Время проснуться дракону - Ганькова Анна - Страница 208

А венчание действительно было долгим – сначала служитель Арадий благословлял Именем Светлого каждую пару в отдельности, потом они жгли на жертвенном огне кровь голубок, пригоршни зерна и ароматные сушеные травы, а хор пропевал гимны благодарности Создателю.

Только вот во время самого ритуала объединения двух людей в Пару, запястья им не резали. А просто обвязали золотыми шнурами, которые теперь должны будут соединять их руки до самого возвращения во дворец, где один из старших родственников, сразу за порогом, снимет их, ознаменовав этим вхождение молодых супругов в общий дом и общую жизнь.

Прежде чем подать свою руку служителю, Эль посмотрела на свое запястье, где уже зажившие, лишь белыми полосками, видны были два маленьких шрама. Она была крайне удивлена, осознав, что ритуал венчания Именем Светлого по своей сути уже довольно сильно отличается и от свадебных обрядов тех, кто поклоняется Многоликому, и даже тех, кто чтит еще Темного.

Тем самым старшим родственником, что встречал две молодые пары, оказался отрекшийся от трона король Кайрэн – дядя женихов. Об этом интересном человеке Эль слышала довольно много. Он, получив тяжелую травму еще в детском возрасте, все же принял корону после отца и правил Эльмерией почти пятнадцать зим, пока младший брат не вошел в возраст и не женился. И потом многие годы так и жил в отдаленном замке, где в последние десятизимия выращивал розы и собирал редкие книги. Его библиотека славилась своей уникальностью даже среди волшебниц Долины. А отдаленность и уединенность замка позволяли им навещать принца, не опасаясь быть узнанными.

И вот теперь девушка рассматривала пожилого благообразного господина, сидящего в кресле на колесах, с неподдельным интересом. В общем-то, если бы не это самое кресло и примеченные наметанным знахарским глазом Эль слишком худые и безвольные колени, укрытые покрывалом, то принц казался вполне здоровым человеком. А уж взгляд его, направленный на внучатых племянников и их молодых жен, и вовсе казался молодым – соответствующим нестарому, интересующемуся жизнью и в данный момент очень радостному человеку.

А потом была торжественная трапеза в празднично украшенном зале. Народу было столько, что раньше Эль и не смогла бы даже представить, что одно помещение, пусть даже и такое огромное, как этот зал для торжеств, способно разом вместить столько людей.

Перед их столом, стоящим на возвышении, за которым сидели только члены королевской Семьи Эльмерии, выстроились девять «посольских», и только каждый из них вмещал персон по двадцать. Один из этих столов занимали даже знатные оборотни, которые собственных посольств в других государствах не держали, но вот в таких случаях представителей от кланов присылали.

За этими рядами вглубь зала до самых дверей, которые с того места где сидела Эльмери казались не более ладони, тоже все было заполнено народом. Голова девушки пошла кругом от этого разглядывания, потому, что она только сейчас поняла – вот эта самая трапеза и станет главным испытанием для нее на этот день. А долгое кропотливое одевание, растянутая свадебная служба, поездка через весь город в два конца – это только так, начало! И, не смотря на то, что по летнему времени все мероприятия начались рано утром и в этом зале они оказали уже через час после полудня, сидеть им здесь долго – до самого, такого нескорого, вечера!

И точно, зазвучали поздравления, а после каждой здравицы подношение даров – и все это со строгим соблюдением регламента торжества и с учетом знатности гостей. Усугублялось сие действие еще и тем, что молодых пар было две, и каждую из них чествовали отдельно. Все это перемежалось выступлениями комедиантов, на том небольшом пятачке перед королевским столом, что смогли для этого выделить устроители, и нескончаемой переменой блюд. Сама Эль сбилась со счета уже в конце первого десятка заменяемых перед ней тарелок.

А еще приходилось постоянно улыбаться и благодарно кивать. Хорошо хоть ответных речей не предусматривалось!

