Слышащая (СИ) - Кавин Ирина - Страница 20

– Если предпочитаешь болеть за команду, то не отказывай себе в удовольствии. Я болею только за него, – отозвалась она, не отрывая взгляда от «поля», – это мой друг, Нарт – настоящий профессионал эйрфилтира.

Думаю, поспорить с ней в этом мог бы разве что слепой. Нарт легко лавировал в руслах бушевавших потоков, то и дело перескакивал с одного на другой, ловя каждый с поразительной ловкостью. Его полёту была присуща какая-то особенная грация, казалось, что каждое его движение было просчитано до миллиметра и делалось только в случае, если он был абсолютно уверен в том, что в результате поразит цель. Однако среди хаоса крутившихся бешеными вихрями снежных потоков успевать думать наперёд, боюсь, было непросто.

Когда он ураганом проносился мимо нашей ниши, нас обдавало волной снега, летевшего из-под его эйрфилда. Схватив новый мяч на базе, он вновь бросался в гущу ревущих потоков и, умело уходя от столкновения как с пересекавшими его путь потоками, так и с другими игроками (которые на моих глазах не раз сталкивались, не предугадав манёвры друг друга или не рассчитав скорость), летел к цели, сбивая ледяные наросты в нише один за другим. Лишь однажды он, промахнувшись, дал сопернику двух-очковую фору. В тот раз Нарт не задержался на базе и минуты, но я успела его разглядеть: крепкий, статный, с резко-очерченным профилем.

Когда Нарт вернулся в игру и скрылся из поля зрения, Тайя рассказала мне, что он был восходящей звездой эйрфилтира, лучшим в команде. Ему было двадцать, и если обойдётся без травм, он мог бы играть на пике формы ещё лет семь-восемь. Все в мире Рхи обожали эйрфилтир, и успешным игрокам была уготована настоящая слава. Похоже, это привлекало Тайю в этом парне гораздо больше, чем что бы то ни было ещё.

Матч завершился уверенной победой команды Нарта. Он заработал решающее очко, к тому же его игра предопределила исход матча задолго до конца. Трибуны не умолкали несколько минут, когда команда победителей в полном составе, торжествуя, появилась на гребне самого мощного снежного потока, вырывавшегося из сердца бушевавшей метели. Все в нашей нише аплодировали как сумасшедшие. И я тоже.

Лишь неимоверная толщина спасала стены цилиндра от трещин – всё вокруг ходило ходуном от грома аплодисментов вперемешку с мощнейшими раскатами эхо, поднимавшимися с площади. Даже когда игроки скрылись из виду в снежной пелене, болельщики не прекратили приветствовать их. Наша ниша гудела: все обсуждали игру, смеялись, обнимались, поздравляя друг друга. Тайя была чрезвычайно оживлена, она болтала со всеми подряд, оставив меня в стороне. Никто и не заметил, как в нашу нишу вошёл человек в капюшоне, полностью скрывавшем лицо. Войдя, он быстро огляделся и начал спускаться вниз по ступеням.

Он приковал к себе моё внимание потому, что впервые в мире Рхи я видела, что кто-то кроме гардов использовал капюшон, больше похожий на плащ, по назначению. Я подметила, наблюдая за игроками во время матча, что зачастую капюшон-плащ служил для корректировки скорости полёта: торможение было более эффективным, если скользивший на эйрфилде удерживал нижние концы плаща так, что он надувался как парус.

А ведь такой капюшон – идеальная возможность скрыться от чужих глаз! И как я раньше не подумала об этом? Я вспомнила, сколько раз в этом мире могла бы избежать желания провалиться сквозь землю, если бы заметила очевидное. Но мои размышления были прерваны внезапным осознанием того, что незнакомец в капюшоне направлялся прямиком ко мне.

Все дальнейшие события произошли настолько быстро, что я едва успевала реагировать. Незнакомец – всё ещё никем не замеченный – приблизился ко мне и резким движением руки откинул капюшон. Это был Нарт. От неожиданности я приросла к месту.

– Привет! – сказал он по-русски.

И тут же все взгляды обратились к нам. Повисло молчание, в котором эхо от моего ответного «Привет!» ещё несколько долгих секунд резало мне уши.

– Я – Нарт, играю за «Ледяные кометы», – произнёс он с такой непринуждённостью, будто мы беседовали один на один, а не сгорали в жерлах взглядов всех остальных. – Ты – Слышащая?

