Ловец экстрима (СИ) - Выборов Юрий Георгиевич - Страница 43

Попробовал привлечь к делам своих друзей. Михаил сразу отказался, сказав, что ему было бы интересно посмотреть, как устроена медицина в королевстве, а потом он уже решит, чем он сможет мне помочь. А Максиму я не дал права выбора — сразу сказал, что он будет моим личным помощником. И даже официальную должность получит: «личный советник Королевского канцлера»! Да и вообще: мне просто всегда было приятно общаться с Максом, а его дельные советы мне и раньше помогали, а теперь и подавно… Естественно, они оба стали полноправными гражданами Нереанского королевства. Я все-таки нашел время и возможности на короткое время переправить их на Сторн (поручил Шилаку и под мою личную ответственность), после чего собирался ждать результатов.

Не часто, но периодически я навещал Фарагона в его резиденции. Он уже вел достаточно активный образ жизни, в постели его застать было уже невозможно, но к активной политической жизни он не стремился, действуя через нас с Таргом и своих друзей. Правда, никогда не действовал через мою голову. Всегда высказывал свои советы и пожелания мягко и ненавязчиво.

В свою очередь, с большим интересом и даже любопытством он встречал каждое мое сообщение или предложение. И ни разу еще не высказал неодобрения моим действиям. И я это ценил. Поэтому стал более открыто делиться с ним моими планами и сомнениями.

В принципе, в экономике ничего плохого не происходило — Нереанское королевство не имело врагов и конкурентов и довольно крепко стояло на ногах, несмотря на излишнюю, на мой взгляд, экономическую самостоятельность самых больших герцогств королевства. Но налоги они платили в казну королевства, отделяться тоже пока не собирались. Так что, до поры до времени пусть пока живут так. А там посмотрим, как их привести к общему знаменателю, к моему и Тарга, естественно.

Мир Зерс конкурентом можно было не считать. Пока не считать. Да и до врага он тоже пока не дорос. А вот ждать политических потрясений и можно, и нужно было. Переворот был возможен, даже я это понимал, неопытный политик и правитель.

Об этом же периодически напоминал мне Фарагон.

А я постоянно теребил руководителей КГБ и МВД по этому же поводу. И пока, кроме ведущейся постоянно агентурной работы, незначительных зацепок, выявленной «мелкой рыбешки» из агентуры неведомого противника ничем эти службы порадовать меня не могли. Хотя о вероятных, но не явных противниках нового руководства государства было известно еще со времен короля Лукиана 3-го. — Они те же, эти враги, — говорил мне Фарагон, — Они не успокоились и не передумали взять власть. Они затаились, спрятали концы в воду. Это три самые богатые семейства в королевстве. Жаль, что королевство расположено на четырех континентах. Это тем более жаль, что наша власть особенно крепка на нашем континенте, столичном, так сказать, и в мире Актон. А вот на Мелагрийском континенте всегда крепкие позиции были у герцогов Ротшеров. На Мальрике — у герцогов Пинеро. Собственно, вся Мальрика — это их герцогство. Континент не самый большой из всех. Ну а на Кондарском континенте правят герцоги Милторны. Тебе, Стэн, надо бы знать, что у герцога Ротшера нет сыновей, только дочери. Да, он может быть в числе заговорщиков, но ему предстоит выдать замуж дочерей, а от этого может зависеть его политическая позиция. Подумай об этом, его еще можно перетянуть в наш лагерь. Кстати, я нашел способ познакомить Тарга с одной из дочерей Ротшера. Кажется, они друг другу понравились. Прими к сведению.

— Понятно! Спасибо еще раз!

И я думал. Я изучил генеалогические «деревья» всех правителей всех четырех континентов, в том числе, конечно Севронских. Получил море информации, но что было делать с этими, не имеющими конкретики по данному вопросу данными?

При очередном посещении Фарагона мы поговорили по поводу текущих дел, обсудили несколько кандидатур, которые вызывали у меня сомнения. Я ему рассказал о знаменитом высказывании Сталина: «Кадры решают все!» Оно ему очень понравилось.

— Очень верно! Очень точно! Ваш Сталин — великий человек!

