Ветра Унтара (СИ) - Элиман Итта - Страница 83

-- Эва как! - вырвалось у Эрика. - Ну, теперь уж всем нам будет! - с этими словами он вскочил на кобылицу, ринулся вслед за братом и исчез во мраке. Лишь голос задержался на мгновение, да и он унесся, сгинул в оглушительном свисте стихии. - Вернитесь на базу-у-у!

-- Как бы не так! Вернитесь! Врун! Обманщик! - в сердцах кричала я.

-- Следовало ожидать, - Ив невозмутимо поставила ногу в стремя. - И хорошенького же он о нас мнения! Чего ж ты ждешь?

Я оседлала нашего с Эмилем коня, и мы сорвались с места так, что тотчас и след простыл. Это было так же смело, как и глупо, потому что никто не знал, что делать, когда смерч подойдет вплотную. Вот уже ветер забил нам в лица ледяной струей, вот уже пришлось припасть к телу коня, чтобы спасаться от летящего навстречу праха, вот уже Эрик впереди потерял плащ, не застегнутый впопыхах. И тут все решилось за нас - все три лошади, точно по команде заржали, остановились и повернули назад.

-- Что за ведьма!? - прокричал Эрик. - Что это?

-- Это кунты отдали приказ лошадям, - прокричала я в ответ, а сама подумала - "Может, Улен..."

-- Откуда здесь кунты? Что за ерунда происходит? - Эрик не мог остановить лошадь.

Кони мчали во всю прыть. Я зажмурилась, потому что, услышав всплеск, поняла - мы переплываем озеро. Так, чего доброго, они принесут нас обратно на базу. Но этого позора удалось избежать, лошади остановились на другом берегу и изъявили желание оставаться на месте...

Больше никто не пытался догнать Эмиля. Отсюда мы хорошо видели, как смерч подбирается к тому берегу. Видели и молчали. Соскочив с лошади, Эрик покорно обнял нас обеих, очень кстати, потому что от холода сводило скулы и мокрая одежда коркой прилипала к коже. Ветер дул в лица, бил волосами по плечам и мутил воду Светлого Озера. Еще несколько минут, и все - смерч накроет нас.

Деревья на другом берегу полегли, точно колосья под невидимым серпом. Могучие корни не помогли им, вековые дубы и каштаны исчезали в этой молотильной машине. Чем больше смерч всасывал в себя, тем сильнее он становился. Обломанные ветки, жалкие останки леса несло в воду, земля потрескалась от вырывающихся корней. Вода в озере стала подниматься, на ее поверхности то и дело появлялись фонтаны пробивающихся подземных вод. Теперь путь через озеро был закрыт даже для лошадей. Ужас охватил нас. При мысли об Эмиле, Эрик сжал на моем плече куртку, и в тот миг я вдруг почувствовала то, что больше всего на свете боялась почувствовать. Боялась с той самой позапрошлой весны, когда в Долине Зеленых Холмов будто открыли форточку, и пошел сквозняк из-за Гор в Море. С каждым днем в этом сквозняке становилось все больше силы, я все ждала, что она взорвется, и море выплеснет на нас свое чрево. Теперь это произошло. Опасность выплеснулась на Эмиля! Сила ее была так могущественна и так ревнива, что было ясно - она ни за что не отпустит такого, как мой друг. Отплеск этой силы обрушился на весь мир, убив во мне всё, оставив взамен только одно - боль. Там, за переправой, образовалась просека. Смерч вырос во все небо и уперся в далекие звезды. Шум разрывал барабанные перепонки, и обезумевший воздух набрался такой колдовской силы, что сбивал с ног, но теперь мне было все равно...

Когда первые предвестники ветра добрались до нас, озеро уже вышло из берегов, порывы были так сильны, что устояли только лошади. В который раз за это путешествие я лежала на земле! Неважно - так умирать я не собиралась. Ухватившись за уздечку Амиса, Эрик встал и помог подняться нам с Ив. Мы должны были выстоять до последнего вздоха, Эрик это знал. Сначала шепотом, а потом во весь голос начал он декламировать:

Мерою времени, мигом одним,

Очутитесь там, где веками храним, - начал Эрик,

Светоч бессмертный дарующий силы,

Тем, кто берется избегнуть могилы... - подхватили мы.

Держаться давалось все труднее, отвага начала покидать лошадей, они трясли ушами, переминались и фыркали. Знали - надежды нет. Мы приготовились к самому худшему, и тогда, возбужденные единством, дарующимся заклинанием силы, мы осмелились на последнее заклинание, позволяющее предупредить тех, кто идет в царство мертвых...

