Обреченная (СИ) - Посох Анастасия - Страница 10

— Конечно, — и улыбнулся шире прежнего.

Я подошла к нему, посмотрела в его глаза, поняла, что он действительно не против, хотя каждый мускул на его лице, каждая частичка тела заметно напряглись. Когда я полностью убедилась, что он не возражает объятий, я обняла его и сказала еле слышным голосом:

— Спасибо!

Его руки взаимно легли на мою спину, он крепко обнял меня в ответ. По моей спине пробежали мурашки, голова закружилась, но я устояла на ногах. Тем временем он смотрел мне прямо в глаза. Я начала выдумывать себе прекрасный поцелуй (ну не дура ли? мы знакомы только три дня), а он как будто почувствовал это, развернулся и пошёл к байку. Через минуту светловолосый парень вернулся с корзиной в одной руке, с пледом — в другой. Когда Гидеон пошёл на берег, он, видимо, понял, что я не иду за ним и не собираюсь без его приглашения, поэтому он повернулся и махнул мне рукой, чтобы я шла за ним.

Выйдя на берег, я было зачарована ещё больше, чем когда смотрела на озера из глубинки леса. Видимо, заклятие работало с большей силой, если подойти ближе к воде. Берег был усыпан чистым белым песком, в который при ходьбе проваливались ноги.

Под пристанью располагалась небольшая лодка для двоих, а на эту пристань вела небольшая деревянная лестница с резными поручнями, состоящая всего из трёх ступеней. Гидеон поднялся по лестнице, разложил все наши вещи и помог подняться мне наверх, так как было немного неудобно подниматься, ведь лестница была немного сырой и скользкой. Можно было вечно наблюдать, как лёгкие волны бились о пристань, за спиной шумели листья деревьев, шепчась между собой. Пока я любовалась этим волшебным местом, Гидеон разложил продукты на плед. Сэндвичи, фрукты и ягоды выглядели очень аппетитно, хотя, может, это потому, что я до сих пор не завтракала. Блондин протянул мне баночку холодной газировки, которая сразу же заморозила мне руку, оказавшись в ней, после чего сказал:

— Я хотел устроить нам свидание, Черри. Я не бешенный романтик, но я хотел тебя удивить.

Я почувствовала, как мои щёки приняли розовый оттенок, каждая мышца тела напряглась, по спине в очередной раз пробежались мурашки, а от волнения затряслись руки. Я понимала, что начинаю в него влюбляться, но я накрутила себе, что это вовсе не взаимно. Никогда не думала, что существует любовь с первого взгляда, я считала это бредом. Сами подумайте: разве бывает такое, что проходишь мимо красивого незнакомого парня на улице и сразу же понимаешь, что любишь его? Нет, это всего лишь симпатия. И я всегда думала, что так оно и есть. Но сейчас у меня была явно не симпатия. И мне было всё равно на то, что у него есть какие-то секреты, или больше похоже на сдвиги, которые бывают у каждого. Скажете, что не у всех? Одно дело у человека есть что-то секретное, но он всем это расскажет и это уже не будет секретом. Но другое дело, когда человек хоть и показывает, что у него есть тайна, но он его не рассказывает.

Краем глаза я стала замечать, что его рука тянется к моей щеке. И вот она касается моих скул. Его рука такая мягкая и она… холодная. Полчаса назад он весь горел, как будто заболел, а сейчас был холодный. Странно всё это. Но я не хотела своими глупыми вопросами ломать такой момент. Когда он коснулся моего подбородка, из моих глаз ручьём полились слёзы. Моё сердце подсказывало, что я могу доверять этому человеку, могу доверять все мысли, все тайны, все секреты. Могу доверять всё. Когда он увидел, что мои глаза на мокром месте, он испугался и взволнованным голосом спросил:

— Что-то не так? Почему ты плачешь? Я что-то не так сделал? — после этих слов он вытер одну из моих слезинок, скатившуюся по щеке. По голосу было сразу понятно, что он действительно волновался или… боялся.

