Станция спасенных грез (СИ) - Никоноров Александр - Страница 78

Цветы и листья на американских кленах заледенели. Вода в ведре под умывальником застыла. На бутонах люпинов появился иней, окна заиндевели.

Прорыв начался.

Меня не удивило, что твари прибыли раньше обычного. Больше не было никаких правил. Война стирает все рамки.

Спасение Дымчатой. Да, я хочу. Это сильная мечта. И ты поможешь мне.

Фанталь вышла огромной. Впервые. Я принялся растягивать ее, как эластичную ткань. Она поддавалась легко, но что удивительно - по мере увеличения не теряла в толщине.

Остановился я тогда, когда фанталь превратилась в плоский квадрат со сторонами в тридцать метров. Перевернув плашмя, я отправил его к своему дому, загораживая проход Едокам. Те вздрогнули и замотали головами. Высоты квадрата хватало, чтобы зацепить Пожирателя. Прямо над станцией я создал копье и оставил его висеть в воздухе. Резким движением рук слева направо я припечатал квадрат к платформе. Он увлек за собой и Едоков возле дома, и спускающихся со ступеней, и Пожирателя. Удар был такой силы, что трое Едоков умерли сразу, а Пожиратель, которого оглушило оставленное для него копье (жаль, что не убило), как подкошенный рухнул на станцию. В живых остался только Пленус. Быстро переделав квадратную фанталь, я создал купол, накрыв платформу и поезда, чтобы никто не смог выбраться за пределы станции. По крайней мере, пока я жив.

Я оставил себе кусочек фантали и притянул к себе. И вовремя. Пленус появился невероятно близко. Он замахнулся лапой. Я поднырнул под нее, оказываясь позади. Фанталь трансформировалась в лезвие и резанула было по Едоку, но тот отпрыгнул. Еще удар - снова мимо. И так дважды, пока он не разбил мою фанталь, оставив от нее половину. Пленус побежал на меня, но я сбил его оставшимся кусочком, сделав из него растяжку. Едок споткнулся и упал, а я преобразовал растяжку в кинжал и всадил в затылок твари. Бестолку. Фанталь рассыпалась.

Вот и всё, Саша. Нет у тебя больше мечты. Забудь.

В воздухе повисла перламутровая пыльца. Взмах - и невесомое облачко образовало радужную крупинку. Я впитал ее, надеясь, что когда-нибудь она перерастет в мечту, которой была изначально. Отщипнув немного от созданного мной барьера, я проткнул Пленуса. Мечта, подобно пугливой бабочке, упорхнула куда-то за пределы Дымчатой.

Холодно. ХОЛОДНО.

Две мечты. У меня осталось всего две мечты. Против такого полчища. Но это вторжение. Разве мог я поступить иначе?

Бабушка с дедушкой, вы всегда были примером для многих. Я мечтал видеть себя в будущем таким, как вы. Счастливая крепкая семья. Может, слишком рано думать о таком, но я рос с вами с малых лет. Вы олицетворяли то, какими должны быть два любящих человека. Спасибо за то, что показали мне. Надеюсь, однажды, глядя на вас, мечта стать как вы зародится во мне сама по себе.

Фанталь была со мной.

- Я убью вас.

Ощущая жуткую пустоту и отчужденность, я побежал к ступеням. Фантали хватило на то, чтобы создать себе доспехи и не опасаться, что один из ударов ранит меня. Я бросился в самую гущу.

Их было много. Наверное, десятка два. И я сосредоточился только на одной цели. Убивать. Я косил и резал. Пропускал удары, восстанавливал защиту и пропускал снова. Но моя фанталь была сильна, и я не опасался. Едоки падали, испарялись, из вагонов вылезали новые. Периодически я поглядывал в сторону Дымчатой и старался держаться поближе к ступеням. Едоки пытались пробить воздвигнутый мной заслон, но моя мечта была крепкой - стоило только взглянуть на фанталь. Сквозь ее стены не прошел ни один из порталов.

И лишь на высоте метров двадцати проклятый Пожиратель методично долбил по стене купола, разрушая ее. Я заключил себя в пузырь, свил лассо и запустил в увлеченную тварь. Фанталь обвилась вокруг задней лапы. Я потянул на себя. Тяжело. Пожирателя всего лишь слегка перекосило. Он заметил фанталь и повернулся, чтобы разорвать путы. Мне было не перетянуть его. Но зато я мог приказать фантали. Рев ветра, свист, и Пожирателя пригвоздило к платформе. Массивная туша подмяла под себя с полдюжины Едоков. Завоняло гарью. Кого-то раздавило насмерть.

