Дикий дракон Сандеррина - Измайлова Кира - Страница 10

Сарго, закончив с уборкой, подошел ко мне, и лицо его было мрачным и обеспокоенным.

– Нам нужно бы ускориться, Санди, – сказал он.

– С удовольствием, – ответил я. – Должен отметить, что если бы вчера вы не совещались так долго, то мы были бы уже на полпути к цели.

– Понимаю, Санди, это наша вина, – в очередной раз удивил меня Сарго, – но нужно было взвесить все «за» и «против», вы же понимаете…

– До сих пор вы не слишком торопились. Что-то случилось?

– Да… – Он взглянул в сторону, на возчиков, которые возились с упряжью. – С драконом неладно.

– Я говорил Веговеру, что тварь выглядит полудохлой. Видимо, ошибся, и она уже на последнем издыхании?

– Боюсь, так. – Сарго снял и протер очки, водрузил их на нос и посмотрел на меня, часто моргая. – Сам не понимаю, в чем дело. Вроде бы рассчитали все от и до. У этих зверей большой запас прочности, те же транспортники могут не есть намного дольше!

– Транспортников холят и лелеют, у них запас сил в разы больше, чем у дикаря, который сегодня зайца поймал, а завтра вообще ничего, и так всю жизнь, – заметил я. – А вы его посадили на голодный паек. Плюс эти кандалы… Могу представить, какие приятные ощущения доставляют дракону штыри в перепонках. Особенно когда воз подпрыгивает на ухабе.

– Да, да, вы правы… – Он снова принялся протирать очки.

Чародей ведь, что ему мешает защитить стекла от пыли и жирных пальцев? Или того лучше – исправить себе зрение? Сам не умеет – супругу бы попросил.

– Мне, в сущности, все равно, – сказал я. – В контракте четко обозначена зона моей ответственности. Жизнь дракона в нее не входит, это ваша забота. А везти живую тварь или ее тушу…

– Я понимаю, что вам это без разницы! – вспылил все-таки Сарго. Усы его гневно встопорщились. – Но я подумал… Вы же опытный человек, Санди, может, подскажете хоть что-то?

– Я опытный, но в другой области. С драконами, кроме как в качестве пассажира, дела никогда не имел. А если вам нужен совет по выхаживанию доходящей скотины, спросите лучше у возчиков, они в этом лучше разбираются, ручаюсь.

– Благодарю, – ядовито ответил он. – Я и сам знаю, что они предложат: поместить зверя в тихое теплое место, кормить часто, но маленькими порциями… и так далее.

– Вот видите, вы и сами все знаете, – кивнул я и добавил: – В свете новых обстоятельств могу сказать: хорошо, что вы выбрали снежную дорогу.

– В самом деле? – насторожился Сарго.

– Конечно. Там настолько холодно, что дракон не успеет протухнуть.

– Мы все-таки чародеи, не забывайте, – встряла Тродда. – Стухнуть мы ему не дадим, однако хотелось бы предъявить заказчику то, за что он платил, живым!

Я молча отошел в сторону, оставив их переругиваться.

Это работало на мою версию: если до первого заказчика путь был не такой дальний, то дракон перенес бы его сравнительно легко и не пострадал от скудной кормежки. Но на такой переход сил у дракона не хватило…

«Глупая и нелепая смерть, – невольно подумал я. – Лучше бы ему было погибнуть во время охоты, чем сдохнуть вот этак».

– Хуже всего то, что он отказывается пить, – донесся до меня шепот Тродды, – ты же знаешь, чем это может грозить!

Я не знал, поэтому навострил уши. Еще когда у меня намечалась работенка со списанным драконом, я только уяснил, что пьют драконы много, не меньше, чем едят, а то и больше. Потому и предпочитают селиться возле горных рек и озер, на побережье (соленая вода их тоже вполне устраивает, к счастью, иначе дальние перелеты над морем были бы невозможны – такой запас воды с собой не возьмешь). Вот в пустынях и степях их если и видели, то крайне редко: наверно, они прилетали поохотиться откуда-то из менее засушливых мест.

