Снова в деле (СИ) - Вьюжина Алена - Страница 42

– Да, мама! – поддакнул Зезатар, вставая рядом с сестрами.

Кажется, королева была в замешательстве. Наконец, она приняла решение и обратилась к своим подданным в черных мантиях:

– Делайте так, как говорит Элеонора! Пусть кто-нибудь отведет девушек в их покои и останется их охранять. А нам надо посоветоваться…

– «С товарищами», – еле слышно добавила Элька, как пить дать, вспомнив какой-нибудь фильм советских времен.

– Нет, мама! – вдруг решительно заявил Зезатар. – Я никому не доверяю! Девушек проводим мы с Луасолом, там с ними и останемся. А снаружи можете выставить сколько угодно охранников…

– Ну хорошо, – удивленно протянула Мориэн, не ожидая такого поступка от своего инфантильного сыночка. – Ступайте. Я пришлю кого-нибудь с сообщением о принятом решении…

– А твой принц-то становится не мальчиком, но мужем, – подмигнула сестре Лана.

– Заткнись! – огрызнулась та.

Провожаемые яростными злобными взглядами, Зезатар, Луасол, Эля, Лана и спасенный детеныш урлука на ее руках поспешно покинули зал…

– Ну вот, все чудненько как получилось! – ликовала Элька, забираясь с ногами на кровать. – Не любовались на кровавое зрелище, спасли животинку, а на Ланку таки брызнула кровь, так что радуйся, сестра, тебя богиня отметила. И еще старый шизоид Аркинас теперь знает, чем грозит мой хук справа – бац, и конец света!

Лана была не так оптимистично настроена, наоборот, она злилась, нервничала, и ее возмущению не было предела.

– У каждого когда-нибудь наступает такой тяжелый момент, когда прямо пипец. И каждый старается с ним справиться по-разному, кто как может. Но только моя сестра сначала смотрит на этот пипец внимательно, а потом с презрительным весельем говорит: «Да это же просто пипец какой-то!» и тут же о нем забывает! На нас ополчилась куча дроу во главе со жрицей-торчком и ее шизанутым помощником; нас, возможно, вообще жизни лишат, а ей радостно! У нее, видите ли, «чудненько как все получилось»!

– Посмотри на живое существо в твоих руках и вспомни, что это не зря, – спокойно возразила Элька – Кстати, ты вместе со мной спасала урлука и не давала провести ублюдскую церемонию. И нас жизни не лишат, ведь я – бессмертный пони!

– То-то и оно, что пони, так куда же ты на стадо носорогов поперла? – вздохнула Лана, но Элька лишь пренебрежительно дернула плечом.

Зезатар смятенно переводил непонимающий взгляд с одной сестры на другую, но если и хотел что-то сказать, молчал, ибо был воспитал в почтении к женщинам. Зато Луасолу это почтение не мешало высказываться довольно резко, наверное, особым воспитанием он обременен не был.

– Вы не понимаете, что натворили, бестолковые безответственные пришелицы! Вы не понимаете, что сорвали важную церемонию, и это может быть расценено, как диверсия!

– Ну что ты такое говоришь! – всплеснула руками Лана, и голубой то ли барашек то ли козлик, до сих пор прижимаемый ею к груди, упал на пол и быстренько где-то заныкался.

Элька сбросила со своего плеча руку «суженого» и, наступая на Луасола, зашипела не хуже разъяренной кошки:

– Пришелицы? Мы сами вперлись в ваш мир? Нагло втерлись в доверие, чтобы остаться? Нет, Лазолван, нас похитили и насильно держат здесь! Диверсия? С чего бы? Какая нам от этого выгода? Я никогда и ничего не делаю без выгоды для себя.

– А месть? – нашелся Луасол. – Благодаря вам, паук не получил свежатины, жертва не принесена. Вы просто решили лишить нас благосклонности и покровительства богини!

Его противница безжалостно и холодно рассмеялась:

– Благосклонность и покровительство? Спасибо, насмешил. Ваш народ по своей глупости скитался тысячи лет. Еще большие тысячи лет вы приносите своим богам кровавые жертвы. Вы живете в замкнутом убогом мирке, трясясь от ужаса перед своими демонами и всадниками. Ваша жрица – наркоманка, и у вас рождаются неполноценные дети. Вы на грани вымирания… Да, жизнь удалась!

– Элька, прекрати! – взмолилась Лана. – Луасол, не слушай ее!

Но Элька и не собиралась замолкать.