— О! У нас великих людей всегда было много! — ответил я. — Жаль, что в последнее время с этим проблемы…

— Ты правильно подходишь к решению кадрового вопроса. Его надо решать постоянно. Но и отказываться от старых кадров, которые проявляют лояльность новой власти и исполнительность, я бы не советовал…

Я ответил:

— Так я никого из назначенных Вами в Совет или правительство и не уволил!

Хотя, сомнения по поводу полезности и лояльности некоторых из них имеются.

— Ты, видимо, имеешь в виду герцогов Ротшера и Милторна? Что, и тебя они допекают? Так я их специально ввел в Королевский Совет, чтобы они были на виду и им бы труднее было вредить мне. Ты их заинтересуй перспективами, увеличением богатства.

— Да они просто считают меня выскочкой и сопляком. В открытую этого не говорят, но… Да и куда им богатеть? По богатству они не очень много и уступают правящей династии, насколько я сумел узнать. А разве нельзя их заменить и оставить других, более покладистых?

— Ты имеешь в виду герцога Пинеро? Да, он очень вежлив, очень ласков, даже льстив, но ты же можешь предположить, что как раз он, возможно, — наш самый лютый недоброжелатель? Точнее, враг. Можно удалить от себя всех предполагаемых врагов, но поверь, лучше пусть они будут у тебя на виду. Там, далеко, в своих герцогствах, расположенных в разных частях света, с их политическим весом, влиянием, огромными личными состояниями, наконец, — они много могут тебе напортить, если дать им такую возможность. Да и к власти, как ты понимаешь, они будут стремиться постоянно, пока не поймут: если что — могут лишиться всего! В первую очередь, головы. Хотя, кого и когда это останавливало, когда на кону власть!

— Ладно, пусть остаются! — с досадой сказал я, — Но что мне с ними делать?

Фарагон пожал плечами:

— Да что хочешь! Ты же правитель! Главное при этом — не навредить государству и твоей власти. Можешь, в конце концов, ничего с ними не делать. Продолжай за ними наблюдение, будь всегда начеку. И жди от них гадостей…

Я ответил:

— Уже ведется, вернее, возобновлено наблюдение, уже увеличены агентурные сети. Гадостей жду постоянно и ежеминутно. И не только от них.

Фарагон помедлил и нерешительно спросил:

— Хочешь, я сегодня же позвоню обоим герцогам и переговорю о некоторых вещах, которые им не стоит делать?

— Не надо! — отмахнулся я, — Это лишнее! Наоборот, пусть продолжают думать, что я действительно сопляк и выскочка. А настанет время — попытаюсь их убедить, что они меня недооценивали…

— Вот это другой разговор! — с одобрением заметил Фарагон, — Надо, конечно, окружать себя верными людьми, но правителям нельзя зависеть от дружеских привязанностей и родственных связей…

Воспользовавшись паузой в его размышлениях вслух, я подхватил эту тему:

— Да, конечно, деловые качества важнее. Особенно, когда они проявляются у верных тебе людей… Да понял я, понял! «Надо работать с теми, кто у тебя есть!» Эту Вашу фразу я навсегда запомнил. Но постоянно искать тех, кто лучше, еще лучше, еще полезнее! И «врагов лучше держать на виду» — это я тоже понял!

Фарагон помолчал, пристально вглядываясь в меня, и произнес с сочувствием:

— Алекс! Прости, по привычке тебя так назвал, Стэн, — ты же теперь мой «сын», Стэн Фарагон! Да ты же устал сверх меры, тебе надо отдохнуть! Срываешься, нервничаешь не по делу…

Я виновато опустил голову:

— Прошу меня простить, если это прорвалось! Там — я сдерживаюсь, держу себя в руках, а здесь и с Вами… Не сдержался — виноват! Это больше не повторится!

Фарагон внимательно смотрел на меня, как ученый-энтомолог, рассматривающий редкую бабочку, потом сказал:

— Странно! Ты уже фактически встал во главе огромного государства, у тебя уже есть почти неограниченная власть, а ты — оправдываешься, как школьник…

И добавил еле слышно:

— Похоже, я в тебе не ошибся!