Дом Даркен (ЛП) - Ив Джеймин - Страница 36

Я даже начала скучать по той, сволочной его стороне, которую узнала на Земле. Там он был настоящий, а здесь на нем была маска. Не уверена, что она мне нравилась. Он тебе все равно не подходит — напомнил внутренний голос, но мне было не до него.

Мы шли молча. Даэлайтеры все еще удивляли меня: они были прямо как мы, люди, только все высокие и красивые, прямо как Голливудские звезды.

Пара местных глянули на меня, но в основном все их внимание было обращено на моих спутников. Все приветствовали их, а те, кто попадались на пути Лексена низко кланялись, сложив ладони на лбу, одна поверх другой.

А он кивал в ответ.

Наблюдение за этим так увлекло меня, что на город я уже не смотрела. Очнулась, только когда мы подошли к их дому. Точнее к огромным воротам из камня, похожего на подкопченный опал — чуть ли ни такой же, как снаружи горы.

Лексен прикоснулся к воротам, которые, как и остальной забор были покрыты письменами. Они тут же открылись, мы вошли внутрь. Вот это да — никакой охраны! А я уже привыкла к вездесущим привратникам в Астории.

— Тут все говорят по-английски? — спросила я, когда ворота бесшумно закрылись.

— С самого момента подписания договора, — вновь обезоружил меня вниманием он.

— А на Земле кто-нибудь знает ваш язык? — Интересно, насколько переплелись наши миры? Как вышло, что никто из нас не слыхал о Даэлайтерах?

— Все четыре дома до сих пор говорят на языке народа Дрэго, который называется Дрэй, — восполнил он мой пробел в знаниях, — Среди Землян есть несколько, способных его понимать, но основные массы людей о нас не знают, так что учить наш язык тоже смысла нет.

Эх, хотела бы ему научиться, но едва ли смогу воспроизвести мелодичный язык Дрэй. Он казался музыкой, а петь я никогда не умела.

Лексен как истинный вожак, опять пошел впереди, показывая дорогу к белому зданию.

Ну ладно, не зданию. Это больше походило на огромную гостиницу с множеством окон и даже башенками. Отсюда было сложно разглядеть все детали, поэтому я принялась с упоением рассматривать окружавший нас сад. Ох, как же много тут всего было: высоченные деревья, кустарники, мириады цветов в красивейших клумбах… Но несмотря на всю кажущуюся переполненность, здесь было очень спокойно и по-домашнему мило. Воздух наполняли диковинные запахи невиданных цветов.

Согласитесь, довольно странно видеть такое многообразие жизни внутри горы, но я сюда, вообще-то на ковре-самолете прилетела. Энергия драконов сохраняла здесь все. Горящее высоко над нами пламя дракона действительно оказалось земным Солнцем и дарило тепло и свет.

Наконец, долгая прогулка по саду кончилась, и мы все же оказались у дома. Но он был выстроен не из привычного серебристого бриллианта, а из… Я достала из-за пазухи мамино ожерелье, с которым не расставалась даже на прокля… уроках физкультуры.

— Из какого камня выстроен ваш дом? — слегка сдавленно спросила я.

Рука Стар мгновенно протянулась к моей шее и вытянула ожерелье, чуть меня не задушив:

— Откуда у тебя камень Старлайт? Это очень редкий камень, который падает на нашу планету.

Она вопросительно глянула на братьев.

— Это что-то типа метеорита, — подхватил Марсил, — На нашей планете его нет, но мы собираем все осколки, падающие из космоса. Он очень мощный, его энергию можно применить для очень многого.

— Тот самый камень, который получили земляне при заключении договора? — подытожила я. Все удивились, но быстро оправились.

— Да! — Стар отпустила меня, — именно он!

Я помотала головой, пытаясь все это переварить.

— Откуда у мамы ожерелье из этого камня?

Падали ли осколки Старлайта на Землю? Да даже если и падали, все равно, откуда бы моим родителям, никак не связанным ни с каким там космосом, взять его?

Часть меня уже сходила с ума от возможных ответов. Могла ли я перенести, что родители, которых я любила больше жизни, спрятали от меня такую тайну?

