Червь Могильных Холмов (СИ) - Смирягин Владимир Леонидович - Страница 53

Рука Силы – что-то наподобие городской стражи. Ее воины занимаются охраной и следят за порядком на территории Темного Храма.

Рука Безумия – на ней пленники, рабы, живой корм и все, что связано с приведенными со светлой стороны. Сюда входят пытки, отбор жертв и прочее.

Рука Разума – в нее включены маги, алхимики и некроманты рангом пониже, чем Сыновья Цашеса, ее члены не допущены в Круг. Эта Рука самая малочисленная. В ней не более четырех тысяч человек.

Рука Ярости – на ней разведка и диверсионная деятельность.

Рука Плоти – эти занимаются разнообразными тварями темной стороны и готовят их к битвам.

Рукам подчиняются Когти – части воинов с измененным сознанием. Они когда-то все были людьми, но после вмешательства в их разум из них сделали воинов, которые не ведают страха, не чувствуют боли и не нуждаются в отдыхе. Они безропотно идут туда, куда им говорят их командиры и делают то, что те говорят.

Высший командный состав после такой процедуры станет бесполезен и потому им оставляют разум, руководствуясь при отборе лишь преобладающими в их душе чувствами и умениями.

О бесчисленных тварях Цашеса я говорить не буду. Их слишком много, чтобы останавливаться на каждой в отдельности. Да и не дойдут они сюда, пока не разрушены храмы Небесного Старца. Появиться может одна-две, да и то ночью.

Тидред замолк. В зале стояла гробовая тишина.

– И всех их следует ждать под нашими стенами? – раздался из левого края кресел на помосте скрипучий голос знакомого ему казначея.

– Нет. Не всех. Думаю, несколько тысяч воинов, одного мага и пару сотен тварей, называемых Псами. Они у них вроде боевых собак, но гораздо больше и сильнее.

– Однако же вам недавно, как мы знаем, удалось убить их предводителя, после чего они стали на месте и никуда не двигаются, – сказал герцог. – Может и в этот раз просто устранить командующего?

– В прошлый раз я натолкнулся на него совершенно случайно, когда он отъехал от основных сил с небольшим отрядом воинов. Мне просто повезло.

Червь не стал говорить, что тот командующий сам подошел к нему, так как они с ним давно были знакомы, а он раньше сам командовал этим предводителем.

– Повторить такое не удастся. Мало того, что главный над воинами хорошо охраняется, кроме этого каждый Палец является великолепным бойцом. И я предполагаю наличие в будущем с ним рядом минимум одного мага.

– Что же нам делать? – спросил толстый воевода, непосредственный командир трех местных полковников.

– Драться. Защищаться и ждать помощи от Храма Старца.

– Но у них маг...

– Заметите на поле битвы точку, из которой в сторону стены летят огненные шары или что-нибудь подобное – метайте туда все снаряды из ближайших баллист. И не ослабляйте этот град камней даже если все черные рыцари подойдут к стенам. Пока маг вынужден защищаться – он не может атаковать. А для того, чтобы пробить стены ему необходимо подойти достаточно близко. Как раз на расстояние выстрела из катапульты средней мощности.

– Это все?

– Пожалуй стоит упомянуть еще кое-что. Если в то время, когда рыцари Темного Храма подойдут к стенам на расстояние полета стрелы, кто-нибудь из солдат на стене посреди ночи решит, что он в безопасности, то это будет самой большой его ошибкой. И последней в его жизни. Пальцы Рук – отлично тренированные воины. Настолько хорошо, что один из них может провисеть на городской стене несколько часов без всяких приспособлений в сильнейший ливень, а после, в удобный для него момент, влезть наверх и вырезать отряд ваших бойцов. А если ему повезет, то и не один.

Все, я закончил. И прошу вас не питать иллюзий – я не приукрасил ничего в своем рассказе о силах, с которыми придется столкнуться защитникам Лаезна.

После окончания речи Червя тишина воцарилась надолго и никто первым не решался прервать молчание. Наконец из своего кресла поднялся герцог Низиавенский.

– Я думаю, что все услышали и серьезно восприняли то, что поведал нам господин Тидред. А теперь я прошу всех разойтись и приниматься за работу. Создание пикетов для выявления лазутчиков считаю сейчас делом наиважнейшим. Господа полковники, вы останьтесь.