– Знаешь, главный помощник помощника жрицы, мой любимый свояк из лесных эльфов. Его народ – отвратительные, высокомерные снобы. Они не приняли мою сестру, посчитав ее примитивным созданием. Они живут особняком и без необходимости не вступают в контакт с остальными народами. Но они никогда не приносили кровавых жертв и, представь себе, процветают и пользуются уважением. Пока я здесь, пока вы хотите получить от меня потомство, жертвоприношений не будет! Я об этом позабочусь, можешь мне поверить!

– Я тебе верю, – восхищенно проговорил Зезатар и приказал Луасолу: – Не смей на нее кричать!

– Я не кричу, мой принц. Кто я, в конце концов, такой, чтобы кричать на будущую принцессу, а ведь к этому все и идет: она, как змея, украдкой вползла в твое сердце и твоей матери. Но это меня не касается. Я просто хочу понять, чего добивается эта женщина. Скажи, Элеонора, чем вас так возмутило принесение в жертву обычного урлука? Не только наши боги принимают кровавые жертвы. Думаешь, нам неизвестно, что происходит в вашем мире? Не в Весте, а в том, откуда вы родом. Как насчет ваших сатанистов, животных и младенцев, приносимых ими в жертву своему Богу?

– Это не сатанисты, а фанатичные шизоиды, которые сами выдумывают свои правила. Между прочим, сам Сатана удручен подобными жертвами, ведь они ему попросту ни к чему. Наши маги, настоящие маги я имею в виду, не приносят в жертву жизни. Максимум – это капля своей, подчеркиваю, своей крови, потому как кровь колдуна дорогого стоит. Все, разговор окончен!

– Я останусь при своем мнении, – чуть поостыл Ланин избранник. – Еще неизвестно, чем закончится ваша выходка.

А Лана лишь горестно вздохнула. Ну и где эта хваленая духовная зрелость ее сестры? Спит, наверное. Элька умудрилась настроить против себя не только жрицу, ее помощника и их приспешников, но еще и Луасола! Странно, обычно ее все почему-то любят. Ну, кроме мелких, ограниченных и завистливых людишек.

– Правда, Эль, почему мы с тобой, спасая животинку, не подумали о себе? – запоздало дошло до нее. – А ну как нас лишат всех привелегий, мы потеряем расположение Мориэн, или нас вообще… того… Ладно, посмотрим. Где там животинка-то наша? Кис-кис-кис… Как там тебя?

Лана ползала на четвереньках в поисках урлука, Луасол стоял в стороне, Зезатар снова пытался приобнять Эльку в центре комнаты. И тут с криком: «Проклятые богохульницы!» ворвался Аркинас. Пегие волосы всклокочены больше обычного, блеклые глаза безумны, тощие руки сжимают посох и потрясают им.

Совершенно не заботясь о том, что его заклятие обязательно заденет не только ненавистную рыжую ведьму, но и принца, Аркинас иступленно завыл:

– Мхон! Удирус! Косда…

Элька отпихнула от себя Зезатара и рявкнула:

– Абаррра!

Она, конечно, не знала, какое заклятие применил мерзкий эльф, но оно сработало против него: Аркинаса отбросило назад и ударило о стену.

Думаете, фанатичный помощник угомонился? Как бы не так! Поднялся, встряхнулся и снова ринулся в бой. Но в этот раз контратаковать Эльке не пришлось…

Все вышеописанное произошло очень быстро, поэтому, когда Лана, стоявшая на четвереньках возле кровати, вскочила на ноги, она увидела невероятную картину.

Зезатар валялся на полу, Луасол в ужасе закрывал глаза руками, а между Элькой и Аркинасом висел уже знакомый огненный искрящийся кокон, причем, помощник жрицы хрипел и корчился в судорогах на полу.

Лана, открыв рот, смотрела, как кокон медленно поворачивается к Эльке, и ей показалось, что в искрящейся массе проглядывает некое очертание птичьей головы.

– Спасибо! – крикнула Элька. – Ланка, смотри, Феникс снова пришел ко мне на помощь!… А, я поняла! На, передай Дейвору мой кристалл! Не потеряй только!

Огненный кокон исчез.

– Что это было? – прошептал Зезатар, поднимаясь с пола. Этот же вопрос задал и Луасол.

– Забудешь, не вспомнишь, не скажешь, не сможешь, – почти не разжимая губ, прошептала Элька. Теперь она была уверена в том, что часть ее магических сил уже вернулась к ней, вернее, это Феникс поспособствовал, причем еще в тот, первый раз, когда разбудил ее, чтобы предупредить о тайном визите Акораллы и ее помощника.