Дар.Золото (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 28

И тут я вспомнил одну книжицу, которую откопал в библиотеке, в разделе «История Вессальских сословий». Называлась она «Обедневшие сословия и дворянские рода». Читал я ее без интереса. Просто листал. Но, оказывается, кое-что запомнил, и решил начать издалека:

- Маш, а откуда ты знаешь о баронате Райенов?

Машка выбросил обглоданный рыбный скелетик в сторону.

- Читать люблю. И по стране помотался. Выучил где что находиться. И у кого.

- Тебя даже количество предков интересовало?

- Не без того, - парень отвечал равнодушно, будто сто раз это делал.

- И память у тебя хорошая, да? - иронию в моем голосе сложно было не заметить.

Он посмотрел на меня насмешливо.

- А как же!

- А может дело не в памяти? - спросил я, и он покосился на меня с любопытством. Мол, что я еще сейчас придумаю, - Может разрушенный фамильный замок Расов это далеко не всё, что осталось от рода, который не менее двух сотен лет владел северной оконечностью хребта Росс и основал город Сурья, в котором находился их фамильный склеп? Разграбленный, кстати, во время последней войны с эльфами.

Машка молчал. Потом вздохнул:

- Ну, вот откуда ты такой занудный выискался? Жил я себе спокойно, так нет же. Надо было именно тебе именно меня нанять для сопровождения. Ну, хорошо, знаешь ты, что я из древнего рода, тебе то что? Нет уже рода. И земель у нас нет. Так бывает, знаешь ли.

Я как-то даже растерялся. И ничего умнее спросить не придумал:

- А зачем ты пошел в простые наемники?

- А в какие надо было?

- Ну, на королевскую службу...

Парень рассматривал меня долго.

- Послушай, Тиш. Давай договоримся, я не лезу к тебе с расспросами, ты не лезешь ко мне. И будь добр, то, что ты обо мне знаешь, держи при себе. Хорошо?

- Даже то, что в вашем роду рождались только мальчики?

Машка вздохнул опять:

- А это ты откуда узнал?

Теперь вздохнул я:

- Я видел родословную. В одной книжке. Может она не полная, но там записаны только наследники мужского пола. Поэтому я и обратил внимание. Мне показалось это странным. Что, девчонок не было совсем или их не вписали?

Я думал, он мне уже не ответит. Мы въезжали в лес, колея дороги резко обрывалась и теперь впереди нас бежала широкая проторенная тропа. Она огибала небольшую скалу, проросшую кустарником, сильно разрушенную, осыпавшуюся во время дождей маленькими и большими валунами.

- В нашем роду рождаются только мальчики, - вдруг ответил мне Машка, когда я и думать забыл о вопросе, - Так вот получается. А где ты откопал такую книгу?

- В библиотеке, - удивился я, - Где ж еще.

- В библиотеке, говоришь, - Машка задумчиво рассматривал скалу.

А я спросил:

- Это секрет?

- Нет.

Оставшийся путь мы не разговаривали. Тропа сужалась, и ехали мы теперь друг за другом, точнее, я ехал за Машкой. А со спиной общаться было как то неохота.

Обогнув скалу и поднимаясь по тропе, которая становилась все круче, мы оба спешились и пошли рядом с лошадьми. Под ногами шуршали камешки и редкие опавшие листья. Вспухшие корни деревьев пересекали тропу, пододвинув гладкие камни. Стволы вязов и лип, местами ободранные зверьем, не мешали ярким солнечным лучам играть в темно-зеленых волнах листвы, справа полого поднимался скалистый склон, а слева он уходил вниз. В просветах внизу виднелось пшеничное поле, которое мы проехали, а еще дальше, уже у горизонта, можно было разглядеть городок и стену, подпирающую его с юга.

Через час тропа выбралась на зеленый, поросший кустарником и жесткой травой, холм, и серые пики гор очертились туманными вершинами перед нами. Казалось, протяни руку и дотронешься до зубчиков Хребта Ульгара. Но это обманчивое впечатление - до них было много-много верст.

Вокруг дышал простор. Дикий, неприрученный, неизведанный.

