Меж двух огней (ЛП) - Ноче Марк - Страница 12

— Я присоединюсь на совете и представлю Дифед. Покажу верность вашему королевству. Для этого вы взяли меня в жены, так ведь?

Глаза Моргана расширились, он был удивлен моей настойчивостью. Отец говорил мне действовать в интересах Дифеда, и я не могла делать этого, если бы молчала на собрании уэльских лордов. Пока Морган обдумывал мои слова, принц Малкольм фыркнул.

— Ты ведь не думаешь так, Морган? Девушка на совете!

— Леди Олвен представляет отца! — парировала я. — И я выступлю за своего. Мое присутствие покажет, что Дифед поддерживает моего мужа, напоминая остальным, что у короля Моргана теперь самое большое собранное королевство во всем Уэльсе. Это уже повлияет на них.

Морган смотрел на меня так, словно хотел разглядеть душу. Он скрестил руки и медленно кивнул. Его голос не позволял перечить.

— У Вортигена родилась хитрая королева. Ты послушаешь на совете, но не будешь говорить. Ясно?

Я кивнула, не зная, победила я или просто пошла в логово льва. Малкольм помрачнел и ушел без слов. Морган не посмотрел на него, а опустил ладонь на мое плечо. Его голос был строгим, почти отцовским.

— Помни, Бранвен, этот совет созван, чтобы обсудить союз против саксов, но мы должны ожидать угрозу.

— Шпион может быть среди нас?

— Именно. Один из сидящих на совете хотел убить меня, а тебя похитить. Хотя саксы были инструментами в его плане, у них явно была уэльская помощь. Я уверен.

В горле пересохло. Я вспомнила саксов и их окровавленную сталь на дороге, кожа похолодела. При мысли, что я буду сидеть за столом с тем, кто желал мне такой вред, я внутри содрогнулась. Но я — дочь короля, а теперь и жена. Я не могла вечно быть ребенком. Мой муж точно подозревал сэра Артагана, но я не была так уверена. Блэксворд спас меня на дороге, и это не звучало как игра. Хотя с каких пор в этом мире все было так просто, как выглядело? В отличие от шахмат, в которые играли мы с отцом, игра королей и королев была настоящей, и проигравшие теряли жизни. Я сглотнула, глядя на солнце за окном, считая часы до начала совета.

* * *

Колокола сообщили о вечерне, как и о начале совета. Ахерн сопроводил меня через атриум к комнате, где был круглый стол. Окно выходило на зеленые поля и голубые реки Восточных болот, сама круглая комната была украшена мраморными арками и колоннами, напоминающими величие архитектуры Рима и церкви. На входе пара каменных статуй смотрела на проходящих глазами горгулий, словно мертвые короли собрались с живыми. Я сжала ладонь Ахерна и оставила его у двери, пройдя в комнату совета одна.

Многие уже собрались за большим дубовым столом, члены Северного Уэльса и Свободного Кантрефа — среди них. Морган и Малкольм пришли последними. Я сидела слева от мужа, с другой стороны от меня были сыновья Бэлина, Рун и Яго, они кивнули мне, но молчали, как и их беловолосый отец. Напротив за столом шептались леди Олвен и Артаган, часто поглядывая на меня. Я боролась с желанием заерзать на стуле. Для остальных я казалась лишней, как овца среди волков. Но я заставила себя сидеть прямо. Уроки мачехи хоть раз пригодились, я сидела в идеальной позе леди. У волос собирался пот, но я не позволяла себе вытереть его, ведь все заметили бы.

Морган воззвал к порядку, повысив голос:

— Я созвал вас, чтобы мы собрали всю мощь Уэльса и объединили силы против вторжения саксов.

Мой муж не успел закончить, Кадваллон ударил по столу ладонью. Морган смерил его взглядом.

— Вас что-то беспокоит, лорд Кадваллон?

— Вы решили сами вести этот большой союз против наших врагов?

— Мое королевство и мои армии сейчас крупнейшие во всем Уэльсе.

Морган взглянул в мою сторону, напомнив им без слов, что копейщики Дифеда были в их рядах. Все смотрели на меня, но лица напоминали маски. Все девять членов совета молчали Старик Бэлин мрачно заговорил:

— Наши враги разделены, добиваются успеха для себя и соперничают между собой.

— Айе! — добавил Кадваллон. — Западные саксы и англосаксы королевства Мерсия под управлением короля Пенды часто сражаются между собой.

— Порой они объединяются, — возразил Морган. — Если западные саксы и Пенда объединят силы, они нас легко обойдут по силе. Всех нас.

