Меж двух огней (ЛП) - Ноче Марк - Страница 27

* * *

Прошел еще месяц, и я смогла встать с кровати без кровотечения. Мужчины в замке держались подальше от меня, боясь, что как-то пострадают от моего женского проклятия. Уна приглядывала за мной, хотя я говорила ей, что в порядке, что лучше бы пообщалась со своим соколом. Король снова запретил мне покидать башню. Якобы для моего здоровья.

Я расхаживала по комнате, глаза устали от бесконечных дней чтения. Падрэг оставил мне мою любимую классику, и вся она была открытой на столе. Дайдо и Эней, Дейрдре и Нейша, Гвиневра и Ланселот. Но любимой была подаренная мне книга историй о Бранвен из Старых племен. Она тоже потеряла ребенка, и я успокаивалась, перечитывая эти страницы ее жизни.

Ровена принесла мне суп на ужин, и я потягивала его, пока она вернулась к двери. Король спросил у нее что-то на пороге, несколько стражей стояли на лестнице за ним.

— Как долго? — осведомился он.

— Она уже в порядке, Ваше высочество, — ответила Ровена с реверансом. — Но я предлагаю выждать еще месяц. Пусть она наберется сил.

— Через месяц наступит весна, а с ней и сезон войны. Я не буду ждать столько.

— Выкидыши — не новое, Ваша светлость. Дайте ей время. И у вас будет еще один наследник.

— Не учи меня, девчонка. Она — моя племенная кобыла, и я буду ездить на ней так часто, как пожелаю.

Огонь вспыхнул на моей спине, мои пальцы задрожали. Так часто, как он пожелает? Королям было мало сыновей, особенно когда война постоянно угрожала роду. Но сколько выкидышей он пережил? Я отказывалась смотреть на него.

Хотя Морган продолжал допрашивать Ровену, я замечала краем глаза, как он мрачно на меня поглядывает.

— Приведи ее в мою комнату завтра ночью. Никаких отговорок.

Морган спустился по лестнице со своими стражами, звон их брони утих. Я стиснула зубы. Я смотрела на закрытую дверь, сердце быстро билось еще долго после того, как король и его рыцари ушли.

Ох, он собирался справляться со мной по-своему, хотела я того или нет. Завтра. Он собирался издеваться даже над своей женой на нашем брачном ложе! Мои кулаки сжались, горечь поднималась в горле. С точки зрения церкви я принадлежала ему, как вещь, с которой он мог делать все, что хочет. Но я теперь видела истинное лицо Моргана, и никакие красивые слова и наряды не могли скрыть его внутреннюю тьму от меня. Он был не лучше саксов, когда дело доходило до женщин.

Я потеряла ребенка, чуть не погибнув при этом сама, а он мог думать только о следующей попытке! Я ему не племенная кобыла.

Я ночами рыдала в подушку из-за ребенка и себя. Но лучше пусть ребенок вернется к богу, чем придет в этот мир. Матери было плохо так думать? Но я не хотела, чтобы во мне снова было порождение Моргана. Все, чего он касался, становилось ядом. Я больше не позволю ему прикоснуться ко мне. Никогда.

Я доела, позволила девушкам одеть меня перед открытым окном. Снежные вершины гор уменьшились, замерзшие поля превратились в грязь. Зима отступала, скоро появятся первые почки. Прохладный воздух остужал мои горячие щеки.

— А на ночь заплетите мне волосы.

— Перед постелью, миледи? — спросила Ровена.

Я не ответила, Уна и Ровена переглянулись, а потом послушались. Они вместе разделили мои волосы на три части, постепенно заплели их в длинную толстую косу, упавшую мне на спину. В зеркало я смотрела на свои сапоги до колен у кровати и шаль на стуле. Я читала, пока девушки тушили огонь. Мы утроились на матрасе, я сегодня была с краю.

Когда в щели ставен полился молочный свет полной луны, я встала с кровати, стараясь не разбудить Уну и Ровену. Я тихо взяла сапоги и шали и спустилась по лестнице.

Ахерн врезался в меня у лестницы. Он вскинул удивленно брови. Я прижала палец к губам, а потом шепнула ему на ухо:

— Сейчас или никогда.

Он с сомнением смотрел на меня, на мои сапоги. Я уперла руки в бока и смотрела на него. Он сдался и послушался. Он ушел, и я поспешила по пустым коридорам замка к покоям короля.

