Искаженное время (СИ) - "Deacon" - Страница 221

- Алоли не сделала ничего плохого, - Нефертари тут же нахмурилась. – Мои воины арены могут поступать так, как захотят.

- Только не с моими рабами! Ты меня услышала, Тари. Еще раз я увижу её рядом с ним...

- То что? Ты не можешь наказывать моего воина!

Наблюдая за ссорой двух подруг, Алоли с трудом сдерживала улыбку. Она знала, что своим поведением вызовет реакцию, но никак не ожидала, что Акана разозлится настолько сильно. Что касается Дмитрия, то он молча поднялся с места, и, не дожидаясь позволения, направился купаться. Забивать голову дурацкой перебранкой он не собирался, хотя и игнорировать реакцию Аканы тоже не мог. Для него было странно видеть столь яркие эмоции со стороны этой девушки. И в отличие от Алоли, ему это не понравилось.

Домой купающиеся возвращались злые, точно стая голодных аллигаторов. Нефертари и Акана демонстративно не разговаривали друг с другом, Аризен злобно косился на Дмитрия, а русский, в свою очередь, с раздражением терпел вопросительные взгляды Рейвена. А полицейский сейчас думал о том, на кой черт Дмитрию ударило в голову приставать к Алоли. На Ингемара, который был падким на красивых женщин, Лесков походил так же сильно, как птеродактиль на попугая, поэтому мысль о том, что русскому захотелось развлечься с местной красоткой, разом отметалась. Скорее всего, Дмитрий решил очаровать эту девицу, чтобы заручиться её помощью во время испытания в пирамиде. Правда, непонятно, на кой черт нужно было действовать на глазах у всех, и особенно – Аризена. Мальчишка мог в любую минуту поджарить горе-любовника электрическим разрядом, и вряд ли кто-то успеет ему помешать.

Тем временем графиня Лилит всё еще принимала ванну. Лежа в прохладной воде, она не заметила, что прошел почти час, а она до сих пор не собралась духом, чтобы выйти из комнаты. Сейчас, когда сознание прояснилось, и жар в теле наконец утих, графиня размышляла о том, что она натворила. Как она вообще могла допустить подобную ситуацию? Она, графиня ди Левильо, женщина, за которой ухаживают годами. Самые пылкие мужчины разбивались о стену её ледяного равнодушия, самые умные оказывались её послушными марионетками, самые уверенные в себе мигом теряли свою спесь. Лилит прекрасно контролировала любого из них, умела вовремя поощрить и так же безжалостно осадить в нужный момент. Но случившееся сегодня не вписывалось ни в какие рамки. От этой мысли Лилит почувствовала, как ее щеки вновь вспыхнули стыдливым румянцем. Кто бы мог подумать, что она, графиня, богатейшая женщина Франции, позволит какому-то египетскому варвару из прошлого... В тот же миг Лилит захотелось с головой нырнуть в воду, словно это могло смыть её позор.

«Какая я была дура!» - теперь чувство стыда сменилось злостью на саму себя. «Конечно же, этот невоспитанный варвар будет хвастаться своим трофеем, и ладно, если он будет это делать в своей компании. Но что если об этом узнают Рейвен и остальные? Сколько презрения будет в их глазах. Особенно у месье Лескова. Все это время я ненавидела его за то, что он внушил мне влюбленность, а теперь я сама бросаюсь на первого попавшегося мужчину. Тем более на какого... Боги, в нем нет ни манер, ни такта! Необразованный, грубый мужлан, который даже не знает, как разговаривать с женщиной. Как это вообще могло произойти!»

Лилит в отчаянии размышляла, есть ли возможность хоть как-то скрыть свой невероятный позор. Во-первых, в пылу страсти она и Косэй разнесли целую комнату, и первым делом все зададут вопрос, что произошло?

«Можно сказать, что на дом напали», - решила графиня. «Да, нужно сказать это раньше, прежде чем Косэй откроет рот. Будем надеяться, что у него хватит ума не начать кричать, что случилось на самом деле. Хоть бы он не относился к ничтожествам, которые хвалятся своими победами!»

