Госпожа ворон (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 95

Самое главное, внушал Гор сподвижникам, получить доступ к ресурсам Адани. Сколько они вывезли золота из Орса в дни победы, сколько в погожий год было собрано еды во всех провинциях. А Сарват, молодой царь, тратит богатства страны куда попало. Правда в том, убеждал Гор, Змей, Хртах или как бы еще он ни назывался, что Далхоров надо сокрушать сейчас. Уже — поздно, лучше всего было сразу после поражения этих горных варваров, пока те вовсе не успели восстановиться. Но Тидан, особо миролюбивый от старости, упустил отличный шанс, а теперь и Сарват не торопится. Не видит очевидного: если не прижечь орсовцев сейчас, как взрезанный и опустошенный гнойник, он вскоре нарвет снова — и снова обрушится всей своей державной мощью сначала на Ласбарн, а потом — на Адани.

Сарват ничего не понимает, хором соглашалась ласбарнская молодежь. Разве мало ласбарнская и аданийская история помнит случаев, когда Далхоры со своими ордами, скатываясь с круч, как обвал, вспарывали брюхо Матери-Земли в их исконных владениях? И если вдруг аданийцы позабыли, то ласбарнцы могут с легкость напомнить народу-побратиму, что в свое время именно Западный Орс развалил до основания господство Ласбарнской Империи. Когда рожденный Праматерью Бог был распят, орсовцы поклонились Ему, восславив его жертву. Бог умер за них, настояли орсовцы, и раз даже Бог готов был умереть, значит, каждый солдат на поле брани, созданный по образу и подобию Всевышнего, тоже должен был биться на смерть за свое правое святое дело.

Когда битва за веру превратилась в последовательную политику аннексии соседних государств сегодня не могли сказать и самые маститые летописцы. Но полтора столетия назад Орс окончательно смял Ласбарн, колонизировав его.

Адани хорошо помог своим праотцам разгромить историческую родину: за несколько десятилетий до развала несколько удельных князей, предчувствуя ситуацию, совершили незначительную миграцию на восток, вырезали местных и обозначили себя отдельным самодержавным царством.

Орс не одобрил: Далхоры, на пике могущества, запросили дань и присягу, и Салины, установившаяся в молодом царстве династия, не стали сопротивляться.

Уже через шестьдесят лет с данью и верностью было порвано. И обиды между Салинами и Далхорами потекли рекой. Порой наступали годы и даже пару раз десятилетия напряженного затишья, но взаимная ненависть наглухо закрепилась в сердцах жителей обеих стран.

Древний как мир спор за земли, способные кормить, Гор использовал против обеих стран. Народы-побратимы обязаны сплотиться для решающего удара по господству Далхоров. В конце концов, настолько удобного случая может не представиться еще лет триста. Адани запас хороший урожай, а на юге страны можно не только взращивать зерно и добывать железо для оружия, но и забивать стада скота. Закупая у Архона лес, можно было строить тяжелые осадные орудия. Одна беда у Адани: война с Орсом отняла половину поколения, а новое еще не подросло. Но ничего, твердили собравшиеся за спиной Гора сподвижники, у Ласбарна людей хватает. Орс предпочел не мараться о работорговлю, оставляя это Ласбарну и лишь вытрясая из него дань солью, железом, медью, золотом, драгоценностями. Поэтому людей для решающей битвы у них, ласбарнцев, хватает.

Змей, услышав речи новообретенных товарищей, ухмылялся.

Чем больше ласбарнцев, проникнутых трогательной речью Гора о народах-побратимах, присоединялось к наемнику, тем больше он понимал, что расположить к себе без исповедальной легенды не удастся. Люди всегда охотнее идут за тем, чьи желания и проблемы понятны во всем. Поэтому в скором времени он всерьез взялся за сочинение таковой. А тем временем, отборная пара сотен головорезов, ведомая им, совершила серьезный грабеж на южных рубежах с Адани. Через пару недель после этой успешной вылазки за провиантом и оружием, к Гору под видом ценного осведомителя пожаловал один ласбарнский торгаш с парочкой карт и двумя дюжинами телохранителей в придачу. Прикинув ситуацию, Гор не только снабдил новой порцией заданий аданийских лазутчиков, но и бросил все силы, чтобы убедить приграничье Ласбарна во враждебном проникновении аданийцев на исконные земли пустыни. Парочка диверсионных вылазок в награбленной аданийской одежде лишь добавили реалистичных красок в историю.

