Сага о Ваосе. Часть I. Тайна Ангромора (СИ) - Егоров Николай Михайлович - Страница 47

– Три десятка. Там мужчины, женщины, дети, в общем, разношёрстная компания.

– Понятно. Привели их во дворец?

– Да, Ваша Мерзость.

– Хорошо. Скоро я ими займусь. Сколько гоблинов погибло?

– Полсотни.

– Это уже плохо. У нас сейчас каждый воин на счету… Вот, что, Рукх. Зови всех во дворец. Будем пировать. Отпразднуем новоселье. Вели угостить всех вином и мясом. Режьте скотину, жрите гномью падаль. Сегодня повеселимся вдоволь.

– Слушаюсь, Ваша Мерзость! – ответил Рукх и поспешно удалился.

Мардмор обернулся к Фрее.

– Тебе, курочка, я позже крылья подрежу. Но сейчас не до тебя. Можешь спать спокойно этой ночью.

– Убейте меня… – тихо прошептала Фрея. – Я хочу умереть… чтобы не видеть этого…

– Ах, вот, значит, как… – Мардмор подошёл к её постели. – Нет. Ты не умрёшь. Но не думай, что я послушал твоего нытья и распустил нюни… Я хочу, чтобы ты умирала долго… в одиночестве… с чувством вины перед народом… который ты предала. Маленькая доверчивая дурёха. Но… Есть и другой выход. Если старушка скажет мне, то ты будешь убита. На жертвеннике Ангромору… Как твой брат… который будет съеден моими воинами, а не захоронен под этим вашим Гробовым Холмом, как его отец. А хотя. Хоть на чьей-то могиле не выпьют мои ребята.

– Как вы посмели осквернять прах умерших…

– Это вы, гномы и люди, благоговеете перед дохлым мясом. А мы, гоблины, умнее вас, и давно знаем, что в смерти нет ничерта священного. Особенно, в смерти таких, как вы. Почему это я не в праве посмеяться над мёртвыми врагами. Помнишь Сугнака? Тот оркх, который прирезал короля-отца, как хрюшку? Он сейчас в плену у твоего брата. Ему отсекли руку, потом он дрался левой, превозмогая боль, но его повалили. Не велика эта, как её, доблесть – повалить калеку. Его связали и избили. Несколько гномов. И сейчас он, если его ещё не убили, в грязи, в крови и гное волочется за твоим братцем. А тот приказывает своим гномам бить его за каждую провинность. Так, к чему это я… Если вы к живым врагам относитесь хуже, чем к собакам, то почему я должен уважать ваших мертвецов? Я заходил в вашу усыпальницу. Уютное местечко для пьяных посиделок… И знаешь, я плюнул в лицо твоему отцу. Жаль, что это была лишь искусная резьба по камню. Но тоже сойдёт. – Мардмор показал пальцем на свой уродливый ожёг на лице. – Видишь? Это он сделал. Твой отец. Тогда он посрамил меня. Но он даже не догадывался, какой монетой я плачу за оскорбления. Твой брат, которого сейчас, должно быть, рвут на куски. Твои гномы, которые боятся произносить моё имя. Ты… Это всё плата твоему отцу за это унижение в битве в Гаррабаде во время Войны Стали и Камня. Совсем как тогда, когда лишил глаза твоего кузена из Айрондора. Помню, что он очень громко визжал. А теперь вас всех настигло возмездие. Гоблины не забывают…. и не прощают… Спи спокойно… Завтра я загляну к тебе… поболтаем…

Мардмор закрыл за собой дверь и ушёл. В пиршественном зале уже во всю шло веселье. Гоблины хохотали, пили вино и пиво, ели мясо, бросаясь костями друг в друга. Мардмор запрыгнул на стол.

– Гоблины! – обратился он к своим пьяным пирующим воинам. – Народ Ангромора! Сегодня вы потрудились на славу! И всю эту жратву и выпивку вы заслужили! Как заслужили и землю гномов! Скоро война! Столица наша, но… Но у нас ещё полно врагов. Недобитки-хранители объединились, и скоро они нанесут нам удар! Но мы не пропустим их! Мы сильнее их! Нас меньше… Но скоро будет наоборот! Мы порвём их в клочья!

– Да! – кричали гоблины в ответ. – Да! Мы сильнее! Порвём их в клочья! Мардмор! Мы с тобой!

– Ангромор!

– Ангромор!

– Ангромор!!!

– Ангромор!!!

– Ангромо-о-ор!!!

Тем временем Бавер подъезжал к воротам Хорсфорта. Ночь была тёмной, и видно было плохо, но столбы дыма, поднимающиеся из-за стен замка Бавер видел отчётливо. Когда Бавер подъехал к воротам, караульный затрубил в рог, и стражники подняли решётку. Бавер въехал во двор замка и чуть не упал из седла от неожиданности. Вокруг него царила та же обстановка, что и в захваченном гоблинами Арксфорте. Знамёна были содраны и сожжены на костре, все защитники замка перебиты, а тела их сожжены или расчленены на съедение, и весь двор кишел гоблинами.

– Могу ли я узнать, – поинтересовался Бавер, – что здесь произошло?

– По приказу Его Мерзости, – ответил один из гоблинов, который по всей видимости, был поставлен за главного, – все гномы в этом замке были убиты.

– И женщины?

– Да.

– И дети?

– Все – значит, все, недалёкий гном.

– Выбирай слова, солдатня. Я лорд Бавер из клана Шелковласов. Великий Хранитель Клана. Хозяин Западных Лугов и лорд этого замка.

– Да хоть ты кто. Мне наплевать. Теперь ты никто, и я не убил тебя только потому, что Его Мерзость велел мне оставить тебя в живых. Есть ещё вопросы?

– Есть. Здесь была молодая голубоглазая девушка с шелковистыми русыми волосами. Что с ней?

– Этот лакомый кусочек мы оставили на сладенькое.

– Что с ней?!

– Она сидит в башне. Пока до неё руки не дошли. Вот как напьёмся…

– Закрой свою зловонную пасть, мерзавец! Это моя сестра! И не смейте её трогать, понятно?!

– Его Мерзость ничего не…

– Плевать я хотел на Его Мерзость! Даже его бы я убил за такое.

– Полегче, гном. Если Его Мерзость узнает, что ты так говорил, он тебе язык вырвет.

– Плевать… Проводи меня к ней.

– Обожди, гном. Не так быстро.

– Я сказал, проводи меня к ней!

– Ну, как скажешь. Иди за мной.

Гоблин повёл Бавера за собой. Они прошли по множеству коридоров и лестниц, прежде чем оказались на месте.

– Здесь. – сказал гоблин Баверу, доведя его до небольшой кованой двери.

– Вы что, держали её в камере для воров?! – возмутился Бавер.

– Воры – не насильники. – ответил гоблин и захохотал. А потом добавил. – Хотя одно другому не мешает. – и захохотал ещё громче.

Бавер чуть не побледнел. Он почувствовал, как по его лицу бежит холодный пот, а руки трясутся от страха и вскипевшего в нём в эту минуту, гнева. Вытаращенными глазами он посмотрел на гоблина, скрежеща зубами, и с яростным криком, вырвавшимся из груди, набросился на гоблина с кулаками.

– Мерзавец! – закричал он. – Убью!

– Спокойно, гном. – невозмутимо ответил гоблин, оттолкнув его от себя. – Шучу я. Те, кто там был, были съедены одними из первых. Мы там даже их кровью не напачкали. Я с тебя удивляюсь, гном. Его Мерзость рассказал нам о твоей сестре и приказал нам её не трогать. Можешь сам проверить, даже не оцарапали.