Укрощение строптивой - Энок Сюзанна - Страница 26

— А может, ей лучше пересесть? — спросил Китинг, по-прежнему стоявший в темной глубине ложи.

Камилла с улыбкой пожала плечами.

— Даже не знаю… Ей, похоже, очень нравится здесь.

— Но я хочу поболтать с вами наедине, — проворчал Китинг.

— В таком случае вам придется навестить меня завтра, — ответила девушка.

Теперь Камилла почти отвернулась от него и смотрела на открывавшийся занавес, но Китинг, уже знавший ее довольно хорошо, был уверен, что она снова улыбнулась. Еще совсем недавно он думал, что разговор с ней о желании Фентона начать все сначала будет самым трудным для него шагом. И он даже не подозревал, что будет гораздо труднее отказаться от нее в пользу кузена.

Глава 10

— Вот почему, дорогие дамы, — заключила леди Хейбери, хлопнув в ладоши, — я решила, что наш эксперимент, которому мы посвятили всю зиму и весну, увенчался успехом. И теперь я намерена держать клуб «Тантал» открытым круглый год.

— Слава богу, — прошептала София, вцепившись в руку Камиллы. Они сидели рядом за столом, с которого уже убрали остатки завтрака. — Понятия не имею, куда бы я подалась в этом году, если бы мы вскоре закрылись.

— А вам не кажется, что это скучно? — подала голос Сильви, сидевшая напротив. — Да, конечно, очень приятно иметь крышу над головой и доход — пусть даже он уменьшится, — но ведь с августа по март Лондон невыносим — за исключением малых сезонов, разумеется.

— Леди Хейбери сказала, что мы сможем уехать на отдых, если пожелаем, — напомнила София. — Так что тебе незачем оставаться здесь.

— А я остаюсь, — заявила Эмили, сидевшая рядом с Софией. — То есть… если мистер Джейкобс и мистер Смит останутся.

Камилла внимательно посмотрела на девушку. Если кто-то и покидал клуб реже, чем она, так это Эмили Портсмен, которая, однако же, никогда не рассказывала о своем прошлом и о том, что предшествовало ее появлению у дверей клуба.

— Эмили! — окликнула девушку леди Хейбери. — У вас готовы изменения в распорядке?

— Да, готовы. — Взяв свой блокнот, Эмили поднялась и вышла из-за стола, чтобы сделать несколько объявлений.

— Бог с ним, с клубом, — шепнула София, толкая подругу локтем. — Как прошел твой выход в свет вчера вечером? Ты даже не разбудила меня, когда вернулась.

— Все было совсем не так, как я ожидала.

Камилла невольно вздохнула. Со вчерашнего вечера ее не покидало чувство усталости, и ей казалось, что она так и не сможет отоспаться в обозримом будущем.

— Но что же случилось? — допытывалась подруга.

— Я пока что не хочу это обсуждать, София. Мне надо сначала самой во всем разобраться.

— Кто-нибудь оскорбил тебя? А почему же Китинг их не поколотил? По-моему, это ему прекрасно удается, вполне профессионально. Он ведь такой мускулистый…

— София, прошу тебя!..

— Нет уж, дорогая, отвечай. Я двадцать лет ждала, когда у меня появится близкая подруга. И потом… Я ведь желаю тебе только добра. Если понадобится, я сама поколочу твоих обидчиков.

Камилла снова вздохнула и, собравшись с духом, проговорила:

— Китинг сообщил мне, что Фентон по-прежнему заинтересован в браке.

София вытаращила на подругу глаза.

— После всего, что он наговорил о тебе?

— Видимо, да, после всего этого.

— А что думает Китинг? Он, наверное, в ярости. Ведь он ухаживает за тобой.

Ухаживает?.. Ох, объяснить это было труднее всего. Едва лишь увидев Китинга Блэквуда, она, Камилла, проявляла к нему… повышенный интерес. И была ошеломлена, внезапно узнав, что он не отвечал ей взаимностью — кроме моментов, когда целовал ее. Несколько раз. Зато в театре он бросал на нее такие взгляды… О, в эти мгновения она чувствовала себя совершенно обнаженной.

— Китинг прибыл в Лондон по поручению Фентона, — с трудом выговорила она.

София вскочила.

— Что? Предатель! Ну, попадись он мне только в следующий раз — получит такого пинка по самому больному для мужчины месту!..

— Дамы, в чем дело? — Леди Хейбери прервала объявления и подошла к ним. — Что случилось?