Из поездов валили новые. И если раньше это были небольшие, на два-три вагона, составы, то теперь они разлеглись во всю длину платформы, и с двух сторон Едоки перли нескончаемым потоком.

Когда вы закончитесь?! Откуда вас столько? Я же не справлюсь. Это слишком даже для ВСЕХ моих грез. Мне не выстоять.

Повсюду сияло голубым. Не только на станции, но и дальше - деревья, обычно прячущиеся в темноте, освещались так мощно, что в небе над ними зависло пятно, похожее на замерзшее озеро. Я всмотрелся и чуть не упал в обморок со страха: все пути были забиты поездами. Они встали друг за другом, образовав целую вереницу. Караван поездов. Внутри вагонов копошились воины Хмури.

- Бабушка, дедушка, помогите мне, пожалуйста, - прошептал я и убрал купол.

"Все машинально, Дневник. Я сражаюсь с Едоками и Пленусами и умудряюсь писать сюда. Бортовой самописец падающего самолета.

Я устал. Очень устал. Они умирают, а на их место приходят новые. Никогда не думал, что смогу убить стольких. Едоки, Пленусы и Пожиратели. Я убил уже трех Пожирателей, представляешь? Тогда как прошлой ночью испугался и одного. Почему так?

Наверное, я просто не думаю. Страхов нет. Нет ничего, кроме желания защитить дымчатых. Спасти их, помочь, остановить вторжение. Если все знали о нем, почему никто не пришел?

Дневник, они гибнут пачками. Я убиваю их прямо сейчас. Едок, Едок, Пленус, Едок. Каждый раз состав уезжает. Каждый раз подъезжает новый. У меня кружится голова. Я истощился не столько морально, сколько физически. От фантали почти ничего не осталось. Так странно - на примере перламутровой сферы наблюдать, как сгорает твоя жизнь.

И сейчас ее осталось минут на пять".

Лучше умереть, чем использовать ТУ мечту. Лучше погибнуть с мыслью, чем покинуть этот мир опустошенным. Я пронесу этот свет до конца. Ни одна вера не остановит этот бесконечный напор. Ни одна мечта не вызволит меня из этой ловушки. Я не обращусь к тебе, не воспользуюсь твоей помощью. Нет, я не трону тебя.

Небо превратилось в кусок льда. Оно походило на светильник с голубым плафоном. Призрачный свет заливал все вокруг. Я замерз и едва стоял на ногах. Сражение уже не воспринималось сражением. Так, какое-то назойливое монотонное действие, которому хорошо бы поскорее закончиться.

Устал.

"Тебе сказать, что происходит, когда удар Едока достигает цели? Ты чувствуешь боль. На двух уровнях. Тебе жжет кожу, словно на нее высыпали угли. Запах гари только помогает представить это. Второй уровень - в голове. Твою волю уничтожают. Твои мечты шатаются, а фантазии и обрывки неких сцен исчезают, будто они самоцветы, а удар Едока - сачок, что вытаскивает их с песчаного дна. И уже не хочется ничего. Точнее, тебе ХОЧЕТСЯ НИЧЕГО. Каждое использование мечты, каждая ее потеря - удар по твоему сознанию. Ты становишься оболочкой, лишаешься сознания, тебя ничего не интересует. Вот что такое удар Едока. Это кража человечности".

Сколько ударов я пропустил? Почему я пропускаю их до сих пор? Бейте. У меня богатая фантазия. Но одно я знаю точно - вам не взломать мою мечту. Вы ее не получите. Никто ее не получит.

Сознание... Обманывало. Мир кружился. Едоки стали размытыми тенями. Я не атаковал. Защищался. Я вжался в купол и ждал, когда все закончится. Над головой застыла лапа Едока. Мимо проносились поезда. Шумно. Так шумно. В голове стоял непрерывный звон.

Куда они уезжают? И, главное, как? Составы тянутся едва ли не до Сосновки. Наверняка так же и со стороны Дружбино. Ой, ЛЕНА! Как ты там? Надеюсь, все в порядке. Хоть бы прорыв произошел только здесь. Не потерплю, если с ней что-нибудь случится.