Солнечный дождь (СИ) - Сабирова Алина - Страница 65

— Да, — успокоившись, она положила голову ему на плечо, и они продолжили подниматься вверх. — Знаешь, я не верю. Не верю, что это кольцо теперь на моей руке, и его надел ты.

— Привыкай — это навсегда, — шепнул он ей, переплетая свои пальцы с ее.

Поднявшись на площадку, за которой простирался коридор с многочисленными дверями, ведущими в номера, они остановились. Диана увидела, что в самом конце коридора, там, где освещения не было, в тени у дверей в свой номер стоят двое мужчин. Она обмерла, увидев ужасающе знакомые фигуры: один высокий и худой, а второй — толстяк…

— Что с тобой? — встревожился Кирилл, проследив за ее выражением лица.

— Там… там… — с трудом выговорила она.

— Что? — Кирилл посмотрел, куда показывала Диана, но те двое уже скользнули в свой номер. — Что ты там увидела?

— Кирилл, это те двое полицейских, помнишь? — понизив голос до шепота, сказала Диана. — Ты не поверишь, но совсем недавно я видела их при свете дня, в парке!..

— Постой, ты абсолютно в этом уверена? — нахмурился Кирилл. — Эти двое скрываются уже несколько лет. Может быть, ты видела просто похожих людей?

— Я не знаю, — бессильно опустила руки Диана. — Я уже ни в чем не уверена, но мне очень страшно.

— Не бойся, я же рядом, — уверенно приободрил ее Кирилл. — Не позволяй своим страхам взять над тобой верх. Помни, я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

Он повернул ключ в замочной скважине и открыл дверь в их номер.

***

За окнами стемнело, но Камилла все еще была в клинике, чтобы поддержать дедушку из-за несчастного случая. Подумать только, один из докторов совершил самоубийство прямо на работе!

Увидев в коридоре Тимура, сидящего на диване, сгорбившегося и горестно закрывающего лицо руками, она подошла и тихо села рядом.

— Тимур, я, конечно, понимаю, ты плохо себя чувствуешь… — начала было она, но слова застыли на ее губах, когда он отнял руки от лица. Камилла увидела его глаза — потухшие и бесконечно холодные; казалось, еще чуть-чуть — и он ее ударит.

— Извини, — она хотела было встать и уйти, но Тимур крепко схватил ее за руку.

— Нет, останься со мной, — попросил он, и Камилла послушно села, хотя это больше напоминало приказ, чем просьбу. — Я вижу, ты кое-чего не знаешь.

— Я знаю, что сегодня врач покончила с собой, дедушка тоже ужасно себя чувствует, — кивнула Камилла, полагая, что Тимур так странно на нее смотрит из-за усталости и потрясения. — Ничего, ты придешь домой, успокоишься… Нам всем надо отдохнуть.

— Нет, ты не понимаешь, — криво улыбнулся Тимур, и его лицо исказила болезненная гримаса. — Та женщина, которая покончила с собой… Это она.

Сначала Камилла не поняла, что он этим хочет сказать, и уже открыла было рот, чтобы спросить, о чем это он, как вдруг до нее дошло.

— Это произошло из-за меня, — отвернулся от нее Тимур. — Теперь это мой крест.

— Нет-нет, — тихо сказала Камилла. Она пододвинулась к нему ближе и, нежно коснувшись пальцами его подбородка, мягко развернула Тимура лицом к себе. — Это наш крест.

Ничего не говоря, Тимур порывисто и крепко обнял ее. Они сидели так вместе какое-то время в опустевшем больничном коридоре, и по тихим судорожным вздрагиваниям его спины Камилла догадалась, что он плачет. Чувство вины жгло изнутри, и перед глазами Тимура как один миг пронеслись все те мгновения, когда он, даже особо не задумываясь, просто отвратительно поступал по отношению к женщине… к Кристине… Саше... Анжеле. И сейчас, в гулкой тишине, в объятиях ничего не подозревающей Камиллы, ему стало по-настоящему страшно, что однажды его постигнет наказание за все то, что он совершил.

