ИВ. Тетралогия (СИ) - Северин Гай "geori" - Страница 69

Поскольку мой вид вчера явно не соответствовал принятому в катакомбах, я предпочел удобный дорожный костюм, взял с собой еще один, который надевал последний раз для игры в гольф, а также захватил спортивную одежду, удобные домашние брюки и несколько мягких джемперов. Качество моей одежды все также не соответствовало той зловонной клоаке, в которой я планировал провести ближайшее время, но все же лучше, чем вечерний смокинг с шелковым цилиндром. Привычный головной убор я тоже заменил на знаменитую шляпу «федору». Чувствуя себя, таким образом, намного увереннее и соответствуя обстановке, я отправился в путь.

Глава 08

Пройдя, как и в предыдущий раз, через нижний «Соблазн», я задержался у барной стойки и основательно подзаправился свежей кровью, только сейчас в первый раз задумавшись о том, не использовали ли управляющие клуба той же системы «зоопарков», как и общины катакомб? Убедившись, что отлично помню дорогу, я быстро кратчайшим путем двинулся в сторону обитания возглавляемой Базилем колонии. В этот раз дежурил Парис — высокий сильно заросший мужчина, который беспрепятственно позволил мне пройти.

Похоже, крепыш Базиль никак не ожидал меня увидеть во второй раз, а уж мое желание задержаться здесь надолго его просто поразило.

— Надеюсь, для этого не требуется особого разрешения? — напористо уточнил я.

— Да нет, не требуется, — подтвердил Базиль. — Войти в катакомбы может каждый, не все, правда, отсюда могут выйти. Но, если ты так хочешь, оставайся, места хватит, — пожал он плечами. — Возможно, ты даже сможешь быть нам полезен, раз сумел почти год прожить наверху, но на какое-то особое отношение не рассчитывай. Ну, а поскольку ты уже познакомился с Лансом, пусть он тебя и просветит насчет наших правил, все равно никого свободного больше нет на месте.

Русоволосый паренек с видимым удовольствием помог мне обустроить мою келью. Наверное, рад передать мне эстафету самого зеленого новичка в их общине. Первым делом я попросил его показать, где можно набрать воды. Учитывая обстоятельства, я не рассчитывал на удобную комфортную ванную комнату с горячей водой, но все оказалось еще хуже. Для элементарного омовения, нужно было в одном из коридоров спуститься с ведром еще ниже, где протекал подземный приток Сены. Вот и все удобства.

К счастью, несмотря на мутноватый вид, ничем, кроме обычного запаха реки, от воды не тянуло. Аристократическое происхождение и воспитание диктовали, что я не позволю себе жить в грязи, поэтому я не гнушался запачкать руки. Я тщательно выгреб мусор и все вымыл в своей новой комнате, предварительно избавившись от затхлого матраса своего предшественника, который довольный Ланс забрал к себе. Уж лучше я просто каменное ложе застелю и так спать буду, чем на этой гнили.

— Как здорово, Джорджес, что ты решил сюда вернуться, — искренне радовался мой новый знакомый. — Ты мне сразу понравился, да и вообще, у нас здесь скучновато, а с тобой я хоть немного от жажды отвлекся.

Похоже, он был не прочь поболтать, и я решил этим воспользоваться, чтобы побольше узнать о моем новом обиталище. Достал из своего багажа бутылку коньяка и предложил Лансу отметить знакомство.

— Алкоголь помогает заглушить жажду и позволяет легче ее переносить, — авторитетно поделился я своими знаниями.

— Серьезно?! — радостно воскликнул Ланс. — Значит, и от него польза бывает. Спасибо, Джорджес! Это то, что мне сейчас больше всего нужно, а-то уже просто сил нет терпеть, глотку нещадно дерет, хоть на стену лезь.

— Можешь звать меня Джори, — предложил я. — Расскажи что-нибудь о здешней жизни. Может, ты знаешь, что у вас означает «игрушка, которой удалось выжить»?

Ланс обрадовался еще больше, словно мой интерес ему польстил:

— Знаю, конечно! Перед тобой та самая игрушка — это я и есть.

Ну, надо же, на ловца, как говориться, и зверь бежит. Я снова разлил коньяк и приготовился слушать его историю.