Военные организованно потянулись к выходу, негромко переговариваясь между собой, и только двое офицеров остались стоять на месте.

Лерисар жестом подозвал их к сидящим аристократам и знать города Лаезна принялась держать совет.

Тидред отошел к Шейфе.

– Великолепная речь, – сказал граф, – Думаю то, что ты рассказал, нам очень пригодится.

– Надеюсь, – ответил Червь. – А теперь, когда я сделал то, что считал нужным, я вас покину. Пока враг не подошел к стенам вы разберетесь с делами и без меня. Стройте укрепления, запасайтесь провизией, набирайте ополчение. Присоединюсь к вам когда на горизонте появится первый отряд в латах черного цвета. И скажи герцогу, что у Лаезна есть примерно дня три на подготовку к штурму. Слуги Цашеса злы на меня за убийство одного из своих людей и потому появятся раньше, чем я думал.

И, попрощавшись с графом, Тидред удалился из зала, оставив не заметивших его ухода благородных обсуждать детали будущего сражения.

Глава 30

Червь сидел на террасе гостиницы и читал книгу. Это был толстый старинный фолиант в обложке из потрескавшейся с годами телячьей кожи и назывался он "Города Инсадии. История развития". Автором книги являлся некто отец Арамий, священник, живший в прошлом столетии при дворе короля Задея Просветленного. Труд этого почтенного служителя Ордена Небесного Старца показался воину довольно занимательным и он уже прочел более четверти тома, когда заявился Шейфа.

Тидред услышал шаги и отложил книгу в сторону, отметив место, где закончил чтение, узорной закладкой. Он поздоровался с графом и предложил ему присесть рядом, на плетеную лавку с высокой спинкой.

— Как дела в городе? – спросил Червь. – Есть новости?

– Есть, – Шейфа с молчаливого согласия хозяина взял со столика, на котором лежала книга, кувшин с вином и налил себе выпить в одну из пустых серебряных кружек. — На пяти постах были обнаружены твари, о которых ты упоминал в замке. Когда у них с шей были сорваны амулеты двое из горожан превратились в какие-то кучи грязи, двое лопнули, как мыльные пузыри, а вместо последнего появилось такое же гигантское насекомое, как то, что ты убил у магазина господина Бакая. Первых порубили мечники, двое исчезли сами, а последнего проткнули копьями. Погиб один из солдат. Тварь оторвала ему голову.

— Я говорил — будьте осторожнее.

– Тебя никто не винит. Парень сам виноват. Молодой был, горячий. Вперед всех полез на гадину.

– Как Виока?

— О, выше всяких похвал, – Шейфа улыбнулся. — Она указала на трех из пяти тварей еще раньше, чем до них дошла очередь. Пришлось вызывать их будто по важному делу из общей толпы горожан в отдельную комнату, где и упокоить. Сейчас она на одном из северных постов. Неутомимая девочка.

— Да уж, – проворчал Тидред. – Вообще-то она сейчас должна учиться, но, раз дело того требует, то почему бы и нет. Да и если она вбила себе что-то в голову -- ее не остановить.

После собрания в замке герцога, Виока, отпросившись у Червя, под предлогом того, что может помочь городу, принялась бегать по Лаезну, пытаясь высмотреть среди горожан хоть кого-то, отличавшегося обликом от человека. И, судя по рассказу графа, неплохо в этом преуспела.

– Ладно тебе! – Шейфа хлопнул товарища по плечу. – Почистим город от лазутчиков Тьмы и вернем тебе ее обратно. Целой и невредимой. Девочку никто к тварям не подпускает ближе, чем на двадцать шагов.

– Я ей и сам сказал к ним не приближаться. Что слышно о черных рыцарях?

Шейфа посерьезнел.

– Именно поэтому я к тебе и пришел. Разведка донесла, что они выдвинулись к городу. И их стало намного больше.

– И сколько?

– Придут – посчитаем. Пока это сделать не удалось. К завтрашнему утру должны быть здесь. Стены Лаезна напоминают ульи – люди, уже проверенные на постах, строят укрепления, устанавливают баллисты, таскают камни. Умирать никому не охота.