Ведьминскими тропами (СИ) - Лебедева Ольга - Страница 63

Свенельд поднялся с места и заговорил зычным голосом, легко преодолевая гул голосов в зале:

— Доброго тебе здравия, король Хакон. Позволь представить тебе мою старшую дочь Бринхилд. Я привел ее в твой дом по уговору, как и обещал.

Бринхилд поднялась вслед за отцом и теперь стояла за его плечом, опустив глаза в пол, как и полагается хорошо воспитанной девушке.

— И тебе долго здравствовать, друг мой Сенельд, — ответил Хакон, поднимаясь навстречу гостю и его спутнице. — Слава о красоте и добродетели твоей дочери разнеслась далеко за пределы столицы. Теперь я и сам могу убедиться в истинности этих слов.

Свенельд вышел из-за стола, взял Бринхилд за руку и повел ее по проходу, точно так же, как два года назад вел Алов к Эйрику ее отец.

Анитра забыла, как дышать. Она продолжала стоять в дверях, оглушенная и растерянная происходящим. Реальность вдруг стала размываться у нее перед глазами, растекаться цветными пятнами. Лица людей смазались, их голоса слились в неясную какофонию звуков. Ведьмочка пошатнулась, но не упала. Удержать сознание ей помог взгляд Хакона. Каким то шестым чувством он ощутил ее присутствие и повернулся в ту сторону, где она находилась. Странно, но его глаза Анитра видела очень четко, в отличие от всего остального. Казалось, Хакон удивился, заметив ее, застывшей в дверном проеме. На его лице промелькнула целая череда эмоций: восхищение, удивление, недоумение, а потом понимание.

Вот только жалости и сочувствия в этот момент Анитра не смогла бы вытерпеть даже от него, тем более от него. Она вдруг осознала, что Хакон сделал свой выбор и ей тут больше нечего делать. Как во сне ведьмочка сделала шаг назад, потом еще один и сама не заметила, как очутилась в серой давящей пустоте.

Хакон рванулся к ней сразу, как только заметил отчаянную решимость в голубых глазах ведьмочки, но опоздал. Анитра исчезла раньше, чем он успел до нее добежать. Никто не заметил исчезновения девушки просто потому, что взоры всех гостей были устремлены на Бринхилд. И тем непонятнее всем был порыв Хакона, устремившегося не навстречу Свенельду с дочерью, а прочь от них, в сторону одной из боковых дверей.

Когда король понял, что у него не выйдет объясниться с Анитрой прямо сейчас, он решил довести начатое дело до конца, а уж после заняться поисками сбежавшей ведьмочки. Ему хотелось многое ей рассказать. И теперь казалось глупостью, скрывать от нее истинное положение дел. Хотел сделать сюрприз, а вышло, что нечаянно испортил девушке праздник.

Хакон постарался поскорее уладить дело с помолвкой, для этого он вернулся на свое место, чтобы представить Бринхилд ее будущему мужу.

Анитра бесцельно блуждала в пустоте. Как долго? Она и сама не знала. Одиночество сейчас казалось ей благом. Не хотелось ни видеть, ни слышать никого и ничего. Этот день действительно оказался переломным в ее судьбе, нужно было решать, как жить дальше.

Едва ступив на тропу, Анитра рванула вперед без остановки, бежала, пока хватало сил. Потом сердце подскочило к горлу, а дыхание стало вырываться из горла хрипами. Тогда она остановилась, нагнулась вперед, упершись руками в колени, и попыталась отдышаться. После того, как дыхание восстановилось, Анитра стала двигаться гораздо медленнее. Брела наугад, пошатываясь, будто пьяная, не имея ни малейшего представления о конечной цели своего путешествия. Серая хмарь наползала со всех сторон, неумолимая в своем безразличии ко всему живому. И не было в ней ни одного просвета, даже крохотного лучика надежды для одинокой потерянной души. Но стоило ведьмочке подумать о тех, кто был ей дорог, и вокруг вспыхнули яркие искорки. Анитра точно знала, что там, куда ведут эти огоньки, ее с радостью встретят дорогие ей люди и нелюди, если говорить о Старки. Жаль только, встречаться с деловитым ктурхом в таком состоянии было не лучшей идеей. Самой большой любовью Старки являлось золото, все остальное, по его мнению, не стоило внимания.

