Меняя слово (ЛП) - Уиллис Эшли - Страница 22

— Мы должны решить, впускать ли их в Уныние, — продолжил Факсон. — Есть возражения?

Высокий кентавр с длинными белыми косами и короткой бородой кашлянул. Пози узнала его, он привел их к Факсону из укрытия.

— Да, Стонус? — спросил Факсон.

— Мы не можем им доверять, — заявил старший кентавр. Пози казалось, что сердце упало в желудок. Она не ожидала, что кентавры будут против. Она ждала, что Факсон убедит других кентавров доверять им, но он лишь кивнул Стонусу и не спорил.

Тихий голос зазвучал поверх шепота совета, и Пози узнала Карис.

— Простите, Стонус, но я не вижу, чтобы дети были против нас. Они перечили самому королю Мелантиусу, пошли на Дикую землю, рискуя собой.

— Это не доказательство, — Стонус покачал головой. — Многие могут возразить королю. Это не значит, что мы с ними на одной стороне.

— Возможно, — сказала Карис, — стоит дать детям высказать свое мнение.

Тринадцать кентавров посмотрели на Кирана и Пози. Пози заерзала, надеясь, что Киран сможет что-то сказать.

— Друзья, — Киран повернулся к остальным. — Король Мелантиус — мой отец, но он и мой злейший враг, — в комнате вдохнули от этих сильных слов, но только Пози знала, чего они стоили Кирану. Он продолжал. — Я годами смотрел, как менялся Сюжет, становился хуже, и как король и его советники забирали власть себе и все меньше думали об обычных персонажах. Моя сестра, принцесса Эванта, заметила это раньше меня, хоть мне и стыдно это говорить. Я недавно узнал, что сам король изменил Сюжет, чтобы включить жертву моей невинной сестры, чтобы пришло больше читателей, чтобы укрепить свое место на троне. Никто, зная о таком зле, не будет помогать королю. Я не только ушел от него, но и хочу выступить против него.

Шепот стал громче, некоторые кентавры говорили вслух, зло качая головами, хотя Пози их не слышала. Факсон поднял руку для тишины. Он сказал Кирану:

— И как ты хочешь выступить против отца, юный принц?

Киран осмотрел комнату, тревожные глаза кентавров, сглотнул и ответил:

— Мой друг от моего имени сейчас набирает солдат и персонажей для армии, что пойдет по королевству, как только возможно.

Стонус просто сказал:

— Это неправильно.

Лицо Кирана переменилось, Пози снова вспомнила их первую встречу. Он выглядел гордо.

— По какому праву вы это мне говорите? Я жил в королевстве и видел несправедливость.

— У меня есть право, — спокойно сказал Стонус. — Ты забыл, что не так давно мы советовали королю и жили в королевстве. Сам Автор назначил нас в начале, тому месту мы принадлежали. А потом нас выгнали не такие чистые силы.

— Автор? — выпалила Пози, ее сердце дрогнуло. Она не хотела говорить, но не сдержалась.

— Да, — сказал Стонус.

Все смотрели на нее, и она ощущала, как краснеет, но назад пути не было.

— Откуда вы знаете, чего хотел Автор? — смело спросила она.

Ответила Карис:

— Потому что, — нежно сказала она, — он говорит с нами.

Кентавры кивали, их лица смягчились от ее слов.

Факсон сказал:

— Король Мелантиус и Совет сов хотят, чтобы персонажи верили, что Сюжет не меняется, пока они меняют его под себя. Так они удерживают власть. За счет неведения других. Совет кентавров, когда мы правили в королевстве, знал, что Сюжет меняется. Мы знали, что персонажи могут принимать свои решения, создавать свои истории, пока Автор позволяет. Только Автор имеет право управлять большим Сюжетом и двигать персонажей в нем.

— Многие персонажи в моем королевстве говорят, что Автор бросил нас, — заявил Киран, словно бросал вызов.

Но Факсон лишь кивнул и сказал:

— Почти так, хотя все не так просто. Королевство бросило Автора, и Автор бросил королевство.

— Вот так жизнь, — тихо сказала Карис, — быть персонажем, но не иметь силы или открытости разума, чтобы оглядеться и увидеть, что ты не свой Автор. Как больно! Думать, что слабый король пишет слова твоей жизни.