А наша тропа резко сворачивала в обход большого холма, делая округлую, без высотных перепадов, петлю. За холмом, как я понял, и находилась знаменитая Крепость, с официальным названием «Тихая». Расположенная над узким ущельем в центре всего хребта Северного Нагорья - единственным местом, где можно было пробраться что пешим, что конным из Вессалии в Алар и обратно по берегу мелководной горной реки. Правда, только в летнее время. Река эта имела статус пролива, одновременно впадала в два разных моря, и называлась Арамзара, полностью оправдывая свое название - «подлая вода». Кроме одного летнего месяца, проехать и даже пройти по ее берегам, значило прослыть отчаянным смельчаком. Вот от таких смельчаков и сторожила Крепость это ущелье между двумя отрогами Ульгаского Нагорья, подпиравшего южную границу Вессалии.

Наконец мы добрались до небольшого, но довольно широкого деревянного моста, перекинутого через глубокую балку, заросшую дикими грушами, и виноградом. Виноградная лоза в руку толщиной оплетала быки каменной арки, когда то построенной в провале и служившей опорой моста каменного, сейчас разрушенного, и вокруг одуряюще пахло цветущей акацией.

Сама Крепость имела вполне будничный вид. На скальном уступе, за выложенной плоским сланцем стеной высотой в пару саженей, располагалось монолитное прямоугольное строение из известняка с почти плоской крышей: небольшие и узкие оконца на разных уровнях, стены, выложенные известковыми блоками, потемневшими от времени, ветров и дождей. Над строением высилась четырехугольная башня с прорезанными высокими бойницами для хорошего обзора и, если надо, обстрела; с верхней площадкой оборудованной защитными перилами и легкой деревянной крышей на бревнах. Чуть поодаль, в нескольких шагах, имелось интересное сооружение, напоминающее узкую квадратную трубу с металлическими скобами на внешней стороне, для подъема на самый верх, который венчала маленькая башенка с крохотными окнами.

Над массивными арочными воротами, врезанными во внешнюю стену, в небольшом защищенном закуточке для стражи, появился мужик в кирасе на голое тело, в подбитых кожей штанах и коротких сапогах. Без оружия, но с надкусанным яблоком в огромном кулаке.

- Кто такие, чево надо? - жуя, громко спросил он.

- Слышь, Тамил, - улыбаясь, заорал Машка, - Тебе часом лекарь очки не прописал?

Мужик ахнул, всплеснул руками, точным броском отправил огрызок в провал, развернулся и исчез из поля зрения. Где-то за стеной он, по-видимому, кубарем скатился с лестницы, во всяком случае, звуки были очень похожие. Загрохотала открываемая вовнутрь воротина, и, через пару мгновений, мужик уже хлопал своими граблями по Машкиной спине, грозя выбить из него не только пыль, но и дух. Хотя, Машка делал то же самое, и я бы не сказал, что с меньшим успехом.

- Какими ветрами? - спросил Машку мужик.

Машка покосился на меня:

- Вот, решил к вам податься. Надолго или нет, пока не знаю. Поживем, увидим.

- Да ладно! - недоверчиво усмехнулся наемник. Ясное дело, что наемник. Кто ж еще? - Ты, и на службу в Крепость? Летом!

- Ну, бывает, нужно где-то пересидеть. Скажем, спасаясь от некоторых особ, увешанных рогами. Ветвистыми такими.

Мужик захохотал:

- Ходок! - сразу поверил он, - А это кто? - показал пальцем на меня, и я несколько опешил. Вроде бы я не мебель и разговаривать умею.

Но Машка не дал мне оскорбиться вслух.

- Знакомься, это Тишан. Новый маг. В эту дыру по направлению. А это Тамил, - сказал он, обращаясь уже ко мне.

- А, - поскучнел Тамил, - Ну, что ж, тогда пошли? - он снова хлопнул Машку по спине, от чего тот покачнулся, - Начальство сегодня доброе с самого утра.

И мы пошли. Ведя на поводу своих копытных, уже подуставших и пыльных, но ободренных скорым окончанием пути, а значит и будущим теплым хлевом и прокормом. Я удивился, как свободно мы были пропущены в Крепость, но со своим уставом в монастырь не мне соваться. Разберусь со временем. У меня его здесь, как я понял, целый год.

Проснулся и Пончик. Осторожно высунув мордочку из-под крышки короба, он с любопытством оглядел окружающий пейзаж, намереваясь вылезти на оперативный простор. Но я попросил его пока посидеть тихо и не высовываться. Как отреагирует гарнизон крепости на моего ханура, я не представлял. Хорошо бы никак.