Сингулярность (СИ) - Уинтерборн Джон - Страница 66

Что же по-настоящему происходит с человеком? Есть ли какой-то отдельный мир для духов, чтобы люди могли упокоиться после смерти? Или же все они обречены бродить по миру живых? Быть может, духи — это всего лишь жалкий остаток от былого человека, и после смерти тебя ждет лишь тьма, и ничего более? Ответа на этот вопрос нет. Но что случится с человеком, если он не просто умрет, а исчезнет из мира?

Пустота?

Тьма?..

«…»

Оказавшись во тьме, Элли увидела перед собой саму себя. Девушку с неестественно белоснежной кожей, белоснежными волосами и таким же неестественным кукольным лицом, так и отдающим фальшью. Но самым выделяющимся элементом ее внешности на фоне белого были ее красно-кровавые глаза, некогда переливающееся ярким магическим свечением. Ее темный стальной доспех, уничтоженный временем, будто бы растворялся во тьме, лишь слегка предавая ее фигуре нужные очертания.

Элли была уверена, что она видит перед собой именно себя. Но было в этом виде что-то… чужое, неправильное. Что-то, что давало ей понять, что перед ней — не она вовсе, а кто-то другой. Но кто? И как такое вообще возможно?

— Что ты такое? — спросила Элли, продолжая смотреть в глаза самой себе.

Ответа не последовало.

Принцесса не ощущала своего присутствия в пространстве, будто она находится в чистой невесомости, но это не помешало ей ступить во тьме и подобраться немного ближе к тому «нечто», что находилось перед ней. Вопреки ее ожиданиям, фигура повторила ее действия, словно перед ней было зеркало, или же очень хорошо играющий актер, повторяющий ее действия.

Элли дотронулась до щеки «другой себя» ладонью, поглаживая ее, и одновременно с этим фигура повторила точно такое же действие. Но Элли почувствовала, словно она потрогала плотный туман. Рука не прошла насквозь, подобно тому, как проходит сквозь призраков, не имеющих физической формы, но и тактильной отдачи никакой не последовала. Ладонь фигуры же напротив, оказалась холодна для нее, словно до нее дотронулся мертвец.

— Что я, спрашиваешь ты? — внезапно, фигура покрылась тьмой, и вместо человеческого лица появилось лишь два пылающих красных глаза и длинная линия в виде улыбки, заменяющая собой человеческие губы. — Что-то, что выглядит точно так же, как и ты, очевидно. Значит ли это, что я — это ты?

Принцесса испугалась так, как никогда раньше. Но сейчас ей уже было нечего терять, а потому страх казался для нее ничем, даже на уровне человеческих инстинктов. Элли убрала руку с лица «призрака», но сам призрак — нет.

— Человек — это не просто внешняя оболочка. — Ответила Элли, не отступая от призрака. — В тебе даже нет человеческого тепла, не говоря уже о другом.

— Вот оно как. — Призрак ухмыльнулся, отступая назад. — Досадно.

Между ними возникло долгое, ненапряженное молчание. В голове Элли не осталось ничего, даже сожаления — лишь смирение. Ее более не волновало ничего, что происходило вокруг нее, поэтому она могла стоять так до самого того момента, как она состарится и умрет по естественным причинам. Даже вопрос о том, что такое перед ней стоит, раз оно способно принимать не только ее внешность, но и говорить ее голосом, не так уж и сильно волновал ее.

— Пустота в твоих глазах прекрасна. — Утвердил призрак. — Как и ты сама.

— «Прекрасна»? У меня не осталось ничего, что можно было бы назвать прекрасным. Ты ведь видишь, что происходит в моем сознании, не так ли?

— Да. Ты лишилась всего, но не сломалась, подобно миллиону других представителей человеческого рода. Ты заполнила свое сознание пустотой, оставшись стоять на ногах даже здесь, в бесконечной пустоте.

— Заполнить свое сознание пустотой — это и есть то, что и называется «сломаться», призрак.

— Разве? Люди, которые сломались — они бы не устояли на ногах в своем собственном мире, не говоря уже о том, чтобы устоять здесь. Но ты, принцесса, как и было сказано ранее, все еще непоколебимо стоишь здесь. Ради чего?

— «Ради чего?» — процитировала его вопрос Элли, задумавшись на момент. — У меня нет ответа на этот вопрос. Возможно, виноваты инстинкты.