Впрочем, если быть честной с собой, то следовало признать, что в зале был один человек, которому было еще сложней переживать сложности сегодняшнего дня, чем ей. Вернее одна – молодая жена короля Ричарда, принцесса Мэйрелин.

А если быть честной до конца, то эту хрупкую малышку с глазами испуганного олененка Эльмери было жалко до слез!

Жалеть девушку надо было начинать с того самого момента, как ей, графской дочери, в день свадьбы с королем был присвоен титул принцессы. Почему? Да потому что титул королевы могла иметь только первая жена короля, и носила его злобная и мстительная ведьма! А королева, как известно, всегда стоит выше принцессы, и последующая за этим днем жизнь нежной слабой девочки в одном доме, под властью жестокой и самолюбивой магини, уже и есть обстоятельство вызывающее сочувствие! Так что Эль, из сострадания к молоденькой принцессе, а также помня пророчество Хо-Хаса о скором рождении наследника, которое может вступить в силу буквально с предстоящей ночи, стала раздумывать, как защитить девушку. Благо улыбки и благожелательные кивки, которые Эльмери посылала поздравляющим их господам, думать не мешали. Впрочем, после недолго раздумья в одиночестве, она привлекла к обсуждению этой проблемы и мужа, и Роя, который сидел по правую руку от нее.

Так, защитив легким пологом свой разговор, они и провели последующие несколько часов. Но когда клепсидр пробил шесть пополудни, а золоченые фигурки, изображавшие нарядных девушек, двинулись хороводом вокруг прозрачной чаши с ярко-красным поплавком, им пришлось прерваться. Двустворчатые высокие двери в соседнюю залу распахнулись, приглашая гостей потанцевать. А им с Виком, как новобрачным, следовало открывать следующий тур предписанных развлечений.

К этому моменту Эль уже чувствовала себя крайне уставшей, и не столько телом, сколько душой и мыслями. Данное торжество было, конечно, красивым и пышным, но настолько утяжелено всякими условностями и формальностями, что неподготовленную к такой жизни девушку утомило неимоверно. В этом празднике не чувствовалось ни той радостной искресности, что определяла настроение на первой свадьбе, ни тех легкости и ненавязчивой импровизированности, что сопровождали венчание в храме Многоликого, а все определялось показной роскошью и строго выверенной последовательностью, совершенно не берущими в расчет пожелания молодоженов. Одним словом – королевская свадьба!

И гости были как на подбор – степенные и высокомерные. За их улыбками не проглядывало ни единого искреннего чувства. Хотя, нет, несколько раз она ловила на себе определенно недоброжелательные, отдающие брезгливостью взгляды. Ведь если выбор дочери графа в жены для мужчины из королевской Семьи соответствовал сложившимся традициям, то она, якобы представительница нетитулованной, а значит не первой линии знати, в их глазах заняла здесь место чьей-то дочери или сестры.

Ну, да Создатель с ними!

А вот за гномами, вынужденными вести себя подобным же образом, было даже интересно наблюдать. Конечно, здесь были представители первых Домов, и исполнять залихватские песни они бы вряд ли стали. Но видеть с каким кислым видом гномы тянут потихоньку легкое сладковатое винцо, как будто в бокалах у них не лучший из напитков, а зауксившееся дешевое пойло, было даже весело. Широкоплечие, в большинстве своем бородатые, одетые в расшитые каменьями кафтаны, они, когда считали, что на них никто не смотрит, обменивались жалостливо-тоскливыми, совершенно не идущими к их тяжеловесным образам взглядами. Им бы сейчас жахнуть крепенького и пуститься в пляс! Но они тем и отличались, эти знатные гномы, от своих сородичей – простых мастеров, вольно гуляющих на Долинных праздниках, что понимали – они именно, что знатные, представляют здесь своего правителя и присутствуют на королевской свадьбе. А еще, рядом были их жены…

Гномихи, ожидаемо, в соседнюю залу плясать, так и не пошли, а продолжали, молча и почти неподвижно, сидеть за столом. Всем своим видом, и набеленными разрисованными лицами, и неимоверно богатыми платьями, и застывшими позами, напоминая пышно одетых кукол.