Ангелы не продаются (СИ) - Хортица Александра - Страница 13

Помочь ему? Кому? Афраилу? Но как... Ангелы молчали, исподлобья разглядывая нас. Мол, мы уже вам все объяснили, действуйте. Макс решился первым. Расстегнул, стянул с плеча рубашку, взял двумя пальцами крыло. Заглянул за спину, перекосившись от усердия, было бы забавно, если бы не было так грустно. Приложил крыло, прижал...

Крыло выпрямилось почти сразу. Засияло всеми цветами радуги, Макс тихо вскрикнул, разглядывая оба крыла, свое и купленное. Да, его собственное тут же проявилось. И погасло вместе с приживленным крылом. Исчезли оба, растворились, остались оттенком сияния на сетчатке глаза.

- Странно, - сказал Макс, - Я их чу... Черт! - смешно ругаться чертями в присутствии ангелов, но, кажется, крылатые были не против, - Черт, Галя, это... - он сел, резко, будто голова закружилась, - Я...

Мариэль подошла к нему, обняла. Шепнула - «Держись». А Иннуэль поглядел на меня. Действуй, мой человек, действуй же! Сама все поймешь. Я нахмурилась, не стесняясь ни Макса, ни ангелов, стянула футболку, и, поправив шлейку лифа, прижала крыло неведомого ангела к лопатке.

...Его звали Афраил, и сейчас его куда-то везли. Ему было плохо, страшно и беспомощно, он несколько дней провел в клетке, рвался и дрался. Там были другие ангелы. Такие же пленники. И еще там были люди...

- Я его знаю, вот этого мужика, - сквозь зубы сказал Макс, когда мы уже выходили на улицу, взявшись за руки, как наши ангелы, - Ты его видела? В этих глюках...

- Да, Михаил, - кивнула я, - Его зовут Михаил. Я запомнила.

- С таким именем - только ангелов мучить, - еще яростнее сообщил Макс, - Позорище. Хоть бы постеснялся. А второй - Гавриил?

- Нет, Григорий, - вздохнула я. Какая разница, как зовут этих уродов. Работают на какую-то тетку, а клетки - в каком-то складе или в зале. Плохо. Но уже лучше. Уже есть, куда двигаться. Пусть в моем городе - тысячи зданий, в которых есть склады, но хоть что-то!

- И эта женщина... Черт с ними, разберемся. Галюсь, куда... ты видишь, куда его везут?

- Не называй меня «Галюсь»... Максик, вижу! Да что ж это такое, - я нервно рассмеялась, - Это снова то здание. Высокое здание. С открытой крышей. Где мы с тобой были. Так не бывает!

Но так бывало. И снова, как тогда, но уже вместе, мы с Максом спешили к башне. К самому высокому зданию в городе. Ощущая огромную спираль событий, которая подхватила нас и понесла дальше. Как и в прошлый раз, я отчего-то была уверена, что мы опоздаем. К какой-то части этого странного спектакля с неизвестными актерами. Но на финал - успеем. И окажемся главными героями.

Вот машина - мы не успели увидеть ее номера, но заметили темный фургон. Она уже отъехала. Глухой ночью, как преступникам и положено. Удивительные это преступники, однако. Отпускают ангела там, где, как городские легенды бают, крылатые себе гнездо свили. А мы пошли на крышу. На этот раз загадочная сила не подняла нас, мы не оказались чудом там, наверху. И все же лифт ехал быстрее, чем мог бы. Много быстрее. Мир будто бы подчинялся нашей ярости, горю и страху. Нашей мольбе - быстрее.

Их было пятеро. Они взвились в воздух, подобно огромным птицам, и закружились над головами. А мы с моим парнем не стали их звать и просить спуститься к нам. Мы разберемся. Не в них дело, а в нас. В людях. Вместо того мы сами опустились на колени перед свернувшимся клубочком ангелом. Крылья его были в плачевном состоянии, но в остальном все было не так плохо. Лучше, чем тогда, с моим ангелом. Куда лучше. Что не отменяло кошмара и моего бешенства по поводу.

- Афраил, - сказала я, и крылатый открыл глаза. Я взяла его за руку, - Здравствуй, Афраил. Ты хочешь уйти с ними? Или мы... можем тебе помочь?

Глаза ангела сверкнули яростно и светло. Он улыбнулся. Протянул вторую руку, перехватив запястье Макса.

- Я в порядке, - сказал он, провожая взглядом улетающих ангелов. Мне показалось, или Иннуэль был среди них? Вот хитрец. А крылатый, все еще крылатый, и как это было хорошо, сказал, и в голосе его не было злости и обиды на нас, но было много гнева, и я ощущала этот гнев, как свой, - Я в порядке... Как вас зовут?

