Лёд (СИ) - Росомахина Татьяна - Страница 79

Рука в руке мы выбрались из круга танцующих, отошли подальше от костров. Обнявшись, уселись на берегу.

Как у многих других, у нас с Ниэллином все еще не было собственного дома, а в скученности и суете тесного поселения нам редко удавалось побыть наедине. Тем приятнее было сидеть вдвоем в стороне от буйного веселья, вместе любоваться звездным небом и его отражением в зеркале озера. Ветерок пускал рябь прямо по звездам, тихонько шевелил листву, ласково гладил разгоряченные щеки. Мне было легко и покойно, как… Да! Так легко и покойно мне бывало когда-то дома, в Тирионе!

По небу, ненадолго затмив звезды, скользнуло облачко. Ниэллин обнял меня крепче и вдруг спросил:

— Не жалеешь, что мы здесь?

— Нет, конечно! — ответила я с удивлением. — О чем жалеть? Мы ведь помирились с Первым Домом. Теперь все будет хорошо!

— Надеюсь.

Лучше бы он сказал «уверен»!

Однако в чем можно быть уверенным, имея в соседях Моргота? Но не вспоминать же его в праздник, под ясными звездами! И я спросила, хоть уже догадывалась об ответе:

— С кем из Лордов мы пойдем?

— С Артафиндэ, — не задумываясь, ответил Ниэллин. — Нельзя его сейчас бросить. Он трактат о врачевании составляет, просил помочь. И еще двое с даром хотят учиться. А кому их учить? Ему некогда, он ведь Лорд. Артанис сама в обучение собралась в Огражденное Королевство. Да и вообще… столько дел.

Я вздохнула. У целителей дела здесь не переводились: еще до Майтимо им приходилось врачевать раненных в стычках с орками и тех, кто был особенно чувствителен к вражьей мгле. А если будет новый поход, а потом большое строительство, или, хуже того, война? Тогда мне самой надо напроситься в ученицы к Ниэллину. Иначе я буду видеть его только ночами, и то не каждой!

Он будто угадал мои мысли, даром, что я не открывала осанвэ:

— Тинвэ, я не буду увлекаться, обещаю! Да и незачем, при спокойной-то жизни.

— Когда она настанет, спокойная жизнь? Лучше возьми меня в помощницы. Научишь меня боль снимать, и…

— Нет! — резко сказал он. — Нечего тебе в лекарне делать.

Я аж отпрянула:

— Ну, знаешь, Ниэллин! Опять мне указываешь?! А вдруг у меня дар зря пропадает?

— Пусть пропадает!

— Вот вы где, голубки!

Голос Алассарэ прервал начавшийся спор. Они с Арквенэн упали на траву рядом с нами, запыхавшиеся и раскрасневшиеся.

— Ух, устал, — пожаловался Алассарэ, отдуваясь. — В походе так не уставал, честное слово!

— Ладно притворяться! Чтобы ты, да устал от веселья? — смеясь, спросила Арквенэн.

— Отвык, — без смущения объяснил Алассарэ. — У нас все так серьезно было, так мрачно. Только приспособился — и на тебе! Праздник! Пыль столбом, дым коромыслом. Поневоле ошалеешь!

— Глупости, — отрезала Арквенэн. — Когда еще будет такое веселье! Сейчас разбегутся все кто куда… А кстати, Тинвэ, Ниэллин — вы выбрали, куда податься?

— Мы с Лордом Артафиндэ, — ответила я. — Он будет строить крепость на большой реке. На юго-восток отсюда.

— Все-таки на реку, — недовольно проворчал Алассарэ. — Охота вам в ущелье, как в нору, забиться. Лучше бы с нами пошли. Айканаро с Ангарато повыше местечко выбрали и попросторнее! Говорят, там озер полно и горы неподалеку, как Арквенэн с Тинвэ мечтали. Места под дом — выбирай не хочу! И видно далеко… весь Север виден. Враг и чихнуть незаметно не сумеет!

Я поежилась: слышала, что Айканаро с Ангарато выбрали себе нагорье, отделенное от владений Врага лишь широкой степью. Не хотела бы я жить в доме с видом на Черную Твердыню!

— Наше место не хуже, хоть и другое, — сказал Ниэллин примирительно. — Если теснину перегородить крепостью, с севера и мышь не проскочет. А потом… Видел бы ты, какие там леса! Племя Лагора оттуда. Элухин, их врачеватель, обещал показать мне тамошние целебные травы.

Алассарэ с безнадежным видом махнул рукой.

