Огонь и ярость (ЛП) - Ли К. Н. - Страница 5

Цитадель была мечтой из стекла, белизны, золота и сияющего камня. Аккуратные домики стояли рядами, многие уровни земли тянулись вперед, были под строением в виде купола, что окружало и защищало город. В центре был дворец. Золотой, с несколькими балконами и окнами с видом на город. Он впечатлял сильнее всего, что Арос когда-либо видел.

— Невероятно, — рот Магнуса был открытым.

— Мы точно уже не в Беруфелле, — добавил Хельги.

8

Лодка донесла их до белых мощеных дорог, Арос и остальные замерли там на миг, ошеломленные от вида.

Цитадель была местом магии, хоть король презирал упоминания о ней. Сила была в красоте и богатстве. О такой архитектуре не слышали там, где родился Арос. Дома там были из бревен и досок. Тут все было из ценного камня и стекла.

Все мерцало под лучами солнца. Он мог лишь представлять, как тут было летом, когда солнце сияло во всю силу. Они смотрели в тишине, вбирая в себя вид.

Толпы знати были в нескольких местах. Пахло вкусной едой, которую продавали на множестве дорог. Желудок Ароса заурчал.

Завтрак был часы назад, сухая рыба и хлеб. Голод не был проблемой. Обычно они становились Волками и охотились. Но не на этой земле. Тут было запрещено, в лесах жили фейри, нимфы защищали там зверей. Король сделал охоту запрещенной, чтобы сохранить мир между Волками и фейри.

И граждане без вопросов слушались Ролло.

Эостра сняла плащ и повернулась к ним.

— Поищем магазины?

Хельги и Магнус пошли за Аросом и Эострой по тропам Цитадели. Они оставили реку позади, уходящую в центре под землю и проливающуюся на другой стороне искрящимся водопадом. Вскоре их заметили. На них смотрели с презрением, Арос и его братья не опускали головы.

Эостра тоже. Она даже говорила с некоторыми прохожими со своим сильным акцентом, заставляя их отвести осуждающие взгляды. Казалось, они стыдились своей реакции.

Табличка указала путь на Торговую площадь, и они повернули в проход меж двух зданий и оказались на вершине мраморных ступеней, что спускались к улице с магазинами и лотками, столько Арос еще не видел.

Люди сидели на цветных коврах, выложив рядом товары.

Тут можно было разбогатеть на торговле, Эостра явно тут и хотела быть.

— Поразительно, — сказала она, моргая, словно все могло пропасть в любой миг.

— Найдем одежду, — сказал Магнус. — Мне не нравится, как на нас смотрят эти снобы.

— Точно, — сказал Арос, укутавшись в капюшон туники, что для него вышила мама.

Хельги кивнул.

— Чем скорее отмоемся, тем лучше будем.

— Идемте, ребята, — Эостра хлопнула в ладоши. — Пора нарядиться.

9

Они держались вместе, долго спускались вниз, шли по улице, пока Эостра не завопила и не побежала в другую сторону.

Она была как ребенок, ее энергия была заразительной.

Она пошла к открытой телеге с цветными шелковыми платьями. Она потрогала одно платье, что подходило ее глазам, и Арос улыбнулся, радуясь ее счастливому виду.

Они провели часы на площади, Эостра купила себе два платья, новые штаны, туники и плащи с сапогами для Ароса и близнецов. Они закончили, проголодались и пошли искать жилище.

— «Скачущий павлин»? — Хельги скривился от названия гостиницы.

Арос пожал плечами.

— Звучит дорого, — сказал он. Эостра пожала плечами.

— Это стоит вложений, — она ухмыльнулась.

Они прошли внутрь, и гостиница была роскошнее всех, где они были. Стены блестели от обоев, в центре стены было большое зеркало, рядом стояли мягкие кресла. Гости были смесью торговцев и посетителей из разных концов царства.

Жители востока. Никто не прибывал с запада. Запад красной реки принадлежал людям, а еще магам, сбежавшим от наказания.

Амалия сбежала с запада, и он больше никого не встречал оттуда.

Тут были фейри, оборотни и высокие люди с дальнего востока, их стиль Арос еще не видел. Они интересовали его, их кожа сияла. Говорили, они были потомками редкого вида фейри, которые потеряли магию за века.

