Забыть завтра (ЛП) - Данн Пинтип - Страница 7

— Что ты сделала?

— Ничего, — я не должна возмущаться. В будущем я убиваю свою сестру. Чем скорее я это приму, тем лучше. — Почти ничего. Это из-за моего воспоминания.

— Они преследуют тебя из-за чего-то, что ты сделала в воспоминании?

Я кивнула. Сквозь рев сирены я слышу слабый лай собак. О, Судьба. Собак тренируют идти по запаху. Мои колени не выдержали, и я споткнулась на неровном участке.

Логан схватил меня за руку и развернул к себе лицом.

— Твое воспоминание. Насколько плохим оно было?

Я часто заморгала. Я не собираюсь плакать. Если я сейчас заплачу, то с тем же успехом могу предать себя милосердию своры собак.

— Плохим, — прошептала я. — По-настоящему плохим.

— Окей, — сказал он. — Иди за мной.

Мы зашли глубже в лес. Если Логан и придерживался какой-то размеченной тропы, то я этого не заметила. Тем не менее, его шаг был твердым и уверенным, так что он должен знать, куда идет.

Лес стал гуще, и кроны деревьев над нашими головами соединились, так что мы бежали трусцой в полумраке, несмотря на яркое утреннее солнце. Камни и растительность покрывали землю, а воздух был влажным и холодным. Время от времени я слышала лай собак, но на таком расстоянии, что я стала расслабляться. Они не будут особо усердствовать в моих поисках. Я всего лишь девушка. У меня нет сил. Я не представляю существенной угрозы.

За исключением, пожалуй, угрозы по отношению к моей маленькой сестре.

Мой вдох был прерван всхлипыванием. Мамочка, должно быть, сейчас уже встала. Наверное, она сидит с Джессой за обеденным столом и смотрит на часы в ожидании, пока остынет их мятный чай. Они будут волноваться, если я не вернусь домой. Я должна дать им знать о произошедшем. Но даже если я смогу передать им сообщение, что бы я могла сказать? Прости, Джесса, я бы с удовольствием вернулась и съела тост, который ты сделала для меня, но, как выяснилось, я собираюсь убить тебя через несколько месяцев.

Мое лицо сморщилось, глаза горели от стоящих в них слез. Я поднесла руку ко рту и сильно прикусила ее. Я не могу этого сделать прямо сейчас. Я не могу этого сделать. Стая собак ждет возможности утащить меня. Я должна держать себя в руках, если собираюсь спастись.

Я уперлась взглядом в спину Логана. У него типичное для пловца строение корпуса — широкие плечи и узкая талия. Через завесу слез я видела, как его мускулы перекатываются под серебристым комбинезоном. Правильно, думай о его спине. Думай о Марисе, пускающей слюни от такого зрелища.

Мариса. Мое дыхание снова сбилось. Она должна была уже получить свое воспоминание. Она должна была увидеть себя знаменитой живой актрисой. Я никогда не увижу ее на сцене. Я никогда не увижу ее снова.

Я медленно выдохнула. Я не могу думать и о ней тоже. Я сфокусировалась на том, чтобы вскарабкаться на камни передо мной. Здесь земля пошла под уклоном вверх, а деревья поредели. Я снова могла видеть солнце. Оно обжигало мои уши, а пот выступил на лбу подобно каплям на бутылке с водой. У меня было ощущение, что мы идем целую вечность, но, вероятно, прошло не больше десяти минут.

— Куда мы идем? — спросила я.

Логан оглянулся, сканируя местность перед нами.

— Ты не можешь здесь оставаться. Они найдут тебя, где бы ты ни спряталась.

— Куда ты предлагаешь мне пойти?

Мы поднимались вверх, вверх, вверх. Здесь ничего нет кроме скалы, заканчивающейся тупиком над пропастью, с бурным речным потоком внизу.

Он прищурился на меня под не по сезону жарким солнцем. А затем я неожиданно поняла.

— Нет, — прошептала я. — Я не прыгну в реку. Это самоубийство.

— Нет, если ты знаешь, где прыгать. Нет, если тебе есть, куда идти.

О чем он, черт побери, болтает?

— Это очевидно не про меня.

— Зато про меня, — сказал он.

