Сага о Ваосе. Часть I. Тайна Ангромора (СИ) - Егоров Николай Михайлович - Страница 31

– Нужно отступать.

Тем временем, гоблины были почти перебиты. Пришедший в себя Трамдин вновь рубил врагов бок о бок с Троином, замечая, что подаренный Этельдором меч в разы острее его старого оружия. Этельдор стоял на берегу, отбивая атаку оркхов, чьи ряды поредели не меньше, чем армия Мардмора. Когда от многотысячной орды гоблинов остались несколько десятков, в то время, как в армии эльфов было ещё полторы тысячи, а в армии грифонов сотня, Сугнак забрался на тушу дракона и затрубил в рог три раза – приказ отступать. Эльфы, услышав сигнал словно начали выгонять гоблинов на берег, добивая вдогонку. Гоблины бежали со всех ног вслед за ведущим их Сугнаком, бросая раненных товарищей умирать. Четверо самых крепких оркхов подхватили Мардмора и унесли прочь. Ангуис бесследно исчезла в дыму. Грифоны бросали вслед убегающим гоблинам свои взрывчатки, эльфы стреляли и кидали копьями, пока Этельдор не приказал уходить. Армия Гаррабада на голову разбита. Это победа. Троин, Трамдин и эльфы радостно кричали, смеялись, обнимались друг с другом. Грифоны кружились в небе, радостно клекоча. Этельдор ходил по полю боя, исцеляя тяжело и смертельно раненных.

– Победа! Мы победили! – разносились всюду радостные восклицания.

Война началась. Первая кровь пролита. Первая победа одержана. Но война только началась…

Глава XIX. Отец кланов.

Лето приближалось к концу, с каждым днём уступая дорогу осени. Солнце уже не грело так сильно, как прежде, и всё чаще прохладный ветер остужал воздух, унося остатки летнего тепла. Деревья сбрасывали листву, обнажая ветвистые кроны. Птицы потянулись на юг тоскливыми караванами. Дожди стали проливаться чаще и дольше, сопровождаясь сильными ветрами и грозами. Тоскливая, мрачная пора. Для природы пришло время готовиться ко сну, для людей и гномов – к зиме. А короли и лорды готовились к войне. О войне твердили повсюду. Изо дня в день за окнами слышался топот уходящих на рубежи солдат, рёв осточертевших боевых труб, бой барабанов. Каждый день был натянут, как тетива от лука, готовясь сию секунду пустить стрелу навстречу судьбе. С востока поползли слухи о том, что, дескать, принц Троин жив, что он убил Мардмора на Флаорине, что Гаррабад в панике, и Сугнак теперь возглавляет гоблинов, что Троин в союзе с эльфами и гномами Айрондора готовится к сражению в Гаррабаде. Но мало кто этому поверил. А меж тем старики толкуют о конце Эпохи Воинов, о том, что Последняя Война уже началась, и скоро прольются реки и водопады крови. В Арксторне твердили, что Троин Избавитель уже возродился, и скоро народ гномов окажется во власти кровавого царя. Хаос, неразбериха… Полная неразбериха… Вот, что царило в умах простых смертных. Тяжёлые дни наступили… И вот в один из таких дней под расписными сводами Главного собора Арксторна верховный священнослужитель объявил о том, что «Отныне и до последнего дня Бавер из клана Шелковласов и Фрея из клана Остроглазов сочетаются браком, благословлённым Единым Творцом Миров и его Священной Церковью». Бавер был вне себя от радости и едва-едва мог скрывать это. Фрея улыбалась, скрывая слёзы. Мастер Кроин тяжело вздыхал, наблюдая за бракосочетанием с одного из дальних балконов. Клан Остроглазов пал. Ястреб улетел прочь, уступив жеребцу свою корону. Кто бы как ни смотрел на это, но произошло то, что произошло, и изменить уже ничего нельзя. Бавер из клана Шелковласов стал Лордом Защитником Арксторна, наместником, правой рукой и мужем королевы. На свадебное пиршество съехались лорды и рыцари со всех концов Арксторна, и даже король Аранора Торброн был приглашён, как почётный гость. Бавер никогда и ни в чём не мелочился. Торжество было поистине роскошным. Море гостей, лучшие вина из Гильднора, сотни блюд разной кухни от аранорской до альхаббанской, музыка, фейерверки. Но Бавер не был бы собой, если бы не приготовил для всех сюрприз. Когда музыка стихла, в пиршественный зал вбежали двое шутов, одетых в кольчуги и чёрные плащи. На одном из них была безобразная одноглазая маска, похожая на физиономию гоблина, а лицо второго скрывали чёрный капюшон и чёрная повязка. Узнав в них Гаррабадского царя Мардмора и его приспешника Сугнака, гости залились смехом. Бавер же скривился в насмешливой улыбке, а глаза его сверкнули азартным предвкушением.

