Ключ от Реальности (СИ) - Юлия Драндина - Страница 74

– В битве при Мидерране пал генерал Райдан Брейон.

***

Тэсс никак не могла унять дрожь в руках, беспомощно теребивших медальон с портретом сына. Сердце металось в плену грудной клетки, точно раненая птица. Ей было так больно, что она с трудом могла сделать следующий вдох.

Она ждала вестей... и боялась их, боялась так сильно, что не смела даже прибегать к своей поисковой магии. Губы беззвучно шептали имя, на котором сейчас замкнулся весь её мир: «Дрэйт». Страх за сына смешивал мысли, парализовал восприятие, сводил с ума. Каждый раз, когда он уходил на битву, она узнавала об этом и не находила себе места, пока всё не завершалось. Но это сражение было особенным, и сердце Тэсс разрывалось от тревоги и отчаяния, когда она прокручивала про себя все возможные варианты... Впервые Дрэйту предстояло встретиться с элитными отрядами самого Райдана Брейона. Генерал-фанатик вёл отряды на захват Мидеррана сам. Против него Дрэйту было не выстоять... Против него вообще мало кто мог бы выстоять – Тэсс слишком хорошо понимала это, чтобы питать иллюзии.

Сквозь боль в ней вдруг вспыхнула глубоко спрятанная старая злость.

– Сандрид, отродье нежити, неужели ты зайдёшь так далеко! Неужели будешь продолжать облизывать латные сапоги этого безумца, – прошипела чародейка. – Неужели поведёшь своих против Дрэйта?.. Тогда я сама найду тебя и вырву тебе сердце…

Стук в дверь заставил её вскинуться, так велико было напряжение. Тэсс отперла. Ей показалось, что в миг, когда она натолкнулась на взгляд бирюзовых глаз, время остановилось. Чародейка склонила голову, чувствуя, как одеревенела спина. Эриадэль Норвьеру, облачённая в лёгкий кожаный доспех, шагнула в комнату. От неё ощутимо пахнуло холодом, да и застывшие в волосах снежинки ещё не успели растаять.

Женщина медленно закрыла дверь и выжидающе посмотрела на властительницу Верлиона.

– Он жив, Тэсс, – Норвьеру тепло улыбнулась ей. – Твой сын цел и невредим.

Чародейка не удержала возглас радости и заключила свою королеву в объятия.

– Да благословят тебя Боги за эти вести, Эриадэль, – горячо прошептала она. – Я думала, я потеряю разум...

Норвьеру обняла её в ответ.

– Всё хорошо, моя дорогая. Я сама направляла поисковые заклинания, чтобы узнать наверняка.

– Благодарю тебя... Я... Я не знаю, что бы стало со мной, если бы он... – Тэсс не нашла в себе силы закончить фразу.

От облегчения голова шла кругом, и пол уходил из-под ног. Всё внутри неё пело от ликования, хотя более всего сейчас она хотела бы оказаться рядом с Дрэйтом. Пусть она сделала свой выбор и покинула Энферию, пусть её сын думал, что она была мертва – её помыслы пребывали с ним всегда, несмотря на то, что по сути Тэсс предала его и понимала это. В конце концов, первым на предательство пошёл Сандрид с его проклятым сумасбродным желанием присоединиться к восстанию. Это его действия поставили под удар всю их семью! Хорошо ещё у него хватило чести и разума в итоге имитировать собственную смерть, как сделала раньше сама Тэсс! Но чародейка прекрасно знала, что её супруг, от которого она отреклась и о котором предпочитала думать как можно меньше, был, к её огромному сожалению, жив и здоров.

Королева медленно кивнула, потом отстранилась и стянула перчатки, задумчиво разглядывая свои руки. В её взгляде была печаль, которую чародейка изредка подмечала в ней в моменты усталости. Коротко Норвьеру рассказала об итогах сражения – о вмешательстве Кейерга, о падении Брейона. Подробностей она пока не знала – не все вести ей успели доложить.

Падение Брейона стало для Тэсс вестью безусловно радостной – ведь это означало конец его безумного восстания! Хотя… оставалась ещё Лунносветная…

– Эта битва не остановит восстание, Тэсс, но она, безусловно, преломила ход многих вещей, – сказала королева, точно прочитав её мысли. – Впрочем, даже теперь едва ли он вмешается.

Чародейка поняла, о ком говорила Норвьеру – о том, кого объявили лордом-властителем Энферии, и кто на самом деле не властвовал на той земле ни дня. Это она знала от Эриадэль, ну а причин не доверять Эриадэль у неё не было.

– Что может заставить его? – тихо спросила она.

– Валрус, – коротко ответила Норвьеру и подошла к окну.

Некоторое время она просто наблюдала за редкими кружившимися за стеклом снежинками, но её взгляд, казалось, был устремлён куда-то в непостижимую глубину её памяти.

– Ты полагаешь, Лорд-Некромант сумеет добыть для нас Валрус?.. – неуверенно проговорила чародейка. – Это ведь не какая-то драгоценная безделушка, которую можно так запросто выкрасть.

– Безусловно, – согласилась Эриадэль и задумчиво провела кончиками пальцев по стеклу. Медленно оно начало затягиваться морозным узором, для которого было ещё слишком рано. – Но он сможет добыть Ключ. А без Ключа Валрус… почти бесполезен.

Тэсс понимающе кивнула, потом всё же решилась спросить:

– Ты говорила, что нужны они все. С Кайрой Энсору, я так полагаю, не должно возникнуть особых сложностей – она вовлечена в свою новую жизнь не меньше твоего. Если объяснить ей настоящие цели, она согласится помочь. Ключ, я полагаю, тоже, раз уж помогала тебе тогда. А вот что ты станешь делать с Линдаром Эстором?..

Норвьеру грустно усмехнулась. На миг Тэсс показалось, что сапфир в перстне королевы стал жёлто-зелёным, как глаза кошки. Потом наваждение пропало.

– Я не знаю.

***

– Айлонви просила за тебя, но в этом нет нужды. Ты волен уходить, когда тебе заблагорассудится. Что касается леди Талиир – её я не удерживал с самого начала.

– Боюсь, мне придётся просить тебя ещё кое-о-чём.

– О чём же?

– Амила Лунносветная должна вернуться в Айриас. Знаю, происходящее там пока не имеет для тебя значения, но её присутствие жизненно необходимо. Прошу тебя поверить моему слову. Отпусти её со мной, – Линдар поймал взгляд Арданнора.

К его удивлению, Энсору ответил совершенно спокойно.

– Я уже получил все необходимые мне ответы. Мне нужна только Айлонви, а с ней мы уже пришли к устраивающей нас обоих договорённости.

Почти то же самое сказала и сама Фэллконнер. Соглашение, устраивающее их обоих. Линдар не был уверен, что хочет знать.

– Ты, кажется, хотел получить кое-что ещё. По крайней мере, так говорила Айлонви, – продолжал Арданнор, и в его голосе оборотню почудилась тень улыбки. – Не то, чтобы я излишне привязан к своим вещам… И всё-таки позволь узнать, зачем?

Он снял с мизинца фамильный перстень – крупный сапфир в оправе, сложные переплетения которой повторяли гербовую вязь Энсору, и теперь держал его в ладони.

Про себя Линдар возблагодарил Айлонви. Какое же чудо ей удалось совершить? Или Арданнору и правда было настолько безразлично?..

– Этот перстень был создан на Илтриксаре, – пояснил оборотень. – И он – твой. Чародеи, ведающие артефактами, смогут увидеть этот след. Твой перстень, пожалуй – единственная вещь, которая может послужить доказательством моего пребывания здесь, в Замке. Обещаю, я верну его тебе.

– Возьми, – Арданнор протянул ему перстень. – Не знаю, чем это тебе поможет, но успех твоей затеи я гарантировать не могу.

– Спасибо, Ард…

Линдар чуть склонил голову и надел перстень.

Арданнор кивнул, по-прежнему спокойно и безучастно. Оборотень хотел было рассказать ему, что произошло – что погиб человек, бывший самым сердцем восстания, что теперь сам дух сопротивления будет сломлен. Что его миссия стала ещё более значимой, ведь повстанцам нужно было во что-то поверить…

Но он знал, что Энсору просто не услышит его. Глядя в потухшие глаза, когда-то несоизмеримо давно сверкавшие волей и решимостью, Линдар отчётливо понимал это.

– Когда планируешь вернуться? – спросил Арданнор.

Оборотень вздохнул, собираясь с мыслями.

– Не думаю, что пробуду там долго. Да и перстень тебе надо вернуть.

– В любом случае, буду рад тебе. Удачного путешествия.