Диана в это самое время купалась в раю из неги и горячей пены. Губы Кирилла исследовали каждый сантиметр ее кожи, и она безоговорочно дарила ему в ответ наслаждение. По дрожащему телу Дианы скользила горячая мыльная вода, Кирилл раз за разом вторгался в нее, доводя до исступления и воплощая в жизнь все ее самые сокровенные мечты. Наступила теплая летняя ночь, необыкновенно тихая и спокойная; в этом загородном местечке время словно никуда не хотело спешить, каждое мгновение было будто летящая искра — внезапное рождение и маленькая смерть, дающая затем начало новому яркому, доселе неизведанному ощущению.

Впереди их ждала жизнь, полная эйфории и солнца, наполненная бесконечным счастьем. Сейчас Диана чувствовала это как никогда раньше, будто благодаря этой любви обрела крылья и летела в свободном падении, нисколько не обремененная земным тяготением. Кирилл ощущал, как ее сердце бьется в унисон с его собственным и с какой искренней радостью она принимает его в свое тело, готовясь жить с ним в одном ритме и смотреть на окружающие вещи его глазами. Он еще никогда не чувствовал такого единения с Дианой, как теперь, когда эта девочка с упрямым подбородком и глазами цвета ночи стала прекрасной женщиной в его руках. Как бы ему хотелось всю свою жизнь прожить вот так: забыть обо всех проблемах и делах, накрывая ее своим телом, в этой ароматной пене, полной терпкой влаги и нежности…

Когда они вышли из ванны, кутаясь в гостиничные полотенца, в дверь кто-то вежливо постучал. Диана сразу испуганно вздрогнула и прижалась к Кириллу.

— Кто там? — громко спросил Кирилл. Никто ему не ответил. — Странно, уже довольно поздно…

— Не открывай! Пожалуйста, не надо! — взмолилась Диана, увидев, как он тянется к ручке дверей. Она предостерегающе схватила его за руку. — Нет, Кирилл, мне страшно!

— Не бойся, — улыбнулся он, не воспринимая страхи Дианы всерьез. — Ничего не случится, если я посмотрю, кто там. Господи, Диана, это общественное здание, мы тут не одни, в конце концов!..

Он открыл дверь, но в коридоре никого не было. Зато на полу — прямо под дверью — стоял изящный поднос с цветочками и бутылкой шампанского.

— Посмотрим… — Кирилл взял поднос на руки. — Здесь написано «От заведения». Вот видишь, а ты боялась, трусишка! Я просто сболтнул на ресепшене, что мы только что поженились… Поэтому они и предложили единственный номер с джакузи. И о шампанском позаботились.

— Очень мило с их стороны, — неуверенно улыбнулась Диана и поспешно закрыла дверь. Она кусала губы; на ее лице застыло выражение смутной тревоги.

— Все просто отлично, — присвистнул Кирилл, ставя поднос на тумбочку, — главное, чтобы мы не переусердствовали с выпивкой и проснулись завтра утром вовремя!

Диана счастливо рассмеялась, шутливо пихнув его локтем. Она поняла, что все ее страхи действительно беспочвенны: когда муж рядом, бояться нечего.

***

Камилла вернулась домой очень поздно; дед с ней не поехал, остался разговаривать с полицейскими.

— Ты оставила свой телефон дома, — услышала она за спиной мамин голос, на цыпочках поднимаясь по лестнице в свою комнату, чтобы, наконец, упасть в мягкую постель и забыться.

Камилла устало оглянулась.

— В этом нет ничего страшного, — равнодушно пожала плечами девушка.

— Весь день тебе звонил Артем, — знакомым холодным тоном завела свою песню Марина. — Они уже включили новые элементы в шоу и собираются провести повторный тур. Все ждут только тебя, так как ты исполняешь главную роль. На этот раз я не спрашиваю тебя, едешь ты или нет…

— Мама, я не могу… — начала было Камилла.

— …а приказываю, — не слушая ее отговорки, резко бросила Марина. — Завтра ты соберешь свои вещи, ясно?

— Да, мама, — обреченно опустила глаза девушка и медленно побрела на второй этаж.

***

Кирилл открыл глаза и не сразу понял, что с ним происходит. Руки и ноги онемели и не хотели подчиняться ему, в комнате было так темно, что он ничего не мог разглядеть. Во рту было что-то неприятное на вкус, мешающее даже шевелить языком; он не мог это выплюнуть, как ни старался. Голова гудела и раскалывалась, казалось, еще немного — и она попросту разорвется от боли. Кирилл попытался пошевелиться еще раз и тут проснулся окончательно, осознав, что попросту привязан к стулу. Гадость во рту оказалась кляпом.