Адани всерьез решил партизанской техникой занять в Ласбарне освободившееся место Орса. Они не для того сбросили одно иго, переговаривались в лагерях у костров, чтобы тут же натянуть другое. Если аданийцы не готовы помочь Ласбарну уничтожить Орс, значит, придется силой завоевать его ресурсы для борьбы с давним и неуправляемым врагом.

Гор, наблюдая, торжествовал.

В конце концов, Хртах сочинил убедительную байку и пустил ее меж доверенных людей, которых взял частью из Орса, а частью из доверенных шпионов Адани, чтобы те пустили нужные слухи в собиравшихся рядах. Разумеется, он, Хртах, не чистый ласбарнец, врать в мыслях не было, но его семья обосновалась в этих местах, вблизи от Адани лет тридцать назад. Старшая сестра говорила, что самому Хртаху тогда было года три. Пока с ними жил его дед, опытный боец былых времен, Хртах обучался от него воинской науке, но с его смертью пришлось оставить мечты о военном будущем. Примерно два года назад на рубежах Ласбарна и Адани случилось несколько мелких стычек, но его семью, семью простых рабочих на соляных шахтах одного из местных князей, угнали в плен. В Адани его, как более крепкого и способного мужчину взял к себе на службу какой-то мелкий сир, таскавший за собой с турнира на турнир. Так у Хртаха появилась возможность исследовать столицу, часть южных земель и совсем незначительную часть восточных. Он с трудом узнал, что его старенькая мать погибла еще по дороге до Адани, отец скончался от непосильного труда на фермах в окрестностях Красной башни, главной твердыни аданийского юга, а обеих сестер забрали прислуживать во владения какого-то лорда Амада.

С невообразимыми усилиями сбежав, Хртах попытался найти сестер, но не удалось: обеих их прошлый хозяин проиграл в нарды какому-то орсовцу. И с тех пор вся правда мира стала для него очевидной.

История была не без огрехов, Змей признавал, но звучала убедительно, да и он сам обладал хорошим даром внушения. К началу января Змея активно принимали за своего во всех восточных оазисах Ласбарна, вот правда заходил он туда либо как аданиец, не осведомляя тех, кого собрал за плечами для атаки на Адани, чтобы спровоцировать удельных князей пустыни; либо заходил в оазисы ночью, как голодранец-ласбарнец, которого в силу ничтожности рождения никогда не поддержат вельможные князья в борьбе с жадными иноземцами.

Февраль начался для Гора с постепенного продвижения от рубежей Ласбарна и Адани на северный северо-восток. Шел Хртах медленно, подбадривая и вербуя в ряды желающих и нежелающих. И в скором времени семена войны, разбросанные Гором, дали о себе знать: с юга Адани Гору донесли весть о спонтанном нападении ласбарнцев на Красную башню, совершенном без всякого его участия. Воодушевленный успехом, он повел пять сотен человек грабить вражеские караваны. И если вдруг кто-то начинал спрашивать, говорил, что с богатых лицедеев не убудет, поддержать тех, кто начал священную борьбу за порабощенных родственников, за свободу против угнетения, которое рано или поздно настигнет не с одной, так с другой стороны. К началу весны Гор собрал в своем лагере почти тысячу человек и начал вести переговоры с удельными князьями в ближайших к ласбарно-аданийской границе оазисах. Пришло время, наедине, припугнуть давним страхом, назвавшись именем Храма Даг.

Добыв оружие и провиант для новобранцев, Хртах возглавил захват нескольких укреплений на юге Адани, и, имев успех, начал принудительную вербовку мужчин и мальчиков в захваченных поселениях — под угрозой смерти и насилия для их матерей, дочерей и жен. Восхищенное приближение смотрело, как из ничего командир создал силу, способную взять несколько серьезных укреплений, и часть этой силы, как и провианта на ее содержание, Хртах заимствовал у врага.