Дверь скрипнула, когда я открыла ее, но я не нашла стража. Конечно, муж считал себя сильным воином и не считал, что ему нужен страж, пока он спит. Морган храпел, молот был рядом с его кроватью. Даже во сне он дышал как лев. Я прищурилась во тьме, заметила, как под одеялами поднимается и опадает его грудь.

Где же? Должно быть здесь.

Блеск лунного света направил меня к трофею. Я схватила предмет шалью и крепко завернула. Морган пошевелился на кровати. Мое сердце замерло, пока он не захрапел снова. Даже во сне он был беспокойным. Я прошла к двери, оглянулась на мужчину, звавшего себя моим мужем. После этой ночи возврата не будет.

Я добралась до подземелья, Ахерн уже зажег факел.

— Миледи, прошу, передумайте.

Я не ответила ему.

Я забрала факел и спустилась одна, пока Ахерн следил за лестницей. Трофей в моей шали был тяжелым под рукой. Я сунула ключ в ржавый замок, скрип петель разбудил Артагана, когда я открыла его темницу. Я возвышалась над ним с факелом.

— Бранвен? Стражи говорили мне о ребенке. Мне очень жаль.

Я скривилась. Боль от потери, но облегчение, что я не родила Моргану ребенка, наполнили меня смесью радости и вины, и я не хотела сейчас об этом говорить. Я не для этого пришла к Артагану сегодня. Я кивнула в ответ на его тревогу.

— Может, так и должно быть, — добавила я.

Он встал на ноги, сапфировые глаза оглядели меня.

— Ты прекрасна, Бранвен.

Даже в темнице Артаган очаровывал. Я сменила тему, пока не покраснела от его слов.

— Вижу, стражи позволили тебе помыться, кормили лучше. И дали побриться. Хорошо, я не зря их подкупила.

Он шагнул ближе, мышцы двигались под лохмотьями. Он вглядывался в мое лицо, хмурясь в смятении, а я вытащила еще один ключ и сняла его оковы. Это было не сложно, тюремщик оставил ключи у входа в подземелье. Артаган размял руки, потер красные запястья. Я боролась с желанием коснуться его.

— Ты можешь ехать верхом? — спросила я.

— Я могу даже пробивать путь через сотню стражей.

— Хорошо. Тогда тебе потребуется это.

Я развернула шаль, открывая длинный меч с темными разводами. Глаза Артагана просияли при виде его длинного меча, он снова ощутил его знакомый вес. Он начал улыбаться, но скривился, посмотрев на меня.

— Морган и Малкольм накажут тебя за это, Бранвен. Я этого не позволю.

— Не накажут. Я спасаю не только тебя, но и себя. Я иду с тобой.

Мое сердце билось быстрее, когда я взяла Артагана за руку. Он склонился, наши губы разделяло мгновение. Голос Ахерна донесся из коридора. Я задрожала.

— Миледи, спешите! Стражей предупредили! Они идут.

9

Гремели колокола. Я прижала ладонь к горлу, голоса стражи и звон брони доносились с лестницы у подземелья. Нас предали.

Ахерн схватил меня за плечо.

— Ты знаешь, что делать, Бранвен. Иди через задний выход, а я останусь позади.

— Нет, теперь это слишком опасно. Ты должен пойти с нами.

Он покачал головой.

— Слишком поздно что-то менять. Если мы будем следовать плану, я могу остаться и позади. И вам нужно ухо в этом замке, пока вы отсутствуете.

Я прижала ладонь к руке брата. Его смелость была достойна Старых племен. Я кивнула, соглашаясь с его решением.

— Присмотри за Падрэгом и моими служанками, пока меня нет, — начала я. — Они могут не понять. Только так я могу уберечь их всех.

— Прошу, Бранвен. Иди. Времени мало.

Свет факела на лестнице стал ярче. С каждым мигом промедления стражи были все ближе. Артаган разминал запястья, он смотрел то на Ахерна, то на меня.

— Мне кто-нибудь расскажет, что происходит?

— На это нет времени, — ответила я. — Мне нужно, чтобы ты отключил Ахерна.

— Еще раз?

— Скорее! Должно выглядеть так, словно он пытался помешать нашему побегу. Быстрее, Блэксворд!

Артаган и Ахерн переглянулись, Блэксворд пожал плечами. Он извинился, отвел кулак и ударил моего брата по челюсти. Ахерн опустился на скользкий пол подземелья, копье застучало за ним. Я склонилась над ним и нащупала пульс. Мой бедный верный брат. Было грехом оставлять половину себя, чтобы спасти всех нас. Я поманила Артагана за собой.