Червь Могильных Холмов (СИ) - Смирягин Владимир Леонидович - Страница 3

Поэтому Червь выбрал одно средней величины красное яблоко и, откусывая небольшие кусочки, стал медленно пережёвывать каждый из них. Яда он не боялся. Во-первых, хотели бы убить — давно бы это сделали, а во-вторых, к большинству ядов этого мира у Магистра Ордена Тёмной Воли Цашеса был иммунитет. Скорее всего потому, что именно его соратники и производили эти яды. Светлым это не к лицу.

Так, одетый в одни подранные штаны, мерно грызя яблоко и сжимая в правой руке меч, Тидред вышел на палубу.

Солнце склонялось к горизонту, но было ещё достаточно света, чтобы разглядеть корабль в подробностях. С первого взгляда Червь опознал в ней каравеллу из прибрежного города Шикатры, столицы Инсадии. Корабль был поистине прекрасен. Узоры на бортах, статуя богини любви на носу и белые, слепящие глаза паруса.

Дул лёгкий попутный ветер, на палубе слегка покачивало, со всех сторон корабль окружала лазурная гладь океана. Команда для таких посудин нужна была, обычно, небольшая и Тидред успел заметить, что каждый из них занят своим делом. На фоне морских волков выделялись два человека, находившиеся сейчас на мостике.

Первый – великан, двух метров роста с могучими мышцами каменотёса. Короткие белые штаны и лёгкая блуза без рукавов того же цвета позволяли оценить мышцы в полной мере. Голову венчала обитая серебряными гвоздиками небольшая треуголка. Обувь имела сходство с башмаками простого моряка, только сделана из замши, а не из грубой буйволовой кожи. Широкая рыжая борода достигала середины груди. Судя по облику и манере держаться – это капитан корабля.

Второй отличался от первого, как парадная шпага ирийца отличается от грубой боевой секиры гроров. Тонкий брюнет с напомаженными курчавыми волосами. Тело укутано в длинные многослойные одежды, в коих преобладали красный и оранжевый цвета. Жидкие усики и двойной подбородок на рыхлом лице выдавали в нём представителя аристократии города Шикатры. Знать в тех местах, как, собственно, везде, не изматывала себя физическими упражнениями. Кроме тех из них, что выбрали карьеру военного. Но этого человека Тидред не мог представить ни с мечом в руке, ни даже с луком.

Двое на мостике, наконец, обратили внимание на полуголого пассажира. «Капитан» остался на мостике, а брюнет быстро засеменил к Тидреду, мелко перебирая ногами, обутыми в лёгкие сандалии, открытые сзади.

– О, смелейший Рыцарь Ордена Долга! Мы рады приветствовать на своём корабле величайшего воина Эргона. Меня зовут Финтин Тинарро, граф Ниваина и преданнейший вассал нашего короля, – голос графа оказался таким же тонким, как и он сам. — Назови же нам своё имя, чтобы мы могли обращаться к тебе как подобает!

Назвавшийся воззрился на Тидреда в ожидании.

— Зовите меня Алиром Шикатрийским. Или просто Алиром, — нашёлся Червь и выбросил за борт огрызок яблока.

– О, да вы родом из нашей славной столицы! – снова заговорил-запел граф. — Наш корабль держит курс именно туда. Как прекрасно, что мы решили запастись пресной водой на том островке, где и обнаружили вас, лежащим в глубоком обмороке. Ах, наверное этот меч достался вам с большим трудом, раз это исчерпало силы даже такого великого воина, как Рыцарь Долга. Вы проспали ровно двое суток с того времени, как мы посмели поднять вас на борт нашей быстрой «Элладонии».

– Двое суток? — глаза Тидреда расширились от удивления.

Дело плохо. Если каравелла направляется в Шикатру, то он проспал Гнилую Бухту часов пятнадцать назад и, скорее всего, ему придётся выйти на берег в одном из городов, где поклоняются Старику. Надежда на меч — это хорошо, но если по пути встретится кто-нибудь из старых врагов, что знают его в лицо, ему не избежать гибели.

– Да, – Финтин печально вздохнул. -- Двое суток с того момента, как вы были обнаружены небольшой группой моих моряков. И одним богам ведомо сколько до этого.

– Ничего, – Тидред стиснул зубы, стараясь не смотреть графу в глаза, чтоб тот не разглядел пламя ярости в его собственных. – Я не потерял много времени.

