Великий герой (СИ) - Котов Евгений Викторович - Страница 10

Кейн удивлённо поднял брови, но потом тяжело вздохнул, и не спеша заговорил.

– Ну даже не знаю, что тут и говорить-то, я думал все знают про главный торговый город – Вариос. В принципе он не сильно отличается от остальных четырёх держав.

– Остальных четырёх? – Переспросил я.

– Да, помимо него есть еще четыре крупных города:

Бристоль – там живут зверолюди. Он славится своим свежайшим мясом и лучшими наёмниками на земле.

Панголиус – город ящеров, лучшего оружия чем там не найти, хотя само место мрачноватое.

Вилениум – это самый непреступный город, который постоянно находится под присмотром эльфов, его жители – самый мудрый народ по сравнению с остальными.

И Делион – город людей, наш город.

– ???

– А Вариос, если можно так выразиться, центральный, Объединяющий остальные четыре. Сюда частенько приезжают за покупками жители всех рас. Торговцы со всего света мечтают попасть в Вариос чтобы продать редчайшие товары, так что, можно сказать, это еще и самый большой рынок во всем мире. И конечно же, как всем известно, здесь находится дворец "Союза пяти королевств". Каждую неделю, а иногда и чаще лидеры каждой расы собираются для обсуждения политических вопросов, издания законов и прочей чепухи...

Я снова закинул голову в потолок и задумался: Торговцы...Четыре расы...И совет контролирующий все вокруг. Я что попал в какую-то ролевую игру? Даже смешно...

Стоп.

Ухмылка медленно спала с моего лица.

Но я же видел девушек с ушками, а еще эльфов, и это были не переодетые люди, а реальные, более того все они разговаривали на каком-то странном языке. Выдумать собственный язык ради одной ролевухи? Нееет. На такое не способен даже самый заядлый фанат параллельных миров.

Параллельных миров?

Нет, это бред какой-то, нет, да быть не может...

Неужели... Я попал в другой мир?

Ну нет, такое возможно только в комиксах.

Но ведь, странная одежда, причудливые переливающиеся цветы и время, что с ним? Часы на моей руке безостановочно идут все это время, вот на них уже почти одиннадцать вечера, но через маленькое окошко ресторанчика, в котором мы сидим видно, как яркие солнечные лучи продолжают прогревать землю.

Я ущипнул себя за ногу так сильно, как только смог. Резкая боль пробрала все моё тело прямо до слез, но больше ничего не изменилось. Это не сон. Разве такое возможно?! Но противоречить фактам было бессмысленно. Я и вправду попал в другой мир.

...Мысли нескончаемым потоком шли в голову и оставались там. Словно пустая канава во время сильного ливня мой мозг наполнялся неясными водянистыми вопросами, которые мешали думать.

Как же так? Что делать? Как мне вернуться?

Кейн обратил внимание на моё потерянное лицо, но промолчал, лишь плавными движениями правой руки показал что-то повару.

Уже через секунду нам принесли две деревянные пивные кружки с каким-то горячим темно-красным напитком. Одну из них Кейн подвинул мне и сказал: – Пей.

Пока голова была забита всяким мусором, руки сами схватили горячий напиток и поднесли ко рту.

С громким хлюпом я сделал первый глоток. Тепло разлилось по всей груди, а терпкий вкус заставил все мысли отойти на второй план. Я сделал глубокий вдох и выдох. Стало легче. Все внимание сосредоточилось на содержимом кружки. По среди красной жидкости, плавали кусочки апельсина, яблока и еще каких-то фруктов дополняющих вкус. А основным ингредиентом было почти кипячёное красное вино. Не знаю, как здесь, но у нас для этого напитка есть отдельное название. И детям его пить особо не разрешают.

Но мне уже шестнадцать, так что отец позволял выпить стаканчик чего-нибудь алкогольного на праздник, да и сам в холодное зимнее время предлагал мне кружку горяченького вина за компанию, чтобы согреться.

– Хлюююп! – Еще глоток и снова тепло в груди.

Мы с Кейном сидели в каком-то ресторанчике, окутанные полумраком, и медленно попивали красноватый напиток, который успокаивал меня все больше и больше.