— Одну комнату, — сказала Эостра хозяину, посмотревшему на них поверх большой книги.

Арос вскинул бровь.

— Мы не можем быть вместе. Так нельзя.

Она кашлянула и прижала ладонь к книге.

— Простите, — сказала она хозяину, тот снял очки и собирался говорить. Она повернулась к Аросу. — Слушай, — зашептала она. — У меня не так много денег. Я могу позволить лишь это.

Он кивнул с красными щеками.

— Прости, — буркнул он, она повернулась к хозяину.

— Одна комната, — повторила она, они заплатили за вечер.

— Моя жена покажет комнату, — сказал он, глядя на них с критикой.

Низкая женщина с белыми кудрями вышла из комнаты за столом и вытерла руки о серый фартук.

— Сюда, милые, — сказала она теплым голосом, как любящая бабушка.

Она повела их по ступеням, устеленным ковром, в коридор с несколькими дверями. Она вытащила связку ключей, отперла последнюю дверь справа. Внутри были две большие кровати с яркими желтыми одеялами, открытое окно впускало свежий воздух с запахами сада. Чаша с водой и медный кувшин под окном. И столик с двумя стульями.

Тут хотелось остаться.

— Горшки у кроватей, оставьте за дверью, и Магси заберет их и принесет чистыми. Утром будет теплый завтрак, а еще крепкий напиток для дня.

Арос улыбнулся ей.

— Спасибо, мэм.

Она кивнула, окинула их взглядом. Она посмотрела на Эостру, но промолчала, хоть ей не нравилось, что красивая девушка оставалась с тремя юношами. Она ушла и закрыла дверь за собой.

Хельги и Магнус прыгнули на кровать побольше, упали на спины.

— Ах, — сказал Магнус, — к такому можно привыкнуть.

Эостра столкнула его сапоги с кровати.

— Не надо, — сказала она. — Это только на одну ночь. Не пачкай простыни.

Она повернулась к Аросу, уперла руки в бока.

— Похоже, мы снова на одной кровати, — сказала она, подмигнув.

10

Наступил вечер, Арос смотрел, как солнце садится, со ступеней перед гостиницей. Было бы волшебно увидеть, как Амалия летит на драконе, как на рисунках в пещерах.

Пока они не воссоединятся, ему просто нужно убедиться, что королевство не развалится.

Он вздрогнул, когда Эостра подошла и взяла его за руку. Она вкусно пахла, и его хищные ощущения Волка сходили с ума от запаха жасминового мыла на ее белой коже.

Она стояла там мгновение, смотрела с ним на закат в тишине. Солнце угасало за стеклянными стенами, всю Цитадель озарило сияние. Люди замирали и смотрели, прикрывая глаза, свет медленно угасал до зловещего розового.

— Красиво, — сказала она, приоткрыв рот, глядя на закат.

Он улыбнулся и задел ее руку своей, она посмотрела на него, улыбаясь в ответ.

— Я не расскажу братьям о твоем секрете, — она подмигнула, он покраснел.

Арос кашлянул и отвел взгляд.

— Спасибо, — сказал он. — Они ждут, что я буду таким, как они. Но я не мог платить за сон с тобой, Эостра. Я тебя только встретил, но слишком уважал тебя для такого.

Она рассмеялась, этот звук ему нравился. Ее лицо просияло, и он надеялся, что и дальше будет видеть ее счастливой. Но будущее было не таким ярким.

— Слишком много уважения, — она ухмыльнулась. — И слишком много эля, если честно.

Его щеки вспыхнули снова, он почесал шею.

— Возможно, — он плохо переносил эль. И это притупляло ум, а он, как ученый, не мог этого позволить.

Она прижалась головой к его плечу и вздохнула.

— Да, Арос, — сказала она. — Но я говорила не об этом.

Он удивленно и в смятении повернулся к ней. Он нахмурился, глядя на нее, и впервые в нем возникло предупреждение, от этого его мутило.

— Я знаю твою тайну, — она кивнула, но не смотрела ему в глаза. Она убрала руку и отошла. Эостра провела большим пальцем по его щеке с тревогой в глазах. — И ты говоришь во сне, друг мой.