тело, раньше слишком хрупкое, а теперь гибкое и сильное, за год восстановилось после невзгод и лишений, хотя по сравнению со сверстниками из крепости Моро Дэнни и выглядел как тонкая хворостинка рядом с крепкими полешками. У него был дом, была жена. Кормчий провёл над ними обряд, они видели вдвоём со Швеёй множество снов. К великой досаде Кормчего, Швея пока не забеременела – предводитель людей Моро очень ждал, что у неё с Дэном будет хотя бы один мальчик. Но молодые супруги считали, что всё ещё впереди. По поручению Дэна Бочар Моро съездил в Сольме, где купил скрипку – простенькую, скромную как девочка, с тихим нежным голоском. Куда ей было до чёрной скрипки! Но она и слова дурного от Дэнни не услышала. В общем доме танцы устраивали теперь почти каждый месяц.

Да, Дэн мог бы считаться счастливым человеком. У него были любимая женщина, мудрый наставник, возможность заниматься магией. И музыка.

Но едва он успокаивался, как вспоминал маленького щуплого некроманта под окном, отчаянные желтовато-серые глаза и слова: «Он сказал, чтобы я убил тебя!»

И всё внутри снова сжималось, завязывалось в узел и начинало звучать в сухом, резком ритме.

Но год прошёл быстро.

***

Светлые маги заявились вскоре после праздника Долгого сна, в тот день, когда Дэн отправился с Лесорубом Моро валить деревья. Нагрянули без предупреждения, усиленным отрядом из девяти человек, и сразу же рассредоточились на группы. Девятый – предводитель отряда – направился прямиком в дом Кормчего. Видный такой человек – довольно высокий, с приятным светлым лицом, с длинными русыми волосами. Зеленоватые глаза походили на две льдинки, горящие под лучами солнца не хуже хризолитов. Кормчий видел его не впервые, но запамятовал, как зовут эна офицера.

- За последние две недели в вашем районе участились случаи применения Тёмной магии, - сказал Светлый, выкладывая перед собой несколько листов с графиками и пачку незаполненных бланков с печатями. – Вот, взгляните, эн Моро. Видите, кривая вот здесь двинулась вверх!

- Плохая погода, - пожал плечами Кормчий. – Увы, нам тут несладко приходится, климат суровый, то буря, то снега не дождёшься, а то вдруг – представьте! – оттепель.

Светлый снял тонкие жёлтые перчатки и вытащил из кармана ручку-самописку с крошечной стеклянной колбой внутри. Чернила из колбы текли по узкой трубочке в металлическое перо. Кормчий с удивлением поглядывал на приспособление – его собственные медные перья, которые он трепетно коллекционировал, казались рядом с удивительной ручкой старинными причудливыми безделушками.

- А что вы скажете на всплески чужеродной для вас магии? Вот в прошлом году, почти сразу после плановой проверки – зафиксировано магическое вмешательство магии ложи Смерти, не имевшее последствий для живущих… Это что?

- Так это, было дело, мы приглашали некроманта для того, чтобы он поспособствовал… тут такое дело – у женщины одной муж утонул, а она снова замуж пожелала. Ну, чтобы душу-то живую не губить, мы, простите, попросили мага ложи Смерти с мёртвым поговорить насчёт этого.

Кормчий преданно уставился на мага честными голубыми глазами.

- Регистрацию я сам у него проверил, сразу же, он из поднадзорных, на службе у себя на хорошем счету, говорил… ничего сверх оплаченного он не делал. Так что, офицер, тут всё в порядке.

- Андерсон, - сказал офицер.

- Да, эн Андерсон, я вас припоминаю. Были у нас с инспекцией полтора года назад. Так ведь? Как эна Майя?

В отряде ловцов нередко присутствовали женщины. Их положение всегда вызывало возмущение Кормчего. Он слышал, что у Светлых они даже офицерами могут стать. И носят штаны! И красят ресницы и губы. Недопустимо, чтобы Андерсон и другие офицеры таскали сюда этих непристойных женщин. Потому-то Кормчий, поглядывая на двух стройных девиц из его селения, стоявших за сиденьем Андерсона, и напомнил об эне Майе, с которой старший офицер приезжал в прошлый раз.

- Хорошо. Вышла замуж, беременна. У меня и самого невеста, - ответил тот невозмутимо.

Беременна! Так и сказал. При девушках.

- Говорят, у вас тут новый человек поселился, - сказал Андерсон, делая пометки на одном из листов с печатями. Сверил свой список со списком Кормчего, приподнял брови. – Рядовой Кейла! Посмотрите, пожалуйста, в донесениях.

Крепкий, темноволосый паренёк достал из сумки письмо, сложенное вчетверо. Не подписанное. Кормчий коснулся бумаги, и уже понял, что она сделана умельцами его поселения. В письме печатными буквами говорилось о том, что некий Утешальщик Моро есть никто иной как Чёрный Скрипач.

- Откуда?..

- Принесли недавно, - сказал Андерсон, следя насмешливыми льдисто-зеленоватыми глазами за предводителем людей Моро.

Кормчий хорошо помнил, что за последние несколько дней из поселения отлучались лишь двое – Гребец Моро с сестрой, Полоскуньей. Стало быть, это она. Та, которая завидовала Швее.

- У нас новых людей нет, - сказал Кормчий. Он уже решил, что Дэна никому не отдаст.

- Утешальщика нет?

Да, это слово только убедило Кормчего, что автор доноса – Полоскунья Моро, завистница и ревнивица. А ведь нехорошо чужое счастье рушить. Спящий осудит.

- Такого нет, - сухо ответил Кормчий.

- Списки жителей где?

Скрепя сердце, Кормчий положил перед ловцами тонкую стопку бумаги.

- Утешитель Моро, - ногтем мизинца подчеркнул Андерсон. – А говоришь, нет. Долго ли здесь живёт?

- Долго, - соврал Кормчий.

- И откуда же взялся?

- В миру жила одна из наших женщин, отлученка. Она умерла, а её сын пришёл к нам, - сдержанно пояснил Кормчий.

- Пойдем-ка навестим его, - сказал Андерсон.

***

Швея сидела за штопкой огромной старой кофты, которую любила иногда надевать дома. В дверь постучали – но, не дожидаясь, когда она подойдёт и отопрёт, кто-то магией отодвинул засов. Вошёл Кормчий, а за ним следом – сразу несколько гостей, и при их виде у неё сердце оборвалось. Ловцы! Да как много…

- Хотите чаю? – дрогнувшим голосом сказала Швея.

- Швея Моро, - отодвинув плечом Кормчего, подошёл к ней главный ловец. Она поняла, что главный – не по нашивкам, а по лицу. Видела она его раз или два, и всё с разными ловцами. И всегда он командовал ими. – Где твой муж, Швея?

- А вы в общем доме бы посмотрели, там вывешено, - растерянно ответила Швея. – Я ведь и не помню… или перед крепостной стеной снег чистит, или на вырубку пошёл с лесорубами. Знали бы, что вы будете спрашивать – дома бы остался…

Светлый взял её пальцами в перчатках за подбородок, так и впился ледяными колючими глазами в её лицо. Швея помертвела. Страшно ей стало этих глаз, этого холодного беспощадного лица.