– Да, – продолжил Финтин. – Пока вы находились в каюте, я взял на себя смелость заказать для вас одежду у моего портного. Так же, глубоко уважаемый мною капитан "Элладонии", в прошлом неплохой оружейник, по моей личной просьбе сделал ножны для вашего меча. Если я не ошибаюсь, это Луч Света?

– Не ошибаетесь. Это он, – равнодушно подтвердил Тидред.

– Великолепно! Это может склонить чашу противостояния в нашу пользу! Какая хорошая новость для нашего короля! – Тинарро всплеснул руками. – Ах, что же это я держу вас на палубе! Пройдёмте, пройдёмте в мою каюту, дорогой Алир.

Развернувшись и сделав Червю приглашающий жест, он прошёл к небольшому строению на корме, скорее напоминающему загородный домик, чем имеющему отношение к кораблю.

Тидред не говоря ни слова последовал за ним.

Внутреннее убранство каюты Тинарро не сильно отличалась от той, в которой ранее очнулся Червь. Те же бархатные шторы и такая же богатая постель. Разве что на полу был расстелен белый пушистый ковер, а стены украшали разномастные гобелены с изображениями именитых дворян Шикатры. Тидред узнал почти всех нарисованных господ, так как многие из них были умерщвлены когда-то его собратьями по оружию.

– Присаживайтесь, дорогой Алир, – Финтин указал гостю на узорчатое, отделанное позолотой, кресло, а сам, подойдя к небольшому шкафчику, выудил из него пузатый графин с темной жидкостью и два фужера на узкой и длинной ножке. – Ирийское красное, очень рекомендую.

С этими словами граф разлил вино по бокалам и, присев во второе кресло, закинул ногу на ногу.

– Выпьем за славный Орден, являющийся карающей десницей богов, жесткой, но необходимой.

И он одним глотком осушил свой сосуд до половины.

Тидред поднял свой и, подумав про совершенно иной Орден, выпил все. Граф тут же налил еще, а затем, развернувшись в кресле, вытащил откуда-то из-за спины длинный тканевый сверток и протянул собутыльнику.

Червь осторожно принял его и, откинув куски ткани в сторону, вытащил на свет ножны великолепной работы. На их изготовление мастер не пожалел серебряных пластин и даже четыре небольших рубина, удачно гармонирующих с алым камнем на навершии клинка. Он всунул в ножны меч, который все еще держал в руке, заметив про себя, что он вошел как в родные, и положил на колени. Действительно, капитан-оружейник знал свое дело и, возможно прогадал, сменив одну профессию на другую.

– Вам нравится? – Тинарро в ожидании одобрения смотрел на Тидреда.

Червь, на лице которого за все время, проведенное в каюте графа, не отразилось ни тени какой-либо эмоции, понял, что нужно сыграть доброго и благодарного гостя, а не сидеть каменным истуканом.

– О, они поистине великолепны! Я несказанно вам благодарен – Тидред поднял бокал и в свою очередь произнес тост: – За владельца "Элладонии", радушного хозяина и благородного дворянина.

Графу польстила речь гостя и он звонко ударил своим фужером о фужер Червя, едва не расплескав вино.

– Итак, любезный рыцарь, – на этот раз сделав мелкий глоток, продолжил Тинарро. – Вам удалось найти Луч Света. Хотя до нас доходили слухи, что Орденом был послан светлый паладин на поиски меча, к стыду своему мы считали это сказкой и не более. Однако, позволю заметить, что я сразу же признал его в клинке, который вы крепко сжимали в руке, даже будучи без сознания. Дорогой Алир, я буду вам весьма признателен, если на Совете Ордена и на аудиенции у короля, который, не сомневаюсь, обязательно захочет увидеть героя, добывшего артефакт, вы упомянете мое скромное имя. И еще одно маленькое слово, о том, кто именно вас забрал с того острова, тем самым, возможно, спася вашу жизнь.

И граф посмотрел на гостя глазами преданной собаки.

Тидред мог обещать этому напыщенному павлину все что угодно. Дружбу короля и его дочь в жены, если у того таковая имеется, земли, титулы, несметные сокровища. Червь знал, что стоит его ногам коснуться берега и все, что увидит граф – это только следы на песке. В лучшем случае.