История разведывательных служб Израиля - Мелман Йосси - Страница 126

Три израильские подводные лодки, купленные в 1977 году у Великобритании, приближаются к предельному сроку своей службы. И вот в 1990 году в ходе почти никем не замеченной небольшой сделки Израиль договорился о покупке двух подводных лодок в Германии. Сделку затормозило общее сокращение военных расходов, хотя большая часть из 500 млн. долларов, в которые оценивались 2 лодки, могла быть погашена за счет американской военной помощи. План покупки подводных лодок никто не отменял, и это до сих пор остается большим национальным приоритетом. По словам отставного командующего ВВС Израиля, «подводные лодки будут важным элементом системы сдерживания Израиля в следующие 10–15 лет. Они гарантируют, что другая сторона не решится на безнаказанное нанесение упреждающего удара. Я говорю об оружии сдерживания. Подводная лодка сама может запустить ракету, и это будет означать поражение, которого боятся наши противники».

Тем временем ученые Ирака работали над уникальной артиллерийской системой. Они пригласили к себе канадского специалиста по дальнобойным артиллерийским системам Джеральда Булла, который раньше работал в Америке, Южной Африке, Израиле и других странах. Принадлежавшая Буллу «Спейс рисеч корпорэйшн» передала Ираку чертежи гигантской пушки, которая могла даже выводить объекты на околоземную орбиту. Это был проект еще более грандиозный, чем совместная американо-канадская программа, известная в 1960-х годах как «высотный исследовательский проект».

Для сооружения этой «сверхпушки» Ираку нужно было 50 м идеально гладких труб диаметром в 1 м. Национальное министерство промышленности разместило заказ в Великобритании, которая была на грани экономического спада и искала подобные заказы. Британским компаниям было сказано, что трубы нужны для нефтепровода.

«Спейс рисеч корпорэйшн» открыла свой офис в Брюсселе, и там 22 марта 1990 г. был убит двумя выстрелами в затылок 62-летний изобретатель Булл. Соседи ничего не слышали, и в карманах убитого остались нетронутыми 1200 долларов. Бельгийская полиция назвала это «очень профессиональным убийством». Европейские дипломаты высказали мнение, что за убийством стоял Израиль. Каких- либо опровержений не последовало. Однако в разведывательных сводках высказывалось предположение, что Булла могли убить иракцы, обнаружившие, что он их предает.

Спустя три недели британские таможенные власти задержали судно, готовившееся отплыть из Тиспорта в Ирак. Арестовав груз стальных труб, они объявили, что это были компоненты самого большого орудия в мире. Потенциальный радиус стрельбы этой пушки оценивался в 1200 миль, хотя точность стрельбы предсказать было невозможно. Британские власти заявили, что они поймали Хусейна с поличным на «ядерной пушке», что логично сочеталось с задержанием месяц назад партии ядерных детонаторов. Правительство Израиля оставило без ответа запрос в кнессете о том, дал ли «Моссад» наводку, которая позволила арестовать трубы.

Весь западный мир также промолчал, когда израильская разведка расценила Саддама Хусейна как наиболее серьезную угрозу миру, но 2 августа 1990 г. международное сообщество было шокировано новостью о вторжении войск иракского диктатора в Кувейт. Всем стало ясно, что Саддам представлял собой угрозу не только для собственного угнетенного населения, не только для арабских стран Персидского залива, чьему богатству он завидовал, и не только для еврейского государства, которое он презрительно называл «сионистским образованием». Вторжение на территорию соседнего государства сделало его угрозой для стабильности всей планеты.

Израиль неоднократно предупреждал Вашингтон в отношении Ирака, но там, похоже, никто не прислушивался к этому. За неделю до вторжения министр обороны Моше Аренс передал представителям Пентагона последние данные израильской разведки, и ее предсказание о неминуемом вторжении в Ирак оказалось пророческим. Правда, Аренс особенно не напирал на этот тезис, отчасти потому, что Израилю была выгодна война между собой двух арабских стран.