– Ну что, может пора отнести деньги владельцу? – Сказал Кейн и громко поставил пустую кружку на стол.

– Ага!

Парень в бандане оставил несколько серебряных монет, и мы вышли из ресторанчика.

– Ну так куда нам?

– Да, тут не далеко!

Кейн отлично знал город, еще бы, как я понял по его рассказам, он родился и вырос здесь. Так же как и я он живёт со своим отцом, который как и многие коренные жители Вариоса работает торговцем. Поэтому довольно часто Кейн помогает ребятам из детского дома продуктами, а если повезёт то и одеждой. Но к сожалению этого все равно мало, из-за несправедливо высоких налогов, детский дом еле сводит концы с концами. Собственно поэтому мы сегодня и подрались с теми тремя.

Кейн проскальзывал между домов по узким улочкам, уворачиваясь от развешенного на тонкие верёвочки белья, а я старался не отставать от него. Наконец этот лабиринт закончился, теперь можно было встать в полный рост и расправить плечи, эта улица намного шире и ведёт прямо к детскому дому.

В просвете между домами показалась высокая каменная башня, на верхушке которой, поблёскивая в свете солнца возвышался крест.

– Ооо, я уже видел ее сегодня, только народу было намного больше. – Вырвалось из меня при виде церкви.

– Ну да, в полдень здесь проходит основная часть службы.

Большие деревянные двери, врезанные в нижнее кольцо церкви были прямо перед нами, от них шла узкая бетонная дорожка, которая огибала башню вокруг. Именно по ней мы прошли на задний двор. Там людей уже совсем не было, лишь небольшая зелёная полянка, переходящая в вытоптанную тропинку, которая вела к маленькой, почти незаметной дверке.

Кейн подошёл поближе, схватил металлическое кольцо, прикреплённое к ней и постучал три раза. Когда глухой металлический звон утих, дверка слегка приоткрылась и из маленькой щели раздался очень тихий голос:

– К-кто там?

– Тётушка, это я – Кейн. – Сказал он тише обычного.

Дверь закрылась, но уже через секунду распахнулась полностью и оттуда выскочила женщина с большими треугольными ушами на голове. Как только она повисла у Кейна на шее, ее фиолетовое платье, которое обычно волочилось по земле, быстро расправилось, остановившись в сантиметре от земли.

На вид тётушке Шайне, так ее все звали, было за пятьдесят, а рост где-то полтора метра, совсем низенькая, но не смотря на это старушка была бодрой и говорила очень быстро.

– Кейн, дорогой, заходи! А? Кто это с тобой?

– Это Тоя, он меня сильно выручил сегодня и помог вернуть вот это! – Кейн снял с пояса тот звенящий мешочек с деньгами и сунул в руки тётушке.

– Н-но это не правильно Кейн, мы не должны воровать. Как же ты...? З-зачем? – На глазах у нее проступили слезы, и она дрожащим голосом произнесла:

– С-спасибо.

– Это ему спасибо! – Крикнул Кейн, указывая на меня. – Без Тои я бы не справился!

Тётушка тут же всколыхнулась и снова заговорила:

– Спасибо тебе огромное!

– Н-не стоит!

Тут тётушка Шайна утёрла слезы рукавом, глубоко вздохнула и сказала своим привычным торопливым голоском:

– Ну, чего вы тут стоите? Скорее, давайте, заходите!

И хотя церковь была из камня, эту комнату внутри оббили деревянными досками, так что в воздухе отчётливо чувствовался аромат смолы и опилок.

Когда мы зашли в нее, я не поверил своим глазам. Это и есть детский дом? Малюсенький квадратик в середине которого был высокий прямоугольный стол, занимавший почти все пространство, у дальней стены стояло несколько двухъярусных кроватей и еще несколько обычных, которые продолжались уже вдоль других стен. В ближайшем к двери углу находилась небольшая каменная печка, столик, куда вмещалось всего пара кастрюль и тумбочка, видимо там хранились продукты. В этой комнате было всего одно малюсенькое окошко под потолком, такое можно использовать разве что для проветривания, ведь свет через него практически не проходил, а посмотреть наружу можно было только одним глазком.