– Сугнак!!! – крикнул шут «Мардмор».

Шут «Сугнак» подбежал к «Мардмору» на четвереньках, чем вызвал ещё большее веселье у зрителей.

– Что вам угодно, Ваша мерзкая-премерзкая самая мерзейшая на свете Мерзость?

– Самая малость, Сугнак. Ступай в Арксторн и укради для меня Книгу Ангромора, которую гномы хранят с Первой Войны! И принеси мне пожрать, а то я скоро начну лизать свои грязные пятки!

– Как я рад доблестно и бескорыстно служить вам, Ваша Мерзость! А что я получу в награду?

– А в награду… Когда ты подохнешь, тебя сожру я, а не мои воины! Ну же, ступай, болван!

«Мардмор» пнул «Сугнака», и тот убежал на четвереньках под оглушительный смех и рукоплескание гостей. Бавер рассмеялся и захлопал в ладоши. Даже Фрея улыбнулась.

Тем временем на сцену вышли трое других шутов. Один из них носил длинную чёрную бороду, золотистый колпак, изображающий корону, и синий плащ. Другой, моложе первого, был одет в пёстрый камзол и синюю накидку с капюшоном и носил короткую бороду. А третий, рыжий детина, был одет в кольчугу и держал в руке деревянную секиру. Смех гостей приумолк.

Фрея, узнав в шутах отца, Троина и Трамдина, закрыла глаза, чтобы не заплакать. Бавер всем телом подался вперёд, положив локти на стол.

Шут «Сугнак» подбежал к шуту «королю» и, выхватив нож, полоснул по животу «короля», после чего скрылся. «Король» вскрикнул и схватился за «рану», из которой вместо крови посыпались монеты. «Троин» подбежал к «отцу», тот упал ему прямо на руки, а «Трамдин» принялся с хищной улыбкой на лице собирать рассыпавшиеся монеты.

– Сын мой, я умираю…

– Я так рад это слышать от тебя, отец!

– Я тоже люблю тебя, мой маленький уродец.

«Король» крякнул и, вывалив язык, «умер». «Троин» упал на пол и начал изображать, что рыдает, стуча кулаками по полу. «Трамдин» стянул «корону» с головы «короля» и напялил её на себя. «Троин» поднялся и отвесил «Трамдину» подзатыльник, тот растерял монеты и вновь принялся собирать их с полу. «Троин» обратился к зрителям.

– Мой бедный папенька наконец загнулся! Но Сугнак стащил Книгу Ангромора! Я не стану обрекать своих воинов на смерть, ведь они ещё пригодятся для другого. Лучше я пойду в Гаррабад сам и заберу у них чёртову книжонку! Или же умру, чтобы избавить свой народ от дураков. Но… А-а-а-а!!! Мне страшно! Трамдин, ты пойдёшь со мной!

«Троин» оседлал «Трамдина» и ушёл со сцены на его плечах.

Гости пришли в смятение. Кто-то явно негодовал, кто-то был потрясен и пребывал в полном недоумении, кто-то ехидно ухмылялся. Король Торброн покосился на Бавера и вопросительно нахмурил свои густые косматые брови. Бавер пожал плечами и с той же улыбкой предложил ему кубок вина. Было видно, что он знал о том, что будет и был явно доволен всем происходящим и реакцией на это его гостей. Меж тем на сцену вышел краснолицый рыжебородый шут в красном камзоле, набитом тряпками, в красном плаще и с такой же «короной» на голове. Нетрудно было догадаться, что он изображает властителя королевства Гильднор. Кое-где вновь донёсся неловкий смешок. Бавер уже не скрывал явного презрения и злорадства в своей улыбке. Шут «Бронбард» начал пить вино из чаши, проливая себе на живот и похрюкивая от удовольствия, как вдруг на него бросился другой шут, облачённый в кольчугу, плащ, сшитый из собачьих шкур и рогатый шлем. Узнав в нём вождя Вольных Полей Рогвальда, на лица гостей вернулась улыбка, но ненадолго. «Рогвальд» начал лупить «Бронбарда», и тут выбежали «Троин» и «Трамдин». «Трамдин» оттащил «Рогвальда» и толкнул его к «Троину», а тот толкнул его к «Трамдину», и так, пока «Рогвальд» не упал на пол, и один из шутов не уволок его за ноги. Казалось бы, гости вновь оживились и засмеялись, но тут шуты вытворили то, что вызвало ещё большее негодование и даже отвращение. «Бронбард» обнял «Троина» в весьма двусмысленной позе и поцеловал взасос. Кого-то из гостей чуть не стошнило. Кто-то поперхнулся. Кто-то ударил кулаком по столу и проворчав: «Да ну вас к Тёмным», встал и удалился. Бавер захохотал, как сумасшедший, ударяя кулаками по столу. Фрея тихо заплакала.