ИВ. Тетралогия (СИ) - Северин Гай "geori" - Страница 208

Я лихорадочно соображала, как же мне выкрутиться, и не находила выхода. Похититель тоже некоторое время молчал, но смотрел очень пристально, как будто обдумывал, какой метод избавиться от меня доставит ему большее удовольствие.

— Я знаю множество способов заставить говорить кого угодно. Но почему-то в нашей ситуации ни один из них мне не нравится, — он вновь улыбнулся, по-прежнему играя роль добродушного парня. — Было бы гораздо проще тебе самой все рассказать.

Что оставалось делать? С какой стороны не посмотри, а исход для меня один. Но, с другой стороны, нужно решить, стоит ли та информация, которую требует Дамианос, мучений, безусловно уготованных мне Верховным представителем преисподней. Хищник в облике агнца продолжал сверлить взглядом, осознавая, что его безоговорочная победа лишь кратковременный вопрос.

Но когда я уже было открыла рот, намереваясь как можно убедительнее ответить на вопросы, но при этом отвести след от Тирона, нас прервал внезапный тихий стук по стеклу, будто кто-то кидал мелкие камушки в окно с целью привлечь внимание. Вампир спокойно приоткрыл портьеру, глянул на залитую желтым светом фонарей подъездную дорогу и спина его напряглась.

— Ну, надо же, какой сюрприз, — протянул он с ноткой затаенного удовольствия. — Сегодня столько неожиданностей!

Что именно было неожиданным, Дамианос, разумеется, объяснять не стал, вместо этого резко повернулся ко мне.

— К сожалению, мне придется ненадолго отлучиться, но мы вскоре продолжим. Останешься здесь, но сбежать не удастся, впрочем, можешь попытаться, — сообщил он. — На окнах крепкие решетки, а входная дверь надежней банковского сейфа, сама понимаешь, необходимость, — словно оправдываясь, он указал рукой на свою драгоценную экспозицию.

Он исчез, а я вихрем понеслась к тому же окну, где все еще слегка покачивалась тяжелая штора, уловив лишь смутную размытую тень исчезнувшего в ночи вампира. За кем или за чем убежал Изначальный, меня не интересовало, однако в справедливости его слов тут же убедилась. Ажурные кованые решетки выглядели внушительно и побег этим путем исключали полностью. Что же, мне безропотно дожидаться воли судьбы? Окончательно смириться с неизбежным?

Как бы ни сетовала на несправедливость злого рока, но и вход оказалась мне не по зубам, древний кровопийца не преувеличивал, вряд ли и таран помог бы. Оставалось покориться фатальному невезению.

Однако то ли сегодня был какой-то особенный день, то ли звезды сложились причудливым образом, но не успела я раскиснуть и переполниться жалостью к себе, как громко щелкнул замок и дверь отворилась. «Ну, вот и все, он вернулся», — мелькнуло в голове, а ноги неожиданно пришли в движение, и с необузданной решимостью самоубийцы я ринулась вперед, понимая всю бессмысленность попытки.

Толком разглядеть в кого врезалась не удалось, лишь осознала, что это не Дамианос, а девушка, хотя, судя по силе, тоже вампир. Тирон не единожды констатировал, что соображаю я крайне плохо, вернее, здраво мыслить и молниеносно реагировать вообще неспособна, по его словам, разве что спасительный инстинкт поможет. Вот и на этот раз ничего предпринять не успела, а спустя мгновение меня перекинули через плечо и вот, второй раз за эту странную ночь, куда-то тащат против воли. Главное, что в прямо противоположную той стороне, где исчез мой пленитель. Бежала вампирша дольше, чем Изначальный, я почувствовала и поняла, насколько неудобно передвигаться в виде безвольного куля. А так же отметила, что уже нахожусь за пределами города, и подумала, что за одни сутки, по-моему, событий произошло чересчур много, даже для такого невезучего человека, как я.

Тамарис заметно торопилась и даже нервничала, но я набралась смелости пригласить ее в «спикизи», чтобы поблагодарить за предупреждение, к которому, увы, не прислушалась, и обратиться с новой просьбой — помочь уйти из жизни. Может, и неправильно было навязываться вампирше, тем более, поглощенной своими личными проблемами, но я поспешила, боясь, что потом мне не хватит решимости и силы духа. В глубине души питала надежду, вдруг прежде, чем убьет, та согласится выслушать, почему я хочу прервать свою вечность, поймет и даже посочувствует по-женски. Очень не хотелось умирать, не выговорившись, не оставив о себе никакой памяти, но она просто отмахнулась:

— Разговоры и просьбы отложим до завтра, мне сейчас не до твоих страданий. Надеюсь, в состоянии потерпеть одну ночь. Уходить из жизни, Мэри, нужно без долгов, хорошо, что сама напомнила об этом. Ты очень кстати подвернулась, следуй за мной к дому моего брата, сделаешь, что скажу.