Странно помрачневший Джеро тоже протянул руку и аккуратно взял ожерелье:

— Нет, Старлайт никогда не падал на Землю — это точно. Единственный камень — это подарок от нас при заключении договора. Внутри вашего камня заключено бьющееся сердце, которое и успокаивает планету.

— А напомни, кем работали твои родители? — вмешался Лексен.

— Бухгалтер и школьный учитель, — с готовностью ответила я.

— Они когда-нибудь брали тебя с собой? — настаивал он, — Ты видела их за работой?

Я погрузилась в мысли и не ответила. Никогда не была на их работе, но мама показывала школьные тесты и фотографии учеников.

— Они не врали, — наконец ответила я, — они бы ни за что не скрыли такой большой тайны.

Тень промелькнула по лицу Лексена. Я так и вперилась в него взглядом.

— С самых первых контактов мы поняли, что люди всегда врут, Эмма. И чаще всего они это делают по двум причинам: защитить себя, или других.

Я тяжело задышала.

— Хочешь сказать, они как-то были связаны с этим договором, и спрятали это, чтобы защитить меня? Хочешь сказать, что ваш мир имеет какое-то отношение к их смерти? — последнюю фразу я почти проорала, в груди неимоверно жгло.

Стар встала передо мной, и я наконец смогла оторваться от жесткого лица Лексена:

— Очень тебе сочувствую, Эмма… Мы постараемся узнать все, что сможем, — она крепко обняла меня.

Я изо всех сил зажмурилась. До этого с трудом держалась, но её участие и объятия сломали защиту.

— Стар, отпусти ее, — мягче обычного сказал Лексен.

Она отпустила меня не сразу. Ее глаза тоже были влажными, видать она тоже старалась не заплакать. Я уставилась на Лексена в ожидании, что он будет вести себя так, будто ничего и не было, но он удивил:

— Стар права. Я постараюсь выяснить, что же произошло с твоей семьей. Совет, ведь, не спроста так обеспокоен твоей безопасностью. Они буквально настояли на твоем приходе сюда.

— Спасибо, — выдавила я, — Знаю, их не вернуть, но, надеюсь, если узнаю что случилось, смогу, наконец, принять и отпустить их смерть.

Никак не удавалось полностью отпустить все воспоминания и боль. Мысль об этом страшном пожаре постоянно преследовала меня. Я думала, время расставит все по местам, но может нужно еще что-то.

— Мои деточки вернулись!

Мы все обернулись. Из приоткрытых двойных дверей выбежала высокая стройная брюнетка. Она подбежала и обняла Лексена, который тут же, будто стал ребенком. Он обнял ее в ответ.

— Мы тоже по тебе соскучились, мам, — кашлянул он, когда она отпустила.

— Мне так вас не хватало! Постоянно спорю с вашим отцом, но он упирается и говорит, что иначе нельзя, и мы обязаны посылать вас на Землю.

Трудно поверить, что это их мать: она выглядела всего несколькими годами старше меня. Длинные темные волосы каскадом спускались до талии, такие же голубые, как у Джеро глаза, очень загорелая кожа.

Она была величественно красива. На ней были белые льняные свободные штаны и туника. Все в ее облике и движениях говорило о высоком происхождении и богатстве, как и в ее детях. Пока она так нежно и радостно со светящимся от счастья лицом обнимала каждого из них, я поняла откуда в четырех Даркенах столько неподдельной доброты.

Стар хрюкнула в тесных объятьях:

— Мама, да меня не было всего два дня!

Мать отстранилась, держа её в вытянутых руках:

— Это были два самых длинных дня в моей жизни, дорогая!

Наконец, она поприветствовала всех детей и заметила меня. Как же она меня примет: как чужака, или..? Но она не дала мне додумать, подошла ко мне и как своих детей обняла меня — она пахла цветами. Сначала я напряглась, но потом расслабилась и тоже к ней прильнула. Неужто вся их семья наделена этой ткплой силой, которой нельзя противостоять?

К счастью, объятия не были слишком долгими, а то я могла бы сделать что-нибудь нехорошее, например, разреветься. От нее исходила такая безусловная материнская любовь и нежность, а мое сердце было еще мягким, ведь всего так недавно говорили о папе с мамой.