— Завтра уже две недели будет, как я в катакомбах, так что я тут пока самым младшим считаюсь, — поделился Ланс, подтверждая мои догадки. — А попал сюда, наверное, потому что повезло; можно сказать, трижды подряд от смерти спасся. В Париж я в позапрошлом году из Руана прибыл. Честно сознаюсь, из дома сбежал. Отец у меня мясником работал на колбасной фабрике и считал это место очень выгодным. Брата моего старшего, опять же, к себе пристроил, ну, и меня, как я подрос, попытался туда же. А я к технике тянулся, в школе хорошо успевал, дальше учиться хотел и еще путешествовать. Мечтал или машинистом железнодорожным стать, ну, или механиком судовым. Только папаша мой ни о каком техническом училище и слушать не желал, мол, держаться нужно поближе к продуктам, а не к железкам. Ну, делать нечего, вот я и промучился две недели вместе с ним в убойном цеху, вынашивая план побега. А как первую зарплату получил, пока папаша не отобрал, не заходя домой, рванул на вокзал и в столицу. На железную дорогу по молодости не взяли, поэтому устроился в трамвайное депо учеником слесаря ночами вагоны обслуживать. Год проработал, а на второй поступил-таки в училище. Ну, а после занятий, дело молодое, сам понимаешь, и с девчонками погулять хочется, и в кино сходить. Спать, честно говоря, только урывками и удавалось, внимание и реакция притупились.

И вот, в прошлом месяце у одного из нашей бригады сын родился, мы выпили перед работой немного ради такого дела, поздравили. Одним словом, и так уставший, да еще и выпив, проверял я вагон, и, видно, на тормоз не поставил. Да к этому еще и не заметил, что не стоит под колесом тормозной башмак. Однако, чувствую — засыпаю, сил нет, вот и вышел наружу, размяться чуток, голову проветрить, тут задумался, на звезды загляделся и присел на рельсы. Размечтался, девушку свою вспомнил, с которой у нас буквально накануне все сладилось, ну, и сам не заметил, как задремал. А вагон тем временем не спеша под горку покатился. Так бы ко мне и смерть пришла во сне, но тут неведомая сила подхватила меня, вырвала буквально из-под колес. Вот только спасение мне не от ангела-хранителя пришло, а, как ты понимаешь, от вампира и, увы, не бескорыстно. Не успел я поблагодарить спасителя, да и не нужна ему была благодарность моя.

Тогда-то я еще не знал, конечно, что это не человек. В первый момент даже не понял — то ли я еще сплю, то ли мне псих какой-то попался, когда он себе ладонь рассек и силой мне в рот свою кровь влил. А потом приказал заткнуться и волоком, как котенка, за шкирку меня к подсобкам потащил. Там одной рукой сдавил мне горло так, что кадык проломил, в глазах потемнело от боли, тут я и отключился. Очнулся я, когда уже рассвело, чувствую, все тело затекло ужасно и во рту какая-то дрянь. Думал сперва, что просто перепил накануне, вот и приснилось мне все это, даже с перепуга пить зарекся. Попытался встать, но тут понял, что не могу. Руки и ноги туго стянуты веревками, привязаны к стальной балке у стены, рот заткнут. Так и не обнаружил меня в тот день никто, просидел я в той подсобке, ничего не понимая и только чувствовал, что нехорошо мне, и с каждым часом все больше мутило, и есть ужасно хотелось.

Дергался я там, дергался, как червяк на крючке — все бесполезно, мастерски меня скрутили. А к вечеру и этот маньяк придурочный объявился. Развязал он меня, а я думать не стал, оттолкнул его и, как мог, на задеревеневших ногах поковылял к выходу. А тот только засмеялся мне вслед. Выскочил я за дверь, и тут, как на грех, на своего напарника наткнулся. Он меня за плечо ухватил, спрашивает, где я пропадал да что со мной, а я и не слушаю его, только вижу, что он утром, когда брился, порезался, на скуле царапинка, а чуть ниже на шее у него жилка пульсирует. И так мне в тот миг захотелось вцепиться в неё зубами, аж скулы свело. Ну, и не удержался.

А опомнился я, когда уже труп в руках сжимал, а во рту вкус крови. Рядом этот чудной стоит, и все ухмыляется. «Молодец, — смеется. — Сам все сделал, даже помогать не пришлось. Теперь ты один из нас — кровопийца, да не спеши печалиться, ненадолго, уверен. Поиграем мы с тобой немного, развлечемся. Сейчас правила объясню». А я еще никак от ужаса отойти не мог, и слов его почти не слышал от звона в ушах. Убил я напарника своего, да еще каким образом: кровью его до капли последней напился. Чувствую, схожу с ума прямо на месте. А дьяволу тому, видно, скучно стало, что я не в себе, время терять ему не хотелось, он и двинул меня кулаком со всей дури, губы разбил и половину зубов повыбивал, кровищи снова полный рот, теперь уже моей. Взвыл я от боли, но тут же все успокоилось и ранки затянулись.