Он продолжил подъем. Я последовала за ним, осознавая расстояние, разделяющее нас. Я поспешно решила довериться ему, но, возможно, я была неправа. Возможно, мои рассуждения были замутнены. Я была напугана и хотела снова доверять ему. Но за пять лет люди меняются. Он может не быть психически здоров. Что за план он предлагает? Это безумие.

В моей голове промелькнуло воспоминание. Мне было одиннадцать или двенадцать, и мы устроили пикник рядом со зданием из стали и стекла и наблюдали за рекой. Мама баюкала Джессу, так что я подползла к самом краю, куда ближе, чем она обычно позволяла. Я хотела увидеть воду, перекатывающую через валуны, чтобы представить, как величественная белая пена омывает мою кожу. Вместо этого я увидела женщину, залезшую на металлическое ограждение… и ласточкой прыгнувшую через край. На бесконечно короткий период времени она зависла в воздухе, как будто пойманная в солнечных лучах вспышкой камеры. А затем разбилась о валуны внизу.

У меня до сих пор были кошмары о моем падении к смерти. Но я не собиралась говорить об этом Логану.

Мы достигли вершины. Земляного плато перед обрывом скалы. Здесь не было металлических ограждений, чтобы преградить людям путь и защитить их. Только высушенная земля, раскрошившаяся в пыль и зернистые кусочки.

Логан повернулся ко мне.

— Послушай, Келли. На незаселенных территориях есть безопасное убежище. Его называют Хармони (Прим. Хармони — Гармония), и оно является убежищем для любого, кто хочет начать жить сначала. Для людей с паранормальными способностями, которых преследует АпИТ. Для людей вроде тебя, которые хотят избежать своего будущего.

Я обхватила себя руками.

— Как ты это узнал?

— Мой брат, — сказал он. — После того как АпИТ арестовало его, моя семья вступила в Подполье, в отряд, который создал Хармони. На случай, если они будут преследовать кого-нибудь, кого мы знаем.

Я уставилась на него, на языке вертелся миллион вопросов. Но они все меркли по сравнению с мыслью о Хармони. Место, где можно начать сначала, сделать вид, что моего воспоминания никогда не было. Было ли такое возможно?

Все, что мне нужно сделать — прыгнуть со скалы. Оставить позади все, что я когда-либо знала.

Я сильно затрясла головой.

— Не знаю, о чем я думала, убегая. Я не могу избежать своего будущего. Я преступник.

— Не хочешь прислушаться к себе? Все, что ты сделала — села в неудобное кресло и получила воспоминание о будущем. Больше ничего не изменилось. Ты все та же Келли, которой ты была этим утром.

— Ты не понимаешь. Мое воспоминание…

— Еще не сбылось! — Он потянулся вперед, как если бы хотел схватить меня за плечи, но был слишком далеко. — Что, если у тебя получится изменить твое будущее? Что, если ты сделаешь так, что для воспоминанию будет физически невозможно сбыться? Я думаю, что, если ты покинешь цивилизованный мир, то это будет достаточно хорошей попыткой.

— Но Председатель сказала, что это невозможно.

— Она соврала, — категорично ответил он. — Вся наша социально-экономическая система построена на том, что воспоминания о будущем сбываются, так что она, конечно, должна была это сказать. Будет непросто, так как сама Судьба работает против тебя. Потребуется огромное количество силы воли и упрямства, которых у большинства людей нет. Но это случается. Я видел.

Я уставилась на него. Прав ли он? Я больше ни в чем не уверена. Но это был первый проблеск надежды с тех пор, как я получила свое воспоминание. Если я никогда больше не увижу Джессу, то я определенно не смогу ее убить, не так ли? Или Судьба приведет меня к сестре вне зависимости от того, что я сделаю?

— Предположим даже, что шанс на то, что я прав, мал, — сказал он. — Разве не стоит воспользоваться им?

Да! Тысячу раз да! Спасти жизнь Джессы? Ради этого шанса я горы сверну… или прыгну в бурную реку, полную камней.

И все же я колебалась.

— Я не настолько сильная, — прошептала я. — Я не могу противостоять даже моим учителям в школе. Как я должна идти против Судьбы?

Он смотрел на меня так, как будто мог заглянуть мне прямо в душу.

— Если кто и способен на это, то только ты.