Сигверда? Вот с кем можно было бы посоветоваться, но опять таки только посоветоваться. Вряд ли она разделит душевные терзания своей ученицы. Не тот характер. К тому же, наставница с самых первых дней знакомства предостерегала Анитру от сердечных привязанностей. Постоянно напоминала ей о том, что ведьмы по сути своей одиночки и должны держаться подальше от людей.

Можно пойти к матери, но и это не выход. Она конечно же выслушает и посочувствует родной кровиночке, но своей безграничной жалостью только сильнее вгонит в депрессию. Да и не настолько они близки, чтобы делиться сокровенным.

Вот и выходит, что справляться с душевной болью придется самой, не надеясь на чью-то поддержку. Анитра знала только одно верное средство от сердечных ран — это работа. Раумеется, о возвращении в столицу не могло быть и речи. Возложенные на себя обязательства она выполнила полностью. Защиту на дворец установила и запитала ее от источника храма Альдейбьерга Пресветлого. К слову, расположенный в подвалах храма восполняемый источник силы, ведьмочка обнаружила совершенно случайно. Анитра хоть и обещала быть осторожной и бережно расходовать свои силы, но не сдержалась и снова выложилась полностью у постели молоденькой роженицы, а расплачиваться за это пришлось ворону. К счастью, теперь они оба знали, что потраченный вороном резерв можно восстановить, стоит лишь ступить на тропу и мысленно воззвать к источнику. Вот только на этот раз ведьмочка позаботилась о том, чтобы не блуждать в кромешной тьме и прихватила с собой свечу. Каково же было ее удивление, когда обнаруженная октаграмма оказалась высеченной на каменных плитах подземелья того самого храма, который она старалась обходить стороной. Слишком много неприятных воспоминаний было связано с его основателем. Но горожане, уверовавшие в святость Альдейбьерга, продолжали посещать храм и, сами того не ведая, наполняли скрытый от посторонних глаз источник своей энергией. После долгих колебаний, Анитра решила оставить все как есть. В конце концов, она собиралась использовать накопленную здесь энергию на общее благо, а не ради достижения корыстных целей. А после того, как ведьмочка заключила восьмилучевую звезду в круг, угроза здоровью горожан исчезла.

В лечебнице тоже все наладилось. Запасов зелий должно хватить на несколько лет, а лекарей в столице и без нее предостаточно. С жильем тоже проблем не будет. Анитра не сомневалась, что дом в Заречье дожидается возвращения хозяйки в целости и сохранности. Спасибо Сигверде, уж она постаралась защитить его всеми возможными способами.

На душе все еще было тяжело, но появившаяся определенность позволяла жить дальше. Анитра понимала, что боль, свернувшаяся клубком где-то в районе солнечного сплетения, рассосется не скоро, но если загружать себя чужими проблемами, то можно будет хоть на время забывать о собственных печалях. Все лучше, чем целыми днями упиваться жалостью к себе.

Итак, решение было принято. Осталось вернуться в свою комнату за вещами, ну и ворона прихватить, чтобы не метался потом по миру, в попытках отыскать сбежавшую хозяйку. Черныш конечно ее найдет рано или поздно, но Анитре не хотелось лишаться его молчаливой поддержки. К тому же, с ним вдвоем будет легче начинать новую жизнь.

Сборы не заняли много времени. Анитра взяла только те вещи, которые могли ей пригодиться в повседневной жизни. Труднее всего было уйти не попращавшись, но и видеть Хакона сейчас она не могла. Пожелать ему счастья с другой? Немыслимо. На это у нее просто не хватит душевного благородства. И все же, пусть он будет счастлив.

С этими мыслями Анитра подхватила узел с вещами, шикнула на ворона, который в попытке удержаться на плече хозяйки, забылся и вонзил в нее острые когти. В последний раз окинула быстрым взглядом свою бывшую комнату и решительно шагнула на тропу, ведущую к давно покинутому дому.

В тот же миг дверь в комнату ведьмочки отворилась, и на пороге появился Хакон. Он успел увидеть, как Анитра исчезает из виду, и замер от удивления. А когда опомнился, было уже поздно.