— Это я и пытаюсь сделать, — вдруг сказал Киран. — Мне долго не хватало сил, но теперь мои глаза открыты. Я хочу изменить все, убрать зло из королевства и сделать его таким, каким хотел Автор.

— Все не так просто, — Стонус печально покачал головой.

— Возможно, — упрямо сказал Киран, — но это лучше, чем сидеть в лесу и ничего не делать, — он хотел ужалить кентавров, но они были мудрыми. Факсон лишь пронзил Кирана взглядом, пару мгновений пристально смотрел на него, а потом сказал лицом к другим кентаврам. — Жестокость и война — не путь кентавров. Но мы изменились, как и все. Мы научились сражаться, чтобы защищать жизни.

— И ради общего блага нам стоит сражаться с принцем, — крикнул другой кентавр.

— Возможно, — сказал Факсон. — Посмотрим. Нас стало меньше на Дикой земле. Товарищи, павшие в бою, не вернулись, как в Сюжете, и мы теряем все больше.

Казалось, по спине Пози стекал лед. Она посмотрела на Кирана и увидела, что его глаза расширились от слов Факсона.

— То есть, — медленно сказал Киран, — вне Сюжета персонажи не возвращаются, если умирают?

— Да, принц, — кивнул серьезно Факсон. — Тут не так, как в королевстве. Жертвы делаются здесь, пишутся смерти, но там все не по-настоящему.

Киран молчал, но Пози видела на его лице сомнения, страх и осознание.

Факсон продолжал:

— Совет решит про войну в королевстве в другой раз и про наше место в ней, — он повернулся к кентаврам в комнате. — Теперь мы должны решить, пускать ли этих двоих в Уныние. Отмечу, что я верю, что у принца и этой девушки чистые намерения, и у них есть силы пройти там. А теперь решим.

Пози ждала, затаив дыхание, пока кентавры по очереди отвечали. Все были за то, чтобы впустить их. Было решено. Она должна была радоваться, но ощущала страх.

* * *

— Как с вами говорит Автор? — Пози и Карис шли по краю лагеря после встречи. У них был лишь час до полуночи, когда она с Кираном войдет в Уныние. Факелы и костры сияли в лагере, бросая длинные пляшущие тени к их ногам.

— Он писал мне, — просто ответила Карис. — Он не только знает меня, он такой меня создал, все мои поступки и чувства, и в них я вижу и слышу его, — она покачала головой, ее кудри задрожали. — Война между королевством и Дикой землей не только из-за власти. Это нечто больше. Но многие этого не видят.

— Дело в Авторе, — поняла Пози.

— Да, — сказала Карис. — Король, Фалак, даже твой юный принц не понимают, что, даже если они одолеют друг друга, это не важно, если Автор не с ними. Это не продлится долго, если не он придумал их власть.

— В моем мире, — сказала Пози, — авторы пишут истории, и персонажи поступают, как автор им говорит. У персонажей нет своих разумов и жизней.

— Откуда ты знаешь? — удивила ее Карис. Уголок ее рта игриво приподнялся. — Ты не видишь персонажей, когда книга закрыта. Разве, перечитывая книгу, ты не замечаешь в не то, чего не помнишь после первого раза? Или как истории каждый раз растут и меняются, когда их рассказывают? Перемена — природа всего, — Карис вдруг посерьезнела, остановилась и посмотрела в лицо Пози. — Ты должна знать, — сказала она тихо, словно их могли подслушать, — что Уныние — опасное место.

Сердце Пози дрогнуло, но она кивнула.

— Знаю.

— Оно не выглядит опасным, — продолжила Карис. — И в этом наибольшая опасность. Оно кажется дружелюбным и красивым, но нельзя верить в это. Надеюсь, вы найдете, что ищете.

— Принцессу? — спросила Пози. — И я надеюсь. Киран уверен, что она там.

Карис замешкалась, а потом тихо ответила:

— Да.

Они повернулись, услышав шум в лагере. Юный кентавр примчался к ним, прокричал одно слово и побежал прочь, поднимая копытами пыль:

— Нападение!

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

В Унынии

Киран и Факсон получили такое предупреждение чуть раньше Пози и Карис. Они тут же приготовились к бою. Факсон повернулся к принцу на миг, когда их предупредили, и сказал: