Золотая свирель - Кузнецова Ярослава - Страница 179

Длинный, громоздкий, в чешуе огненных бликов — Эрайн выплыл из ночи как боевая галера. Звенящий шелест лезвий. Шаг тяжел, но бесшумен.

Лессандир. Ты звала. Рад тебя видеть.

Ты опять залез ко мне в голову без предупреждения, Эрайн.

Скрытность — та же гордынька, Лесс.

Руки его сложены на груди, голова опущена. Отсвет костра рыжим шелком кутает острия и зазубрины. Едва заметный поворот — свет располосован в мелкие клочья, осыпае т ся искрами с черных лезвий. В глазах у меня пляшут зигзаги тьмы и золотые вспышки. Эрайн прекрасен, как к о рабль под парусами. Как солнце. Как тысяча звезд.

Спасибо.

Что?

Тебе приятно на меня смотреть, Лесс. Как тому парнишке, твоему другу. Где он, кст а ти? И кто это с тобой?

Ратер в городе. А это Мораг, дочь Врана.

О!

Пауза. Мантикор глядит на принцессу глазами полными тьмы. Кромешной тьмы, в них даже огонь не отражается.

— Что он на меня так уставился? — Мораг положила ладонь на рукоять меча. — Если он кинется, я ему голову снесу.

— Не надо, миледи. Не кинется.

— Тогда говори с ним, что ты молчишь?

— Малыш, — попросила я. — Сядь, пожалуйста, там. За костром.

Скажи дочери Врана, что я ее не трону.

— Малыш говорит, что он не тронет ни тебя, ни меня.

— Скажи ему, что я его тоже не трону. Пока он пристойно себя ведет.

Мантикор по ту сторону костра со звоном тряхнул головой и ухмыльнулся. Двухдю й мовые клыки несомненно добавили ему блеска.

У Врана храбрая дочь. Похожа на него. Такая же задира.

— Ты ему нравишься, — сказала я. — Говорит, ты похожа на Врана.

— Он молчит.

— Я слышу его мысли, а он слышит мои. Ты можешь поговорить с ним, а отвечать он будет через меня.

Мораг убрала руку с меча и выпрямилась.

— Я хочу увидеть своего отца, слышишь, мантикор? Малявка хвасталась, что ты ко л дун и друг Врана. Позови его сюда или отведи меня к нему. Это моя просьба. Что ты хочешь за это?

Некоторое время Эрайн молчал. Было не понятно, куда он смотрит — то ли на Мораг, то ли на меня, то ли в огонь.

— Ты слышал? — не выдержала я.

Он медленно кивнул — колыхнулся сноп лезвий.

Слышал. Лесс, неужели ты думаешь, что Вран не знает о существовании собственной дочери? И только поэтому до сих пор не встретился с твоей подружкой?

Знает, конечно. Мало того, он ее видел и залечил жуткие раны, которые ты принцессе нанес.

Я? Разве мы встречались?

Еще как встречались. Чуть не прикончили друг друга. Ты и впрямь не помнишь что делаешь, когда на тебя находит?

Усмешка. Эрайн отрицательно качнул головой.

Не помню. Когда эта полуночная мразь берет верх… Впрочем, мы говорим о принце с се. Так значит, Вран приходил лечить ее…

Нет. Гаэт Ветер отвез ее в Сумерки. Мне… как-то удалось призвать Гаэта. Вообще-то я хотела затворить Мораг кровь, но Гаэт меня услышал.

Тогда почему ты привела принцессу ко мне? Обратитесь к Гаэту.

Но Гаэт — где-то, а ты — здесь! В чем дело, Эрайн? Ты не хочешь нам помочь?

Опять усмешка, опять покачивание головой.

Свои желания маг должен выполнять сам. Лесс, мы об этом уже говорили. Мне каз а лось, ты поняла.

— Он отказывается? — вскинулась Мораг. — Почему? Что он хочет?

— Хочет, чтобы я училась все делать сама.

— Может, он хочет, чтобы его получше попросили? Что тебе надо, мантикор? Говори свою цену.

Скажи ей — она не может дать мне то, что я хочу. А что я хочу, я возьму сам.

— Тогда сделай это просто так, Малыш! — выкрикнула я. — Даром. За красивые глаза. Просто потому, что тебя попросили о помощи две женщины.

— Каррахна! Мне на коленках поползать перед этой ящерицей? Под хвост его поцел о вать? Хватит, пропасть! Пойдем отсюда, м а лявка.

Мораг рванулась встать, но я повисла у нее на локте.

— Погоди, миледи, погоди. Он не набивает цену и не издевается. Он вправду думает, что так будет лучше.

Именно так я и думаю.

Малыш, у нас нет времени. Мораг и ее матери грозит опасность. Где-то бродит ко л дун, который желает Мораг смерти, а ее мать и брата держит в заложниках. Я не справлюсь с этим одна, Малыш!

Колдун?

Колдун! Очень сильный, если смог скрутить Каланду… мать принцессы. Врану вряд ли об этом известно. Я даже уверена, что он ничего не знает. Если бы знал — помог бы. Давно помог.

Колдун. Это другое дело. Так бы сразу и сказала.

— Ты позовешь Врана? — обрадовалась я.

Пауза.

Позвать легко. Всего-то надо — просто позвать, пожелать увидеть. Тот, кого зовут, об я зательно услышит. И если захочет… или если сможет — придет.

— Позвать? Но я не знаю истинного имени Врана.

Он услышит и без истинного имени. Истинное имя вызвало бы его наверняка. Почти наверняка. Но принцессе достаточно просто позвать отца. Без имени. Просто крикнуть — «Отец»!

— Просто крикнуть: «Отец»… И он услышит…

— Что? — Мораг затеребила меня. — Просто крикнуть? В темноту? Крикнуть «Отец»? Мне?

Проще простого, правда, Лесс? Почему ты сама не догадалась? Я сказал тебе об этом, и это моя ошибка. И тебе теперь никакой пользы от этого знания.

— Почему никакой пользы? Мораг, иди, зови отца. Пожелай его увидеть, обратись к нему. Он услышит тебя. Если сможет — придет.

Или если захочет, подумала я.

Вот именно.

— Куда идти? — спросила Мораг.

— Можешь прямо отсюда звать. С этого места.

— Хм…

Она передернула плечами, встала и, ни говоря больше ни слова, зашагала через поляну в лес.

Эрайн, но ведь так можно призвать любого обитателя Сумерек?

И Полночи тоже.

И они придут?

Легкий жар — приливом. На мгновение мне показалось: крови в жилах добавилось вдвое, расправляя мне плечи, напрягая мышцы рук, окрашивая ночь алым. Гнев, гордость, хмел ь ная ярость. Усилие воли, внутренний приказ. Спокойно. Спокойно. Выдохни.

Сумерки могут прийти, но не желают, а Полночь желает, но не может. Однако слышат зов и те, и другие.