Разумно ли вмешиваться в дела Дамианоса? Из воспоминаний пирата напрашивался вывод, что вставать на пути их семейных склок чревато смертью. А разве не этого я желаю? Определенно, предпочла бы легкий и быстрый уход в забвение, но Изначальная права, за адрес Марко я действительно давала обещание. Какая горькая ирония — я обязана за то, из-за чего не хочу больше жить. Тем не менее, это долг чести, и я не собиралась от него отказываться. Между быстрыми рывками в сторону Золотого берега Тамарис торопливо и кратко объяснила мои действия:

— Прислуги в доме ночью не бывает. Дождешься, пока брат появится и последует за мной. Вот, держи, — она протянула самый обычный и неказистый с виду ключ. — Остался с тех пор, когда я тоже здесь жила. На нем сложнейшие заклинания, невозможно подделать или подобрать отмычку. Иначе не войти, сильная ведьма постаралась. Заберешь оттуда девушку и доставишь в мой дом. Смотри, чтобы с ее головы ни один волос не упал! Она очень важна для меня. Следуйте через Линкольн-парк по Норд-Холстед-стрит, и дальше вперед вдоль побережья. В двух милях от города увидишь в поле ветхие развалины. Дожидайся меня и оберегай ее. Если исполнишь все в точности, я рассмотрю твою просьбу.

«Похоже, за истекшие столетия отношения близнецов окончательно испортились. Все это напоминало какую-то детскую мстительную возню. Изначальные словно соревнуются, отбирая друг у друга „игрушки“. Впрочем, меня это уж точно не касается. Кажется, ничего сложного не требуется, — отстраненно и равнодушно думала я, ожидая в тени кустарника возле красивого особняка. — Это даже немного отвлечет от мыслей о Марко и бессмысленности существования. Тамарис права, одна ночь меня не обременит. А завтра навсегда уйду в небытие».

Как и сказала древняя вампирша, хлопнув массивной дверью, Дамианос появился на пороге и тут же исчез вслед за ней. Подобное поведение вновь напомнило детские игры в салочки, всколыхнув ностальгию по далекому прошлому и беззаботному времени, проведенному с чернокожими сверстниками. Но я здесь не для того чтобы анализировать семейные отношения первоначальных вампиров, и тем более предаваться воспоминаниям. Времени мало, указания поторапливаться даны неспроста, а мне еще предстояло найти пленницу в чужом доме. Однако необходимость в этом отпала, едва я распахнула входную дверь. Буквально в руки мне упала искомая беглянка, и, не мешкая, перекинув ее через плечо, я бросилась бежать в сторону Линкольн-парка и далее, как объяснила Тамарис. Легкая ноша ерзала и недовольно сопела, но особого беспокойства не доставляла, сопротивляться не пыталась, и вскоре мы благополучно выбрались за пределы города.

Глава 02

Путешествие закончилось где-то в пригороде Чикаго. Извернувшись, я разглядела в лунном свете пологие холмы невдалеке, а прямо перед нами посреди поля стоял дом, вернее, его останки. У темного мрачного строения не хватало части крыши и западной стены, стекол и половины ступеней. Вероятно, это развалины бывшей фермы, хотя от хозяйственных построек не осталось и следа. Но изучить более подробно свое новое местоположение не удалось, так как вампирша, поколебавшись мгновение, вошла внутрь.

Хлипкая постройка встретила темнотой и тишиной, нарушаемой лишь скрипом прогнивших половиц, а также запахом сырости, плесени, и сладковатой, тошнотворной вони трупного разложения. Мы будто в могильник попали или в склеп, отчего стало очень не по себе. Резко захотелось оказаться где-то в другом месте, и я пожалела, что по пути не воспользовалась своими силами и не избавилась от похитившей меня. На тот момент, казалось, это благо, подальше бы от всесокрушающей мощи Изначального, а также от расправы Тирона. И вот пришло запоздалое осознание совершенной ошибки.