Дар.Золото (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 52

Щас, разбежался! Зам начальника гарнизона крепости даже не подумал кого-то там представлять. Кто мы такие, собственно? Зато он решил продолжить допр... э... разговор:

- Что у вас с лицом, Райен?

Это он про мою многострадальную щеку. Как там советовал Машка, дурочку валять?

- А что с ним?

- Вы мне тут дурочку не валяйте! - вдруг повысил начальственный тон Син, а я чуть не прыснул. Еле сдержался, честно, - У вас лицо порезано! Кто наградил вас этим украшением?

- Э... поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся... э... а тут такое, - сделал я удивленное лицо.

- Вы хотите сказать, что не помните, кто и как вас порезал?

- Разрешите обратиться! - вдруг громко, по-военному, встрял Машка. Ого, а он и так умеет?

Син бросил на него мимолетный взгляд и снова уставился на меня. Но Машка продолжал, как ни в чем не бывало:

- На нас в горах напал кугуар, и лэр Райен его убил. Но, к сожалению, и сам получил царапину.

Стало тихо. А я себе клятвенно пообещал, что Машку убью. Придушу. Ночью.

- В самом деле? - приподнял правую бровь Фаркас Син.

А что мне оставалось? Он же менталист. Значит, «только правда, одна правда, и ничего кроме правды».

- Да, - я точно Машку убью. Ну, в крайнем случае, покалечу.

- Можете доказать?

И прежде, чем я раскрыл рот, Машка снова меня опередил:

- Так точно, лэр! Шкуру зверя мы принесли. Он, правда, уже ранен был. Поэтому шкура не очень качественная.

- А нельзя ли взглянуть? - вопрос позвучал сзади. Кто-то из двоих вновь прибывших полюбопытствовал.

Машка тут же к нему повернулся и бесхитростно так разрешил:

- Конечно. Мы завтра с утра собираемся ее как следует отскоблить и растянуть на досках для просушки. Приходите к душевым. Мы там будем.

Даже мне, человеку далекому от военного дела, стало ясно - налицо вопиющее нарушение субординации. Даже интересно стало, чем все закончиться? Машка тоже дурочку валяет или как?

- Договорились! - улыбнулся спросивший, и протянул Машке руку, - Саня Крисс. Лекарь.

Парень был старше Машки. Выше, шире в плечах, мощнее. И протянутая правая рука. Боевой лекарь? Н-да, чудны дела твои, Хозяйка Розыгрыша... Он тоже плевал на субординацию? Машка, как ни в чем не бывало, пожал протянутую ладонь и назвал себя.

Что сейчас будет!

Фаркас Син встал:

- А ничего, что я тут как бы начальник? И это мой кабинет, вообще-то! Может выйти, чтобы вам не мешать, уважаемый лэр Крисс.

Лекарь смутился... а скорее, сделал вид, что проникся собственной невоспитанностью:

- Прошу простить, лэр. Но я хотел доложить вам, как начальнику, - парень явно не испытывал служебного трепета в отношении Сина, - В результате проверки выяснилось, что обеспеченность гарнизона крепости лекарским инструментом, снадобьями и перевязочными материалами нулевая. То есть, в крепости, на случай неприятельского нападения или осады, нет ни одного предусмотренного в таких случаях лекарского набора для самостоятельного лечения. Я уже не говорю, что даже изолятор для раненых и больных отсутствует.

Фаркас Син стоял, сжав зубы.

Так это проверяющие, выходит? Как интересно...

- Я всего лишь зам начальника гарнизона, и...

- Но в данный момент, именно вы непосредственно принимаете административные и иные решения, - перебил его Крисс, и тут же выдал, - Поэтому я попросил бы вашего разрешения обустроить в крепости изолятор и снабдить гарнизон всем необходимым для лечения, если на то возникнет необходимость. Чтобы пополнить лекарский кабинет, я составлю список необходимых инструментов и готовых снадобий для приобретения.

Фаркас сел.

- Да, сколько угодно, - бросил он, - У вас еще что-нибудь?

- Никак нет, лэр! - с придурью в голосе проорал Крисс.