— Н…нет, всё хорошо, — сказала я, вытирая слёзы. — Прости, что расплакалась, всё испортила. Не хотела…

— Ты ничего не испортила, Чер, — улыбнулся парень и вытер вторую слезинку, не удержавшуюся в глазах. — И не обманывай меня. Если что-то случилось — говори прямо, я выслушаю и помогу. Почему ты плачешь, скажи мне? — улыбка и немного грустные глаза вроде бы не предвещали ничего плохого. Я так стеснялась ему это сказать, но всё же сказала:

— Просто мне нравится тут, и это утро самое фантастическое. Я благодарна судьбе, что мы столкнулись с тобой, — последнее я не хотела говорить, кто же, чёрт возьми, меня потянул за язык? Это было лишнее, явно лишнее. Я практически призналась ему в своей влюблённости. Зачем я это сделала? Почему я не смогла вовремя остановиться? Мне было стыдно смотреть Гидеону в глаза, но я пересилила свой стыд и подняла голову. Он по-прежнему улыбался, а руку убирать, видимо, не хотел, потому что рука светловолосого парня всё так же соприкасалась с моим подбородком, на котором уже скопилось много слёз. Только сейчас он сидел неподвижно, его губы немного дрожали, а его взгляд пал на мои губы. И вот тот момент, которого я почему-то боялась — он потянулся меня поцеловать. Я хотела отказаться, встать и пойти к байку, и я могла это сделать, но я не стала. Я хотела поцеловать его точно так же, как он хочет поцеловать меня. И я поддалась поцелую. Он коснулся моих губ своими, его руки обняли меня за талию, и он стал сладко меня целовать. В его пленительных объятиях я не могла ничего сделать, кроме как поддаться ему. Будто бы всё на время остановилось: шум воды и шёпот деревьев — всё затихло. В этот момент казалось, что не мы кружились вокруг Солнца, а Солнце вокруг нас.

Когда он отстранился от меня, его руки остались лежать на моей талии, и я не просила его убрать их. Мне стало приятно, что его холодные руки лежат на моей горящей от жары коже. Так как у меня никогда не было таких моментов, я не знала, о чём с ним говорить после случившегося, поэтому я просто смотрела на него своими счастливыми глазами и улыбалась. Я светилась от счастья, я чувствовала, что внутри меня распирало от любви к Гидеону, счастья и бабочек, поселившихся, наверное, навсегда внизу моего живота. Через несколько минут Гидеон почему-то убрал руки, он кардинально поменялся в лице: теперь он был поникшим и в то же время он почему-то смотрел на мои губы, и в его глазах теперь читался страх. Я вытащила телефон из кармана штанов, посмотрела на свои губы и увидела кровь. Но чья? Его? Или он меня укусил, и это моя кровь?

— Я… я не хотел, Черри, — сказал он голосом, будто произошло что-то страшное.

— Нет, ничего страшного, это всего лишь кровь, пройдёт, — улыбнулась я и, положив одну руку на подбородок, повернула его отвернувшееся лицо к себе. Когда он посмотрел на кровь, его зрачки сузились, вокруг глаз появлялась паутинка вен, хотя это было и не так заметно. Но… не верится, что я это говорю… но он не был похож на обычного человека. Я заподазривала его и ранее в чём-то, чего он не хочет мне рассказывать, но сейчас он выглядел совсем странным. Бледное лицо, странно горячее тело, красные глаза, да ещё и вчерашний резкий уход. — Что ты скрываешь от меня? Почему у тебя… такие глаза? Ты болен?

Он испугался ещё больше моих вопросов, и когда понял, что сейчас он не может просто уехать, он встал и куда-то пошёл. Как оказалось, он стал собирать вещи, которые привёз сюда. Гидеон собирался уезжать.

— Куда ты? — на мой вопрос в ответ пришло молчание. — Ответь мне, не игнорируй мои вопросы, — всё допрашивала я его, но в ответ по-прежнему тишина. — Гидеон! — почти кричала я. Но как бы я не пыталась у него узнать ответы на свои вопросы, он молчал.

И только после того, как он собрал все вещи, в том числе и плед, на котором минутами ранее сидели мы и сладко целовались, он вдруг сказал:

— Нам пора ехать домой. Довольно с тебя на сегодня. И лучше не задавай такие вопросы, если знаешь, что не получишь ответы.

Я стояла рядом с местом, где лежал плед, я чувствовала, как кипела кровь в моих венах. Что значит «Довольно с тебя на сегодня»? Я не понимала его. Поэтому последовала череда следующих вопросов, ответы на которые я готова была получить любой ценой:

— Довольно с меня на сегодня? Что это значит?