Каждое лето

Дарует приметы,

Где предстоит умереть,

Каждое лето

Напишет портреты,

Как будет выглядеть смерть...

Лошади заржали. Услышав заклинания смерти, кроваво-алые облака вереницей выстроились и закружились вместе с воронкой, отчего смерч стал похож на яркую игрушку - красную гигантскую юлу. Но эта юла больше не двигалась на нас, кружась, она оставалась на месте.

-- Не может быть! Смотрите! - заорал Эрик. - Он остановился! Продолжайте, продолжайте!

Бессмертием может похвастаться тот, - заторопились мы,

Чьи песни поет благодарный народ,

И Солнце предскажет победу тому

Чье сердце пылает в любовном жару.

Но тот, чьи дела велики и трудны,

Уйдет от нас первым, увы.

Каждому смертному

Или волшебному,

Рожденному на Земле,

Дано выбирать

Воскрешения тленного,

Или бессмертья во тьме...

Вдруг облака закрутились с нарастающей быстротой. Мутными огнями побежали по огромному телу ветра странные узоры. Заколыхались, забились в предсмертной агонии огромные воздушные кольца, и смерч, действительно страшнейший из ветров Унтара, с л и л с я с неба, как вода сливается в водопровод. Небо качнулось, освободившись от непосильной ноши и все, что смерч нес с собой, в считанные секунды дождем рухнуло на землю. Светлое озеро разом испустило тысячу шипящих всплесков, и наступила такая тишина, что с непривычки зазвенело в ушах. Это было все!

-- Сработало! - не поверил своим глазам Эрик. - Нет, ну честное слово, сработало!

Где-то за нашими спинами раздался грохот рушившегося железа, это ветряная ловушка не выдержала и развалилась. Наступил ее час, ведь она сделала свое дело - отвела смерч от чистых вод Светлого Озера.

-- Нет, Эр! - Ив подняла упавший арбалет, вскрыла приклад и показала нам руны, - Это не заклинание смерти, это Эмиль...

Руна смерча, огнем выжженная в дереве, медленно пропадала, она растворялась подобно третьему глазу Хранителя Гор, исчезала и дразнила бессмысленной надеждой. Бессмысленной... надеждой... Я сорвала с плеча арбалет, выбросила его и пошла прочь.

-- Эй, - Эрик догнал меня и схватил за рукав, - ты, похоже, обезумела от радости, темная дева!? Посмотри, небо проясняется...

Я посмотрела - небо дышало свободно, но мне было наплевать... Да, наплевать! А вы что хотели? Эмиль пропал! Я не слышала его, ни капельки, ни на йоту, как ни старалась, я не слышала биения сердца, отданного мне раз и навсегда.... Эрик взглянул на меня, и все понял...

-- Нет! - отшатнулся он. - Нет! Не смей ничего мне говорить! Ясно? С Эмилем все будет в порядке! Слышишь? К ведьмам этот твой дар! К ведьмам! - глаза Эрика наполнились слезами, губы дрожали, сжатые кулаки искали по чему бы ударить. - Все! - решил он. - К ведьмам! Я пошел! Я найду его... в любом случае! - Эрик почти рыдал. Он подобрал свой арбалет, затем бросил. Теперь и ему было наплевать на смерч, теперь все его мысли были только об Эмиле....

Ив обвила руками черную шею Амиса и смотрела, как Эрик стремительно переплывает озеро. Воды его, не успев успокоиться, еще бурлили, озеро было полно веток, бревен и прочего мусора, но Эрик плыл, яростно раскидывая препятствия на своем пути. Все потеснилось оцепенением, я не могла заплакать.

Не помню, как мы с Ив оказались по ту сторону озера, должно быть Амис переправил нас. Перебираясь через поваленные и вывороченные с корнем деревья, шли, куда шлось. Ни я, ни Ив не знали толком что делать, боль затуманила разум. Словно невидимую черту переступили мы границу, до которой дошел смерч; границу, за которую Эмиль не пустил нас. Здесь, где заканчивалась ровная тропинка и начинался сплошной бурелом, лежал плащ Эрика. Ив подобрала его, накинула мне на плечи, и мы молча пошли дальше. Лес вымер, я не слышала ни единого вздоха. Мы находили только трупики летучих мышей. Все, даже зайцы-стрекачи, покинули эти места, но я знала - не пройдет и половины луны, как они вернуться, жители всегда возвращаются после катастроф. Вернуться, обживут лес заново, и жизнь пойдет своим чередом. Земля залижет раны, погибшие деревья сгниют, и вскоре о смерче будут помнить только те, кто привык помалкивать о подобных вещах, ибо на их жизненном пути и так хватало событий... Тогда я останусь один на один со своим горем...