— Оба вы хороши, — подал голос Тиндал. Оказывается, он тоже ушел с праздника и растянулся в траве поблизости. — Мы недавно сюда пришли, нигде толком не побывали, а вы уже готовы в крепостях запереться! Как можно раз и навсегда выбрать место, на другие даже не посмотрев?

— Мы же не ради прогулок сюда пришли, — заявила Арквенэн. — Моргота победим, тогда и будем путешествовать!

— Как хотите, — буркнул Тиндал. — По мне, самое время сейчас для путешествий. Как иначе здесь все разузнать? Я решил пошире пробежаться. Завтра… вернее, уже сегодня с лесными уйду. Лагор не против. И Лорд Артафиндэ меня отпустил.

Несколько мгновений мы молчали, а потом Арквенэн проговорила огорченно:

— Так что же, выходит, мы расстаемся? Алассарэ и я в одну сторону, Тинвэ с Ниэллином в другую, Тиндал в третью… Будем теперь сами по себе?

— Нет! — возразил Ниэллин. — Мы из одного Дома. Мы вместе прошли Льды! Мы не будем сами по себе, даже если окажемся по разные стороны Моря.

— Да и не так далеко мы расходимся, — торопливо добавила я. — Будем встречаться, в гости друг к другу ездить. Так даже интереснее — узнавать, что в разных местах творится!

— Точно! — оживился Тиндал.

Вскочив, он подошел к нам и предложил с воодушевлением:

— Давайте встретимся здесь, у озера, через год, в следующую середину лета. Если у вас, домоседов, жизнь окажется скучная, я уж точно найду, о чем рассказать!

— Я не хуже твоих баек наберу на рассказ. Спорим? — ухмыльнулся Алассарэ. Он тоже встал, крепко схватил Тиндала за руку. — Ниэллин, разбей!

Но Ниэллин просто положил ладонь поверх сцепленных рук Алассарэ и Тиндала:

— Неважно, кто что расскажет. Главное, чтобы мы встретились.

— Встретимся! — узкая кисть Арквенэн легла поверх мужских рук. — Тинвэ, обещай и ты!

— Обещаю, — я прикрыла руку подруги своей. — Конечно, мы встретимся. Через год и через два, и через пять лет… И через сто!

Мы стояли, соединив руки, слившись мыслями и мечтами. Новый, огромный мир окружал нас — мир, который ждал наших знаний и наших рук, наших решений и наших дел. Вместе мы изгоним затмившее его зло, озарим светом Сильмариллов, украсим своими трудами так, что он превзойдет Благие Земли. Тогда поход наш будет оправдан, вина искуплена, Проклятие утратит силу, и милость Владык вернется к нам!

Из чудесных грез нас выдернул быстрый топоток и звонкие детские голоса. Сулиэль и Соронвэ наперебой гомонили:

— Мы вас ищем-ищем, а вы вон куда ушли!

— Пойдемте скорей обратно! Там Макалаурэ будет петь!

— Он песню сложил про Лорда Майтимо!

— Про то, как ваш Финдекано его спас!

Радостные, возбужденные, дети прыгали вокруг нас, тянули за руки. От костров донесся голос Макалаурэ, ясный, звучный и чистый, как звон хрустального колокола.

Теперь не страшно было разделиться с друзьями: общая мечта связала нас невидимыми, но неразрывными узами. Мы разомкнули руки и, улыбаясь, следом за детьми побежали навстречу песне — первой из тех, что будут звучать до конца Арды.

Примечания

Уважаемые читатели!

Помимо «Сильмариллиона», подробная информация касательно реалий Амана, сведенная знатоками творчества Толкиена из его черновиков и писем, содержится на ресурсе «Арда-на-Куличиках»: http://www.kulichki.com/tolkien/, кое-что — в Википедии и Вики-Палантире.

Все же я решила и здесь добавить краткие примечания (в основном касательно канонных «действующих лиц»), чтобы тем, кому это потребуется, не приходилось рыться в интернете в поисках информации.

Итак, в истории участвуют:

— Эру Илуватар (Эру Всемогущий) — Единый Бог, «Творец Небу и Земли, видимым же всем и невидимым»

— Валар — Стихии, воплощенные Эру, его помощники в делах Творения, Владыки Арды.

Главные из них:

— Манвэ Сулимо — Повелитель Ветров и Верховный Владыка Арды

— Варда Элберет — Возжигательница Звезд, супруга Манвэ

— Намо Мандос — Судия, хозяин Чертогов, куда попадают души умерших

— Вайрэ-Ткачиха — супруга Намо, на гобеленах которой запечатлена вся история Арды