— Даже смирившись со своей участью, твое нутро, твоя сущность продолжает сражаться, хоть ты и сама этого не осознаешь. Это и есть то «прекрасное».

— Это полное дерьмо, а не «прекрасное». Если моя сущность действительно продолжает эту бессмысленную борьбу — я хочу, чтобы она была уничтожена.

Призрак ничего не ответил, но его гримаса изменилась. И если судить по этому странному выражению, можно сделать вывод, что он… восхищается? Можно было бы даже предположить, что призрак влюбился в нее. В каком-то смысле. Его взгляд был прикован к Элли долгое время, ровно до тех пор, пока он сам не прервал тишину.

— Я наблюдала за тобой. Наблюдала за тем, как ты помогаешь моему носителю, с которым я разделила силу космоса… но он не был способен полноценно обуздать меня даже с учетом того, что у него было бесконечно много времени. Столько, сколько обычной человеческой особи и не снилось.

«…»

— Он потерпел поражение. Но ты, принцесса Элеонора, или же Элли, как он тебя называл… ты стоишь здесь, передо мной. Несломленная миром даже после того, как все пало на твоих же глазах. Ты восхищаешь меня. Ты достойна.

— Ты вынуждаешь меня повторить вопрос. — В голосе Элли появился хоть какой-то намек на эмоции, отсутствующий с самого начала. — Что ты такое?

«…»

— Я — Сингулярность. Центр пустоты. Я есть то, что вы называете «Черной Дырой».

— Сингулярность… — уточнила Элли. — Неужели ты… центр черной дыры?

Магический камень из космоса был напрямую связан с черной дырой, потому что именно он притягивал ее к Земле, тем самым приближая Конец Времен. Но на самом деле, это не просто «магический камень» — внутри себя он содержал так называемую «Сингулярность», и именно была она истинной причиной появления черной дыры, которая, по итогу, являлась лишь ради того, чтобы забрать свою часть. Тот факт, что при этом мире оказывался на краю гибели — лишь последствие, а не «желание» черной дыры. У нее вовсе нет желаний.

Сломав магический камень, Элли не избавила мир от появления черной дыры и Конца Времен соответственно — более того, она лишь спровоцировала моментальное их появление, что, в последствии, привело к немедленной гибели мира, еще более быстрой, нежели в случае с путешествием во времени-пространстве с помощью этой самой «Сингулярности». Такова правда.

Получается, что появление Конца Времен с самого начало было неизбежным, даже если бы Винтер никогда не появился на свет и магический камень никогда не был бы найден — черная дыра рано или поздно явилась бы за частью самой себя, потому что она не может существовать без своего ядра.

— Я есть сгусток магической энергии, подобно тому, что вы называете «солнцем». Но в отличие от солнца, я имею осознание себя, близко к существам, которых вы называете «драконами» в своем мире. Тем не менее, я не являюсь существом в привычном для вас понимании, и тот факт, что я приобрела форму в виде человека, в виде существа — это лишь ваше влияние.

— Наше… влияние?.. — пытаясь осознать сказанное Сингулярностью, спросила Элли. — О ком конкретно ты говоришь?

— О человеке, что взял в себе имя «Винтер». О драконе, на которого повесили клеймо в виде имени «Син». И о тебе, конечно же, принцесса. Лишь вы трое смогли воспользоваться мной в своих интересах, и никто более.

— То есть… я все-таки… — не найдя в себе сил договорить до конца, Элли осознала, о чем говорит Сингулярность.

— Да, ты смогла использовать меня. Не так активно, как Винтер, но этого оказалось достаточно, чтобы я могла почувствовать, что ты — единственный сосуд в виде человека, способный принять меня и использовать мою силу.

— Как же так? А как же… как же Винтер? Как же Син? Я — ничто, по сравнению с их силой! — уверенно заявила Элли, в то же самое время пропитываясь сомнениями и ступая вперед. — Как я могу подходить лучше, чем они?

— Люди — высшие существа, обладающие вечной душой. И ты единственный человек, который смог обуздать меня, так или иначе. Винтер создан другим человеком, и несмотря на обретенное им могущество, он всего лишь является таким же сгустком энергии, как и дракон Син, хоть и имеет физическую форму. В то время как ты — настоящий человек, появившейся естественным путем. Ты — настоящий обладатель вечной души и бесконечного магического потенциала, как и полагается лучшему представителю человеческого рода. Вот в чем причина.