Как ни странно, но второй офицер, стоявший рядом с лекарем, не проронил ни слова. Он был настолько невзрачным, что, казалось, и не присутствовал здесь. Стоило отвести от него взгляд, и я напрочь забыл, как он выглядит. Даже его возраст я не смог определить. Он так и простоял до окончания нашей аудиенции, которая, слава Небу, закончилась словами:

- Я больше вас не задерживаю, господа.

Но при этом лэр Син еще раз очень внимательно осмотрел Машку.

День четырнадцатый

День четырнадцатый

1

После надрывых воплей утренней побудки, построения и завтракая, как и обещал Машка, мы приводили в порядок шкуру горного льва. Точнее, кошак приводил, а я и остальная свободная братия, нас окружившая, сидели и наблюдали. И восхищались размерами зверя, и сетовали, что шкура исполосована, спрашивали меня, как это я умудрился, я пожимал плечами, а Машка уже пятый раз рассказывал, как я прыгнул хищнику на спину и вонзил... нож. Ага, обыкновенный нож. Вот посмотрите, видите дырку между лопаток? Во-от! То-то же. Ему не верили, но он упорно отнекивался от своего участия в убийстве животного, поэтому в конце-концов, на меня стали поглядывать уважительно. Ну, почти.

Пончик с нами не пошел. Он отлеживался в комнатёнке, и я был этому рад.

Кстати, после обеда отлеживался не только он. Я и Машка тоже устроили себе выходной с лежанием в горизонтальном положении и ленивым плеванием в потолок. Иногда очень хочется не двигаться вообще. Ну, бывает, знаете ли.

А вечером, я увидел Харта.

Парнишка не появился на ужин.

Когда я зашел в кладовую, отдать молоток и гвозди, заодно поблагодарить за плащ, он старательно отворачивался. Но я все равно заметил синяк. Большой синяк. Почти на всю скулу. Не долго думая, взял его за плечо и повернул к себе.

- Что случилось?

Он испуганно замотал головой:

- Это я упал.

- Ну, да, поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся... а тут на тебе, да?

Мальчишка опустил голову, скрывая слезы, и снова замотал головой.

- Рассказывай,- я присел на стул рядом с ним. Интересно, у какого муд... гада руки чесались?

- Все хорошо, господин... - прошептал Харт, опуская глаза, - скоро все пройдет.

- Это его Фаркас избил!

Я вздрогнул. В проеме дверей, скрестив руки на груди, стоял повар. Почему то я не услышал, как он спускался в кладовую.

- За что?

То, что повар был здесь, меня не удивило. Но то, что он прямо и без обиняков обвинил аристократа, меня немного покоробило.

- К нам проверка приехала, - ответил мне повар. Хоть убей, не могу вспомнить, как его зовут, - Двоих видел? Они облазили всю Крепость и сказали, что у нас нет комнаты для больных.

Повар сплюнул прямо на пол коридора, но я промолчал.

- А раз нет комнаты, нет и... этих... снадобий. Фаркас дал ему бумажку, где написано все, что нужно. Сказал этому огольцу сделать.

Повар замолчал, а я ждал продолжения. Терпеливо ждал. Потому что он сжимал и разжимал кулаки.

- Я так понимаю, Харт не сделал? - не выдержал я.

- А как? Он же никогда не видел этих... снадобий. Он даже читать нормально не умеет.

Я понял. «Бытовик» не может сделать то, что не видел, не держал в руках, или не пробовал на язык. Это у них такая особенность. Но вот что странно. Почему Син заставил деревенского мальчишку делать то, что тот однозначно не сможет? Об этом и спросил:

- Харт, а разве лэр Син не знал, что ты не сумеешь это выполнить?

Паренек совсем тихо ответил:

- Я не знал, что на этой бумажке. Я ее взял. Думал, там простое что-то.

- Он ко мне пришел, чтобы я прочитал, - сказал подпирающий дверной косяк повар, - Я ему и сказал, чтобы вернул бумажку. Но Фаркас взбесился и избил пацана. Вот так вот, ваше благородие.

- У нас здесь есть лекарь. Я сейчас его приведу, - поднялся я.

- Нет! Не надо! - запричитал паренек, но вдруг резко согнулся пополам и упал.

Мы с поваром ошарашено посмотрели друг на друга, и подскочили к Харту. Он был без сознания.

- Не поднимать его и не трогать! - заорал я на мужика, и побежал наверх, перескакивая по лестнице через две ступеньки.