Помощница лорда-архивариуса (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 76

В ответ на мои слова он медленно произнес:

– Не Аксель, Камилла. Перед вами инквизитор Аурелиус собственной мертвой персоной.

У меня отвисла челюсть.

Послышался стук, шум шагов и в комнату ворвался старейшина Уго. Глаза с желтыми белками вращались в орбитах, рот дергался, дыхание вырывалось со свистом. Половина лица почернела от недавнего синяка.

– Теперь ты знаешь правду, теург, – выплюнул старейшина с ненавистью. – Доложишь своему незримому покровителю? Или Валефару? Или пожелаешь взять сторону ренегата Арбателя? Богатый выбор, теург! Какие возможности перед тобой открываются!

Я не понимала, о чем идет речь, но по лицу господина Дрейкорна поняла, что старейшина нес что-то ужасное. Старейшина тем временем заметил меня, попытался принять скорбный вид, и заговорил тоном, в котором смешивались желчь и патока:

– Жаль, что так вышло, Камилла. И все же ты глупа, неимоверно глупа, девочка. Я разочарован. Ведомо ли тебе, кто твой господин и что он хочет от тебя?

Хозяин мягко подтолкнул к двери:

– Бегите домой, Камилла. Нам со старейшиной лучше потолковать наедине. Глянем на ваши уклады и древние письмена. Не откажешь в любезности, Уго? Уверен, там найдется немало интересного. Будешь переводить, вашего древнего наречия я не знаю.

Старейшина бросил страшный взгляд, но возразить не смел. Не хотелось оставлять хозяина наедине с подлецом, но я подчинилась. От открытий голова шла кругом, растерянность сменилась тревогой; против воли я оказалась замешана в события, которые даже вообразить не могла. Хуже всего, что роль в них мне отведена одна из главных.

Не спеша побрела к коттеджу, вдыхая знакомые с детства запахи и прислушиваясь к привычным звукам. Радости от возвращения домой не было, как и не было ощущения, что община осталась местом, куда хочется вернуться после долгих странствий.

В доме встретили звуки оживленной беседы: к своему удивлению, на кухне я застала Кассиуса, который напористо втолковывал что-то моему отцу, сохраняя на лице преувеличенно вежливое выражение. Отец кивал с видом польщенным и растерянным. Время от времени пытался было возражать в силу характера – просто оттого, что не мог не ерепенится в присутствии людей выше его по статусу – но тут же замолкал.

Когда я вошла, разговор прекратился. Кассиус засмеялся, спросил о самочувствии и настроении, поинтересовался, куда я девала хозяина. Затем велел собираться в обратный путь и исчез, не отвечая на расспросы.

Я не знала, какие планы были у хозяина на меня, но одна забота грызла сильнее остальных.

– Папа, ты должен поехать со мной. Как-нибудь устроимся в Аэдисе вместе. Снимем квартиру, может, получиться найти тебе работу…

– Нет-нет, дочь. Зачем тебе обуза? Тебе надо веселиться, брать от жизни всё, а не ходить за никчемным инвалидом. Из-за меня, чего, доброго, упустишь блистательные возможности, которые ждут тебя в столице на каждом углу – о, я это точно знаю, не вечно же тебе быть на побегушках у теурга! Но нет, не скажу дурного слова о господине Дрейкорне, не беспокойся. Он все устроил наилучшим способом. Этот молодой человек, Кассиус, сообщил, что имел разговор с доктором в Олхейме. Тот согласился взять меня помощником, а господин Дрейкорн выкупил ту хибару, в которой я жил в последние месяцы; заявил, это самое малое, что он может сделать для нашей семьи после того, как из-за его недосмотра с тобой приключилось это… кхм… неприятное происшествие. Конечно, я расплачусь с ним – потом, постепенно.

– О, нет! – прошептала я в ужасе. Показной бунтарский дух отца не мешал ему принимать помощь как само собой разумеющееся, если предлагали с почтением. Я была расстроена. Теперь не только я, но и отец по уши увязли в долгах господину Дрейкорну. Сколь ни была глубока моя благодарность, такая зависимость не нравилась.

Когда хозяин заявился в коттедж, я попробовала завести разговор, но слушать он не пожелал.

– Камилла, сделайте одолжение – примите все, как есть. Не докучайте сегодня возражениями. У меня выдался тяжелый день. Битвы с вашей совестью я уже не выдержу.