Он задал этот вопрос, очевидно, заметив, что в такой обстановке вряд ли сможет выдавить из меня что-то большее, чем односложный ответ. Я молча кивнула, превзойдя его ожидания.

– Тайя рассказывала о тебе, – сказал он и оглянулся по сторонам, ища её глазами.

Воспользовавшись моментом, Тайя тут же подскочила к нам и с самодовольной улыбкой произнесла на Рхи фразу, которая в моей голове прозвучала как:

– Всем, кто ещё не знаком лично, имею удовольствие представить моего друга и самого успешного, как всем вам известно, игрока «Ледяных комет» – Нарта!

Шумное приветствие, которым все присутствовавшие встретили его, отвлекло внимание от меня, и я выдохнула с облегчением. Каждый жаждал поздравить Нарта с победой, и Тайя, видимо, хотела увести его наверх – на площадку над сиденьями, где в тот момент находилось большинство гостей. Но несмотря на её настойчивость – а она то и дело подталкивала его в спину, приглашая подняться – он не двигался с места, предоставив желающим пообщаться с ним возможность спуститься вниз самим.

Оказавшись в западне между Нартом и ледяной стеной, отделявшей соседнюю нишу, я не знала, куда деться. Надеть капюшон я не решалась, боясь что окружающие угадают моё желание спрятаться, а поддержать разговор не могла, ведь все обращались к Нарту на языке Рхи. Я чувствовала себя чудовищно лишней, несмотря на то, что Нарт то и дело поглядывал на меня и даже – в перерывах между пламенными излияниями фанатов эйрфилтира о его мастерстве и таланте – перекинулся со мной парой фраз на русском.

Тайя не отходила ни на шаг, купаясь в лучах чужой славы, я же прятала взгляд, делая вид, что с интересом изучала ледяную стену, а на самом деле мечтала слиться с ней. Слушая сладкие речи преданных поклонниц так неудачно отрезавшего мне возможность сбежать Нарта, я водила ладонью по стене, погрузившись в разглядывание мелких трещинок и неровностей ледяной поверхности.

Наконец поток желающих засвидетельствовать свою любовь кумиру иссяк и, к моему удивлению, Нарт вновь обратил внимание на меня. Слегка склонив голову в мою сторону, он заговорщически прошептал:

– Сегодня будет вечеринка в честь нашей победы. Идёшь?

Его взгляд скользнул по моему лицу, но остановился за моей спиной, неожиданно вспыхнув обжигающим холодом. Я проследила за ним. Через моё плечо Нарт смотрел на Армина.

– Вечеринка? И где она будет? – спросила я лишь для того, чтобы понаблюдать за дуэлью взглядов, которая разворачивалась на моих глазах.

– В моем баре, – прошептал Нарт, лукаво прищурившись.

Говорить вполголоса не было необходимости, Армин ни за что не услышал бы нас: все звуки заглушал нескончаемый гул эхо, доносившийся со всех сторон. И это не говоря уже о том, что нас разделял метровый слой льда. Но Нарт наклонился ещё ближе ко мне, так, что я почувствовала его дыхание на своей щеке.

– Ты могла бы пойти со мной? – шепнул он.

Ответ застыл на моих губах, когда я взглянула на Армина: его глаза метали молнии. Но не в Нарта – в меня! Я прочла в этом взгляде его мысли о том, что абсолютно бездарная Слышащая не имеет права на развлечения, а должна биться о проклятый лёд бесконечно, стремясь соответствовать его ожиданиям. Я выпалила:

– Да, конечно! – и утвердительно кивнула, стремясь донести своё согласие не только до собеседника.

Нарт бросил торжествующий взгляд на Армина, а тот резко отвернулся и направился к выходу из ниши. «Следующая тренировка с ним станет моим кошмаром» – решила я.

Тайя не была в восторге от того, что её друг предпочёл меня в качестве компании для вечеринки, но не подавала виду. Я заметила её недовольство лишь по отчуждённо-прохладному тону, с которым она теперь говорила со мной. Чтобы не расстраивать её, я старалась не злоупотреблять вниманием Нарта, да и, несмотря на приглашение составить ему компанию, с его стороны я тоже не замечала особого стремления к моему обществу. Он проводил вечер общаясь одинаково дружелюбно со всеми.