Жизнь «до» (СИ) - Русс Алана - Страница 17

– Ух, ну и страсти тут, – хохотнула Оксанка. – Мика Вэйв… Мика… Машка, так это твое, что ли?

– Оксан, отдай.

Я осторожно встала и, выставив руки, двинулась к ней, с интересом разглядывающей книгу. Соседка знала, что я изредка развлекаюсь написанием забавных историй и сказок. Парочку она даже прочла, но об «Императоре» не ведала. Зачем обременять ее лишней информацией? Она больше на журналы научно-популярные слюной исходит, а «любятина», как она однажды сама обмолвилась, не ее стихия.

– Мика, ну ты монстр! – продолжала веселиться соседка. – «Император на ночь»… Веришь-нет, а мне даже прочесть захотелось.

– Оксана, положи книгу!

Под ее пальцами уже несмело поползли золотистыми нитями жилки, и в этот раз они разрастались куда быстрее. Вот только Оксана этого даже и не замечала, все продолжала восклицать:

– Надо же! Передо мной настоящий автор. С ума сойти!

Вспышка, другая. Неужто стены затряслись? Или это просто-напросто дрожь ужаса?

Подруга озадаченно уставилась на меня, а затем и на страницы, вмиг будто позолотой покрывшиеся. Девичьи и без того огромные карие глаза стали просто невероятных размеров.

– Оксана!

По-хорошему, нужно было выбить книжку у нее из рук, схватить, отправить в окно, но я будто враз онемела. К геройству душа совсем не лежала, а холодная лапа страха до того сжала сердце, что эта многострадальная любвеобильная мышца едва кровь по жилам гонять не прекратила.

Золотое сияние стало слепящим. Зажмурившись и опрометью бросившись под письменный стол, я ухватилась за него со всей силой, какой только могла.

Я не хочу туда, не хочу!

– Ми-ика-а-а-а..

Долгое визжащее «а-а-а», и я зажмурилась еще сильнее, зажав уши ладонями. Мерный гул заставлял разогревшийся воздух колебаться еще пару секунд, а затем тишина. Неестественно глубокая, липкая.

А может, это просто я оглохла?

Громкие хлопки дверьми вернули меня в реальность.

«Что такое? Что это было? Вы слышали?»

Голоса знакомые. Соседи?

Я открыла глаза, но двинуться, а тем более выбраться из убежища, все еще боялась. Первичное обследование показало: либо стол и стоящий за ним шкаф перенеслись в книгу вместе со мной, либо я все еще дома. По крайней мере, в привычном измерении.

– Оксана… – зашептала я. – Оксаночка!

Безразличная тишина в ответ. Шепот вышел хриплым, голос вибрировал и срывался, а дрожь била неумолимо, поэтому о том, чтобы подняться, и речи быть не могло. Собравшись с мыслями и худо-бедно выстроив план действий, я на карачках выползла из-под стола.

Что произошло, догадаться несложно.

Мой «Император» покорно лежал ровно там, где еще секунду назад сидела подруга. Страницы больше не светились и не полыхали, да и вообще, выглядели до того безобидно, будто и не творили зло вовсе.

Замерев на месте, я в секунду обвела взглядом комнату и выследила мобильник. Вот он, на кровати. Совсем рядом с этой адской телепортационной машиной.

Пришлось, хватаясь за стол, подняться. На четвереньках, если понадобится, я удрать точно не сумею.

Двигаясь на носочках, стараясь не делать ни одного резкого движения и попутно не сводя с книги глаз, я подкралась поближе. От страха даже сглотнуть боялась. Замерла, прицелилась. Один точный, будто бросок кобры, рывок и я, завладев телефоном, понеслась прочь из комнаты.

Книга, к счастью, в преследование не пустилась.

Переведя дух, я уселась прямо на пол в коридоре парой-тройкой этажей выше.

И что теперь делать? Что делать?! Что же мне…

Открыв страничку в соцсетях, заскользила взглядом по контактной информации того единственного, кто мог мне помочь. Номер телефона скрыт, зато контакт видеосвязи есть. Уже хлеб.

Не заботясь о внешнем виде и даже не поправив растрепавшиеся волосы, я щелкнула по адресу, а через секунду-другую, приложение уже вовсю гоняло цепочку кружков, подключаясь к пользователю с ником BranOFF.

– Ну, давай же, давай…

Есть контакт!