Кадваллон встал, отодвинув широкими бедрами стул.

— Я могу бороться с ними и без вашей помощи, я не стану преклоняться перед кем-нибудь здесь!

Весь стол зашумел в спорах. Кадваллон тряс кулаком в сторону Моргана. Малкольм и Артаган обменивались проклятиями с разных концов стола. Олвен говорила с Руном и Яго, они хмурились друг на друга. Только мы с королем Белином молчали. Старый король смотрел на меня бледно-голубыми глазами, а потом поднял руки. Постепенно все за столом притихли, и старик заговорил:

— Королева Бранвен из Дифеда еще не выразила свое мнение. Я бы ее послушал.

— Милорд? — я вскинула бровь, глядя на короля Бэлина.

Морган смотрел на меня, глаза пылали как угли. Его приказ слушать и не говорить звенел в моих ушах. Я подозревала, что старик догадался и надеялся разозлить мужа или меня своим невинным вопросом. Я должна была сказать что-то безобидное, не оскорбить мужа и не раскрыть наше намерение выявить предателя. Я выпалила первые слова, пришедшие в голову.

— Думаю, лягушку лучше убивать, готовя ее медленно.

Люди переглядывались, их маски сменялись улыбками. Кадваллон хохотал и стучал по столу. Даже старик Бэлин улыбнулся. Все расслабили плечи и прислонились к спинкам стульев. Леди Олвен склонилась к столу и смотрела на меня сине-сиреневыми глазами.

— Это заклинание ведьмы, миледи?

— Так говорила моя мама. Одно из немногих воспоминаний о ней.

Горло сдавило на миг, я отогнала слезы от глаз. Я не помнила, когда в последний раз упоминала маму, тем более, незнакомцам. Я не могла показать им эту свою часть, я понизила голос, чтобы он звучал тверже.

— Многие женщины в стране готовят лягушек, — начала я. — Если ее бросить в кипяток, лягушка выпрыгнет, зная, что это опасно. Но если лягушку поместить в теплую воду и постепенно нагревать котелок на огне, существо приготовится и умрет.

— Как познавательно, — проворчал принц Малкольм.

— Должно быть, — парировала я, буравя его взглядом. — Мы все лягушки, дамы и господа. Если бы саксы напали большой армией, мы бы могли объединиться против них, но вместо этого они годами тыкают в разделенные королевства, изматывая их. Весь Уэльс — лягушка, которую медленно готовят к смерти, мы просто отказываемся это видеть.

Тишина заполнила комнату. Морган опустил ладонь под стол и нежно сжал мою ладонь с улыбкой. Он одобрял мои слова. Я чуть не улыбнулась в ответ, но сэр Артаган склонился над столом в мою сторону, хитрое выражение сменилось заинтересованным.

— И что вы предлагаете нам делать, королева Бранвен?

— Слушаться моего мужа и сделать то, чего не хотят саксы. Они боятся нашего единства, ведь это для них поражение.

Артаган и Морган сверлили друг друга взглядами, они не выдавали эмоции лицами. Я не знала, было ли это из-за моих слов, или они сейчас мысленно играли в шахматы. Кадваллон снова завел разговор, они с принцем Малкольмом обсуждали плюсы союза, они не были согласны во многом, но говорили уже не так ожесточенно, как раньше. Морган и Артаган молчали и смотрели друг на друга, пока все говорили. Братья Рун и Яго вдруг заговорили, настаивая на своих интересах, как делали и остальные. Их отец, король Бэлин, холодно смотрел на меня. Я притворялась, что не вижу беловолосого короля, а он оценивал меня взглядом.

Когда колокол на башне оповестил о начале следующего часа, король Морган объявил, что продолжит собрание завтра. Соглашения они не достигли, но и боя не было. Все знали, что у нас общий враг, но хитрые мужчины еще многое не рассказали. Я сомневалась, что они станут что-нибудь говорить или делать без выгоды для себя.

Мы пошли к выходу, леди Олвен шла со мной до двери, не говоря ни слова. Она окинула меня взглядом и слабо поклонилась. Я кивнула в ответ и проводила ее взглядом, ее темные юбки тянулись за ней по длинным каменным коридорам. Как женщина, побывавшая на собрании, я бы хотела пойти с ней, узнать ее мнение. Может, за чашкой мятного чая у камина. А потом я напомнила себе, что она из Свободного Кантрефа, она могла быть против союза с моим мужем. Хотя она выглядела изящно, она могла оказаться той, кто планировал мою поимку саксами. Любой в той комнате мог это сделать. Мои плечи опустились, когда я поняла, что ближе к разгадке не стала.