Глянула на него внимательнее и забеспокоилась: хозяин провел в доме собраний несколько часов. Черты его странно изменились, он был бледен, скулы заострились, на лице печать глубокой усталости. Он заслуживал покоя, и я замолчала. Что за тайны общины Отроков Света открылись ему? Что произошло между ним и старейшиной после того, как я ушла?

«Стальной Аспид» отправлялся из Олхейма поздним вечером, когда навалились сумерки. В молчании наша небольшая компания стояла на вокзале. Проводить меня пришли только отец и Кендра. Без лишних слов мы обнялись, я по специальной платформе перешла в вагон, обер-кондуктор замкнул дверь, низко рявкнул гудок, поезд завибрировал,загрохотали сферы. Олхейм уплыл прочь.

Прошли в вагон первого класса.

– Поезд переполнен, придется, тебе, Камилла, делить с нами купе, отдельного не нашлось – извинился Кассиус.

Вагон первого класса ничем не напоминал тот сарай, в котором мне доводилось путешествовать. Вибрации и грохот сфер гасились и были едва слышны, в купе горел светильник, еле-еле рассеивая полумрак. Диваны с бархатной обивкой, занавеси на окнах, шкафчики для одежды; уют и роскошь в каждой детали.

Я в изнеможении опустилась на мягкое сиденье. Мысли в голове скакали, как белки, тревогу сменяло умиротворение, но радость меркла, стоило лишь подумать о том, что случилось недавно и о том, что ждало впереди.

Кассиус глянул на мое унылое лицо, сел ближе, ловким движением достал из заднего кармана колоду хорошо потрепанных карт и принялся веселить фокусами. Я вежливо улыбалась.

Господин Дрейкорн пребывал в угрюмом настроении: откинулся на бархатные подушки, скрестил руки на груди, вытянул ноги, прикрыл веки и будто задремал, но я видела, как время от времени его глаза блестели в полумраке – следил за мной исподтишка.

Кассиусу скоро наскучило сидеть на одном месте. Он спрятал карты и поднялся.

– Прогуляюсь-ка по вагону. Видел, в буфете собралась неплохая компания за партией в джингу – банкир, чиновник и теург третьего ранга, и все жаждут расстаться с деньгами. Готов им в этом помочь.

Мы остались с господином Дрейкорном вдвоем.

Я пересела к нему и осторожно потормошила за рукав. Хозяин нехотя открыл глаза и повернул голову.

– Господин Дрейкорн, вы не спите?

– Полагаю, ответ «сплю» вас не устроит, Камилла.

Его лицо скрывал сумрак и тон был неприветлив, но все же шестым чувством я поняла, что он улыбался, и осмелела:

– Прошу, господин Дрейкорн, утолите мое любопытство. Хочу знать, что произошло. Почему вы решили, что мощи основателя общины – это инквизитор Аурелиус? О чем вы разговаривали со старейшиной? Все так странно, не знаю, что и думать.

Затем запоздало раскаялась:

– Простите, что надоедаю. Вам нужен отдых, а я...

Хозяин вздохнул и сел прямо.

– Не стоит извиняться. С того момента, как мы зашли в поезд, я ждал, когда начнете приставать с расспросами. Заметил, как покусываете губы и поглядываете с нетерпением. Хорошо. Пора вам узнать правду. Вспомним, что вам известно об инквизиторе Аурелиусе, чей дневник мы так упорно собираем по листочку уже который месяц.

Итак, инквизитор Аурелиус заключил договор с демонами-архонтами Арбателем и Барензаром, чтобы обрести жизнь и могущество. В качестве жертвы он отправил на костер триста человек, затем провел ритуал Слияния – отдал свое тело демону Арбателю. Ритуал прошел вполне удачно, хотя обещанной безграничной силы инквизитору обрести не удалось. Считается, что дневник, который мы ищем, дает ответ на эту загадку.

После ритуала инквизитор разгромил пол-столицы и исчез. Теперь известно, что он не рассыпался в прах, как все одержимые; понукаемый своим демоном, он бежал, укрылся в провинции и создал вашу общину Отроков Света.

– Но зачем, господин Дрейкорн? Отроки Света выступают против магии и призывают отказаться от услуг демонов!

– Терпение, я к этому подхожу. Итак, бессмертие инквизитор не обрел, хотя неплохо продлил свои годы. После смерти Аурелиуса демон не пожелал покидать мертвое тело. Для вызова была принесена огромная жертва, жизненные силы погибших на костре магов питают демона до сих пор.