– Да? – заспанное лицо аспиранта появилось на экране и тут же удивленно округлило глаза. – Вознесенская? Чего вам? Я занят. У меня… выходной вообще-то!

– Ян Вик… Ян…

Черт, я, похоже, дара речи лишилась. Или заикой стала.

– Чего вы там квакаете? – нахмурился Бранов.

– Ян…

Мужчина сперва еще сострить хотел, но вдруг насторожился, приблизился к экрану так, что на меня теперь уставился скорее не он сам, а его нос.

– Мика, ты в порядке? Что стряслось?

Я вскинула голову, втянув ноздрями чуть прокуренный воздух. Как бы мне из себя хоть слово выдавить? Хоть словечечко!

– Бет… – голос будто бы и не мой вовсе. – Беда.

– Беда? – на аспирантском лбу еще пара складок появилась. – Так, успокойся и давай по порядку.

Я замотала головой и заплакала. Какой уж тут успокойся, какой уж тут порядок.

– Беда, беда, – только повторяла я и ревела. – Бед…а-а-а!

Ну, все. Прощай, членораздельная речь.

– Беда-а-а…

Меня заклинило.

На пороге общежития аспирант появился спустя полчаса. Вахтерша пропустила его со скрипом зубовным, и, когда я вышла навстречу, ступая по стеночке и вздрагивая от каждого звука, смерила меня недовольным взглядом. Благо, что лифт долго ждать не пришлось, а то она так на нас смотрела, будто внешность для фоторобота запоминала.

– Ну и что ты натворила?

Едва кабинка остановилась, а двери открылись, я ступила на лестничную клетку родного этажа и тут же пошатнулась. Бранов ухватил меня под локоть, и я благодарно выдохнула. Мир под ногами от страха еще будто бы не обрел осязаемость, и каждый шаг – словно шаг в пропасть.

– Я не творила, оно само! Засияло, загорелось…

Добиться от меня по видеосвязи чего-то вразумительного аспирант так и не сумел. Поэтому, бросив бесполезные потуги, просто попросил адрес и приехал.

– Ага, – хмыкнул Бранов. – Стандартная женская отговорка: оно само. Ладно, пойдем поглядим на твою беду.

Убегала я так стремительно, что даже дверь в комнату запереть позабыла. Уперевшись ладонью, Бранов толкнул ее и твердым шагом вошел, обведя взглядом царящий на полу беспорядок. Я же по-прежнему топталась на пороге, шмыгая носом.

Аспирант тем временем не спеша стянул куртку, кроссовки и, подошел к раскрытой книжице.

– М-м-м, – замычал он, едва в руки ее взяв, и тут же бросил на стол. – Горячая, зараза!

Бранов ухватился за мочку уха, причитая, а я наконец решилась войти. Не хватало еще, чтобы кто-то из соседей увидел меня. И его. НАС!

– Так-так, – посуровел препод, переводя изучающий взгляд темных глаз с книги на меня. – Выкрала-таки книжку? Ай-яй…

– Не воровала я, оно само! – замотала я головой. – Честное слово само! Оксана достала ее из моей сумки, я и знать не знала, что она там. Думала, вы втихаря подложили.

Бранов пропыхтел что-то ругательное. Явно мне не поверил. Страшно подумать, что будет, узнай он, что я рылась у него в столе!

– Ян Викторович, честное слово…

Я клясться и божиться готова была.

– Тихо, – взмахом руки остановил мои причитания он, вновь склонившись над книгой. – Потом с тобой разберусь.

Я замолчала, сделав робкий шажок к нему навстречу. Почему-то надежда, едва аспирант появился в дверях общежития, сразу объяла душу. Спокойнее стало. Хотя ощущение, что все наладится, появилось у меня, едва я увидела его лицо на экране смартфона.

Он все решит, все исправит. В этом я была уверена.

– Вы ведь сможете вернуть мою Оксану?

– А кто тебе сказал, что я попытаюсь?

Я едва на пол не осела.

– Но вы же… здесь.

– И что? – Бранов оторвал взгляд от книги, распрямился. Глаза словно крохотные молнии рассыпали. – Что с того?

Я всхлипнула. Мозги под этим темнооким взглядом думать совсем отказывались. Но одно я понимала абсолютно точно: не на чай же он ко мне заглянул.

– Но ведь книга забрала Оксану!

Бранов выставил ладони перед собой, будто оправдываясь.