Если животное перестает пить, то оно или слишком ослабло, чтобы глотать (но это был не наш вариант, чародеи успешно заливали в дракона воду силком, я тому свидетель), или больно бешенством (такое предположение мне совсем не нравилось), или… сознательно решило уморить себя жаждой. Я бы не удивился: драконы все-таки достаточно сообразительные твари, намного умнее собак и даже водяных лошадей (про которых говорят, будто разум у них сродни человеческому). Прирученные – те вполне успешно общаются с командирами и обслугой, хорошо понимают человеческую речь, выполняют сотни команд и, говорят, способны принимать сложные самостоятельные решения в критических ситуациях.

Дикий вряд ли нас понимал, но его разумения вполне могло хватить на то, чтобы сообразить: если плохо уже сейчас, то там, куда его тащат, будет еще хуже. Да и откуда мне знать, вдруг он не первый такой? Может, долгими зимними вечерами бабушки-драконы рассказывают внучкам о коварных двуногих, похищающих молодежь, которая никогда уже не возвращается? А если кто-то и вырвался чудом из плена, то уж точно поведал достаточно ужасов…

Впрочем, делиться своей версией с чародеями я не стал. Скорее всего, они и сами способны додуматься до этого, а нет – я за них думать не нанимался.

А вот к драконьему возу подошел и тут же понял, что они имели в виду под «перестал пить». Влить-то воду дракону чародеи могли, а вот заставить удержать ее внутри – нет. Одним словом, судя по луже под возом и неприятным звукам, доносящимся из-под тента, дракон успешно извергал проглоченную жидкость – в этом ему намордник не мешал. Хотя, на мой взгляд, так зверь и захлебнуться мог, особенно если кусок мяса встал бы ему поперек глотки. Не в другой ведь желудок он пищу складывал…

– Видите? – зачем-то спросил Сарго, подойдя со спины. У обоих чародеев была такая неприятная манера, вот только мужчину я слышал, а потому не обеспокоился.

– Он точно не бешеный? – спросил я. – От этого водобоязнь появляется.

– Нет, какое там… – Сарго утомленно потер лоб. – А хотя пес разберет эту тварь! Уже не знаю!

– Вы-то прежде с драконами работали?

– Если бы работал, не спрашивал совета ни у вас, ни у возчиков. Тоже… пассажиром катался. А однажды угодил под обстрел, – добавил он и невольно втянул голову в плечи. – Я имею в виду, не человеческого оружия, а драконьего огнемета. Ощущения…

– Могу представить.

– Не можете, если сами не побывали в таком пекле, – сказал он. – Там… живых не осталось. Так… головешки. Или просто пепел. Даже не воняло ничем, вообразите себе, как будто пламя выжгло все запахи. И даже воздух: не будь я чародеем, я бы задохнулся там, я же в самый центр атаки угодил…

– Наверно, угадаю, если скажу, что целили по вам?

– В том-то и дело, что нет, – вздохнул Сарго. – Я просто уезжал из города. Рядом с ним шли бои, и я сопровождал библиотеку – ее решили вывезти на всякий случай. А там ящики такие… характерного вида. За неимением других взяли часть тары из-под снарядов и патронов. А что? Вместительные, прочные, разве что оружейная смазка пачкается, но это я легко устранил.

– Ах вот в чем дело… Сверху вас приняли за обоз с боеприпасами?

– Ну да.

– Библиотека-то уцелела? – спросил я.

– Почти вся. Не зря же меня наняли. Я, Санди, как и вы, свое дело знаю, – усмехнулся он, но тут же вновь помрачнел. – А вот что с драконом возможны такие проблемы, я не ожидал.

– Неужели наниматель вас не предупредил?

Он покачал головой.

– Боюсь, он и сам не знал, что такое возможно.

– Интересно, как же он предполагал справляться с этой зверушкой, если не предвидел подобного развития событий и не снабдил вас инструкциями на такой случай?

– Не знаю. И, Санди, я не обсуждаю заказчиков и их дела. Как и вы, полагаю.

– Считайте, это был риторический вопрос, – развел я руками, укорив себя за то, что и впрямь хватил через край. – Но так или иначе, дракон издыхает.

– Пока нет, они живучие. Еще сутки-другие без воды он, по идее, может продержаться, а может, и больше. Но вот потом…

– Сдохнет.

– Скорее всего. Но мы – раньше, – изрек Сарго и снова принялся протирать очки.

– Не понял… – нахмурился я.

– Я же вам сказал про драконий огнемет. Боевых драконов пару-тройку дней перед вылетом не поят вволю. Сообразите сами, почему?