Цена крыльев. Глава 6. Я знаю солидного человека

В комнату Ляны редко кто когда заходил. Если ей нужно было связаться с Эммой, она вызывала ее по смартфону. Если она хотела сообщить тете Лиде, что сегодня будет обедать в пиццерии с Лохматым, она вызывала ее по смартфону. Так что ее комната была самым безопасным местом во всем городе. Именно это она сообщила трем крылатым, которых встретила вечером у самого высокого здания в Городе. Туда она доехала на своем велосипеде, и все думали, что она учит дома уроки. Но ведь есть вещи поважнее уроков, правда? Крылатые сомневались, переглядывались, но, в конце концов...

...В конце концов, она разложила кресло в углу, прикрыв его на всякий случай огромным (в полтора ее роста!) медведем и не менее большим (в два ее роста!) львом. Легкое пуховое одеяло в лазурном пододеяльнике было очень теплым. Но крылатый мальчик все равно мерз. И в основном спал. Ангелы сказали, что если он не захочет, никто его не заметит. И все равно медведь и лев охраняли покой Семалиона. Она заботливо укрывала его, поила молоком и тихо напевала ему песни. Ей очень хотелось вернуть крылья, но было уже нечего.

- Ляна-а! - голос папы раздался из-под самой двери, и девочка вздрогнула, - Ты случайно не заболела?

- Нет, папа! - воскликнула она, натянув дежурную улыбку, и выглянула из комнаты.

- Ты себя точно хорошо чувствуешь? - нахмурился папа.

- Да, папа! - улыбнулась Ляна, усердно кивая головой.

- А как дышится? - настороженно уточнил папа, коснувшись ее плеча.

- Чудесно, я почти не пользуюсь ингалятором! Эти крылья мне очень помогли, папа!

- А почему я больше их не вижу? - еще сильнее нахмурился папа, глядя на плечи Ляны.

- Потому что я их свернула, папа! - радостно сказала девочка, - И пока не хочу разворачивать.

Врать, конечно, плохо, но что, если папа решит купить еще одни крылья? Одеял не напасешься на полуживых ангелов! Хотя она так, конечно, не думала.

- Если все хорошо, зачем ты взяла из кладовки зимнее одеяло? Тетя Лида обыскалась его, ты же знаешь, какая она...

«Зануда» - подумали оба, и оба улыбнулись друг другу. Иногда папа и Ляна очень хорошо друг друга понимали.

- Ну... - Ляна судорожно пыталась придумать, зачем ей понадобилось одеяло, и что она скажет тете Лиде, потому что, понятное дело, папа через минуту забудет про одеяло. Ну конечно! Вот уже. Раздался звонок, папа достал смартфон, помахал дочке рукой и пошел по коридору прочь. Оглянулся, сказал напоследок,

- Я вообще пришел сказать, что еду в командировку на пару дней. Слушайся Лохматого и тетю Лиду.

Она покивала, и закрыла дверь, прислонившись к ней спиной. Фух. Повернулась к своему «пациенту», чье лицо едва выделялось на фоне подушки.

- Чуть не прокололись! - шепнула ему, и бледный Семалион ласково ей улыбнулся.

- Ты как? - она шагнула к нему, присела на край кресла. Ангел повыше натянул теплое пуховое одеяло, он мерз.

- Уже лучше, - сказал тихонько.

- Молоко будешь? С вареньем. Абрикосовым, - сурово предложила Ляна. Ангел кивнул, и она налила молока ему в чашку, намешав туда варенья. Пахло вкусно. Девочка строго сказала, - А ну покажи крыло! О... уже лучше.

Она прикоснулась к отрастающим перьям, легко-легко погладила их. А потом не выдержала - и обняла Семалиона. Пытаясь согреть его дыханием. Жаль, слабое у нее дыхание!

- Если бы ты мог быть моим ангелом! - в который раз воскликнула она.

- Мы можем быть друзьями, - в который раз ответил Семалион, улыбаясь и гладя ее по голове. Он выпил молоко, и теперь допивал со дна чашки остатки разбавленного варенья.

Она отстранилась. Друзьями? Вздохнула, задумавшись о своем. У нее было мало друзей. Лохматый, Эмма, иногда - папа. И все. Вот теперь - раненый ангел Семалион, который не говорил, чей он ангел, и есть ли у него свой человек. И ее ангелом быть он тоже не мог. Только другом. Разве этого мало? Нет. На том и остановимся - так решила Ляна.