Если Косэй проявит хоть немного такта, всю остальную мозаику удастся собрать. На дом напали, они отбили атаку. Сфинкс, даже если захочет рассказать правду, не сможет сделать это понятно, поэтому по поводу воина Лилит переживала меньше всего. Единственное, нужно что-то придумать с Рейвеном. Способность полицейского чувствовать энергетику была всегда настолько же полезной, насколько сегодня нежеланной. Харта так легко не проведешь, и, если еще в комнате действительно может чувствоваться пыл сражения, то одно мимолетное прикосновение немедленно выдаст Лилит до кончиков ногтей. Нужно было что-то срочно предпринять. Нужно было обмануть ищейку. Когда в комнату зашла рабыня, желая поинтересоваться, как скоро Лилит освободит комнату, графиня, взглянув на нее, наконец-то придумала способ.

- У тебя очень красивые волосы, голубка, - внезапно произнесла она, обратившись к девушке. Та пребывала в подавленном настроении, но услышав комплимент едва заметно улыбнулась.

- Спасибо. У тебя тоже.

- Да, но не такие. Твои волосы длиннее и на солнце блестят, словно драгоценность, - продолжала графиня. - Всегда хотела потрогать их на ощупь.

Девушка снова улыбнулась и, приблизившись к Лилит, наклонилась и позволила ей погладить себя по волосам. В тот же миг она почувствовала, что графиня случайно вырвала ей один волосок.

- Прости, голубка. Это я ногтем зацепилась, - тут же поспешила извиниться Лилит. Девушка понимающе улыбнулась. Получив еще порцию комплиментов по поводу шелковистости своих волос, рабыня удалилась, а Лилит накрутила полученный волосок на мизинец и прошептала заклинание. Теперь энергетика этой девушки временно будет принадлежать ей, а энергетика Лилит – рабыне. То, что Косэй мог развлечься с какой-то девкой, одно дело, француженка же в свою очередь весь день занималась работой по дому.

В разрушенной комнате всё еще прибирались рабы, когда гости Косэя вернулись после купания. Рыжий как ни в чем не бывало работал в главном зале, старательно вырезая узор. Постепенно на коже появлялась какая-то диковинная птица, но мастер по своему обыкновению опять не был доволен результатом. Ему всегда казалось, что можно сделать лучше, и сейчас он придирчиво рассматривал свои труды на наличие изъянов.

- Что тут произошло? – воскликнула Нефертари, первая увидев погром в комнате. – Что с Косэем?

В её голосе послышался неприкрытый страх, но красноволосый отозвался раньше, чем ей успела ответить рабыня.

- А что со мной может быть? – донесся возмущенный голос из соседней комнаты. Он отложил нож и направился к своим гостям, которые мрачно оглядывались по сторонам. Вскоре в комнату зашла и графиня. Она изо всех сил пыталась выглядеть спокойной, но её волнение не укрылось от присутствующих.

- Что у вас произошло? – Рейвен повторил вопрос Нефертари, теперь уже встревоженно глядя на Лилит.

- Ничего особенного, - насмешливо произнес Косэй. – К нам залезла парочка наемников, видимо, решив, что без вас мы окажемся более уязвимыми. Как видите, они ошиблись.

Не веря своим ушам, Лилит посмотрела на Косэя, почувствовав к нему благодарность. Она ожидала, что красноволосый начнет хвастаться очередной своей любовной победой, но рыжий почему-то предпочел солгать.

- Вы выяснили, от кого они? – теперь уже в диалог вступила Акана.

- Не успели. Они сбежали, - отмахнулся Косэй, явно не желая развивать эту тему.

- Вы позволили наемникам уйти? – Дмитрий непонимающе посмотрел на Косэя, затем на Лилит, после чего остановил взгляд на Сфинксе. Уж эта зверюга точно могла догнать хотя бы одного беглеца.

- А не ты ли сам вчера ночью позволил наемнику сбежать? – резко осадил Лескова Косэй. – И хватит задавать мне вопросы. Я сказал, что здесь произошло, вы меня услышали. Кудахтать над этим до скончания мира я не собираюсь.

С этими словами Косэй направился в главную комнату, явно давая понять, что вопрос исчерпан. Дмитрий и Рейвен переглянулись. По сути, красноволосый не лгал: здесь и впрямь произошло сражение. Харт даже чувствовал боль от ран, но было кое-что еще, что совершенно не вязалось с услышанным, отчего полицейский решил, что он ошибается. Или Косэй здесь действительно развлекался с какой-то женщиной, но до всего случившегося.