— Китинг Блэквуд солгал Камми! — заявила София.

Камилла нахмурилась.

— Ну, не то чтобы солгал… Не совсем. Просто не говорил всей правды.

— И в чем же он солгал? — осведомилась Джульетта Лэнгтри, вставая из-за своего стола.

— Так я и знала! Ему нельзя было доверять! — Пэнси Бриджер положила руку на плечо Камиллы. — Я ведь пыталась предостеречь тебя.

— Нет-нет! — Камилла энергично покачала головой. — Прошу вас, не надо хвататься за факелы и топоры! Я пока что даже не знаю всех подробностей. В сущности, мне известно только то, что рассказал Китинг. Якобы лорд Фентон понимает, что в отношениях со мной допустил ошибку, и теперь он готов начать все сначала.

И в тот же миг в зале воцарился хаос: девушки разразились криками и воплями, причем каждая выкрикивала что-то свое. А леди Хейбери тем временем взяла Камиллу под руку и увлекла ее в уединенный коридорчик. Как только они остались вдвоем, маркиза спросила:

— А цветы, которые вам приносили, — они от Фентона?

Камилла не удивилась тому, что леди Хейбери знала о цветах. Она и ее супруг были хорошо осведомлены обо всех подробностях жизни клуба — и в данный момент, и всегда.

— Я думала, они от Китинга, но он сказал, что никогда не посылал мне никаких цветов. Так что они наверняка от Фентона.

Поначалу в это трудно было поверить, но теперь история с цветами оказалась вполне правдоподобной: ведь попытками Фентона ухаживать за ней руководил Китинг, прекрасно знавший пристойные — а также непристойные — способы покорить сердце дамы.

— Я только хочу напомнить вам об осторожности, Камилла, — проговорила маркиза негромким мелодичным голосом. — Мужчины, как правило, хотят только того, что выгодно им самим. Может, я ошибаюсь, но мне кажется, что ваше благополучие и счастье не значатся в списке целей лорда Фентона.

— Но вы ведь не возражали, когда думали, что Китинг ухаживает за мной? — спросила Камилла скорее с любопытством, чем с раздражением.

— Китинг Блэквуд — изгой. — Леди Хейбери криво усмехнулась. — Впрочем, как и все мы здесь…

— Благодарю, миледи. Я ценю ваше участие, — пробормотала Камилла.

— Дорогая, называйте меня Дианой. Мы ведь теперь все одна семья — независимо от наших ожиданий.

Внезапно дверь в коридор распахнулась, и перед женщинами возник лорд Хейбери.

— Может, мне застрелить Блэквуда? — осведомился маркиз, нахмурившись. — Или лучше Фентона?

Диана шагнула к мужу и поцеловала в щеку.

— Я еще не решила, Оливер. Прошу тебя, наберись терпения.

— Пожалуйста, не надо стрелять! — встревожилась Камилла. — Что бы ни случилось, я справлюсь сама. По крайней мере, на этот раз я понимаю, что происходит.

— Вам не выстоять одной. Ведь всякое может случиться… — многозначительно заметила Диана.

— Да, разумеется. И мы всегда готовы защищать тех, кто у нас служит, — подхватил Хейбери. — Так что же все-таки произошло?

— Я не уверена, но… Похоже, Блэквуд лгал, а Фентон все еще намерен жениться на Камми, — ответила Диана. — Потому и посылает ей цветы. То есть…

— Китинг не лгал, — перебила девушка. — О господи, я ведь тогда сбежала из церкви только потому, что хотела сама решать, каким путем идти по жизни! Умоляю вас, не надо стрелять! Я понятия не имею, как быть дальше. Видите ли, я сама обо всем узнала лишь вчера вечером, и теперь…

Камилла умолкла, внезапно сообразив, что ей лучше держать язык за зубами — по крайней мере до тех пор, пока она сама не разберется хоть в чем-нибудь. И пока не решит, какую роль взял на себя в этой истории Китинг.

— Ладно, хорошо, — кивнула леди Хейбери. Она поднесла ладонь к губам мужа, который явно намеревался что-то возразить. — Просто знайте, Камилла, у вас будет и работа, и крыша над головой, так что не беспокойтесь. Я не допущу, чтобы вы пошли на примирение с Фентоном вынужденно — лишь из-за того, что не остается другого выхода. Видите ли, мой первый брак был заключен по решению родителей, и он оказался… весьма неудачным.