В тот момент Соединенные Штаты не испытывали особой потребности в данных израильской разведки, хотя они, по выражению одного американского представителя, были «брошены в общий котел». Базировавшиеся в Саудовской Аравии американские АВАКСы постоянно следили за обстановкой в регионе. Кроме того, располагая мощными средствами космической и радиоразведки, американцы знали об обстановке в регионе и передвижении иракских войск гораздо больше израильтян.

Даже имея идентичную информацию из различных источников, аналитики разведки могут расходиться в оценке фактов. Люди этой профессии называют свое искусство «оценкой», но зачастую она превращается в простое гадание, особенно когда речь идет о выяснении намерений диктатора, который сам принимает все решения. «Аман» и «Моссад» уже привыкли ждать от Саддама самого худшего, и поэтому считали, что он вторгнется в Кувейт. Американцы, которые в течение нескольких лет тайно поддерживали его в войне с Ираном, не могли поверить в наихудший исход в отношении помощи Саддаму.

Американские официальные лица в Вашингтоне отмахивались от предупреждений Израиля, как от кудахтанья перепуганных кур, а через американские розовые очки даже падающие на землю небеса казались розовыми. Пока не стало слишком поздно.

Как только президент Джордж Буш понял, что Саддам проглотил Кувейт, Белый дом решил, что нельзя позволить переварить проглоченное. Соединенные Штаты вместе с Великобританией и при поддержке двух десятков других стран в беспрецедентно короткий срок развернули в Саудовской Аравии экспедиционный корпус быстрого реагирования — прежде всего для защиты Саудовского королевства от возможного нападения со стороны Ирака и использования саудовской территории в качестве плацдарма для начала карательной операции против Саддама. Организация Объединенных Наций действовала с поразительным единодушием, Вашингтон и Москва прошли испытание в первой после окончания холодной войны скоординированной военно-политической акции.

Но американцы попросили своего самого мощного в военном отношении и самого верного союзника на Ближнем Востоке оставаться в стороне от конфликта. Более того, администрация Буша просила Израиль воздержаться от каких-либо заявлений. Если Соединенные Штаты будут восприниматься как действующие в связке с Израилем, некоторые арабские нации, поддержавшие коалицию, как, например, Сирия, могут отойти от нее.

Все это было очень интересно с точки зрения изощренной политики сверхдержавы, которая осторожно продиралась сквозь дебри противоречивых интересов ближневосточных стран, но для Израиля кризис в Персидском заливе был типичным вопросом жизни или смерти. Саддам Хусейн в любой момент мог пойти на расширение конфликта и нанести ракетный удар по Израилю. Во всех городах жителям раздали противогазы, и система противовоздушной обороны была приведена в наивысшую готовность.

Аналитики «Амана» работали круглосуточно, пытаясь оценить или угадать следующие шаги Саддама. «Офек» еще не стал полномасштабной системой космического слежения, и Израиль, надеясь иметь бесценную упреждающую информацию, обратился к Соединенным Штатам с просьбой предоставить доступ в реальном масштабе времени к данным американской космической фоторазведки.

В силу каких-то не вполне понятных причин, возможно, связанных с представлениями Пентагона о том, что президент Джордж Буш и госсекретарь Джеймс Бейкер отрицательно относились к политике премьер-министра Шамира в палестинском вопросе, Вашингтон ответил отказом. Американцы передавали только отдельные материалы космической разведки с 8—12-часовым опозданием. Это лишь отчасти помогало Израилю в его усилиях по своевременному выявлению подготовки Ирака к возможному удару по Израилю.

Несмотря на отказ в предоставлении прямого доступа к материалам космической разведки, обмен разведывательной информацией между двумя странами интенсифицировался. Американские и израильские специалисты вместе оценивали военную обстановку и варианты ее развития, изучали спутниковые фотографии, понимая, что это поможет израильским пилотам лучше ориентироваться в целях для бомбардировки на территории Ирака. Эксперты Пентагона и «Амана» регулярно встречались для обмена информацией о кризисе в Персидском заливе.