Право убежища (СИ) - Захарова Лидия - Страница 40

— Значит, ты должен был привести Луиджи в «штаб», убить Настю… а заодно и Дениса… затем помочь Луиджи выбраться, чтобы он раструбил о своей победе на весь мир?

— Как-то так, да.

— И что потом?

— В смысле?

— Ну, что было бы потом? Луиджи бы просто уехал?

Кирилл невесело улыбнулся.

— Он бы не уехал. Я знаю.

В этом «я знаю» был ответ на все вопросы Саран: на то, действует ли на Кирилла ее магия, когда он собирался сбежать: до или после встречи с ней, — а также почему ослушался приказа Олега.

— Почему ты просто не убил Луиджи? Ты ведь мог. У тебя оставались пули, он стоял спиной к тебе и ничего подобного не ожидал.

— Я струсил, — признался Кирилл. — Банально струсил. Я слышал, шаманы могут вытянуть из трупа, кто нанес последний удар. Я знал, что у Эргенте имеются влиятельные покровители, что за него станут мстить… и не хотел, чтобы мстили мне. Телохранителям Пхатти был дан четкий приказ: убить того, кого я приведу в «штаб». Если что, за все бы отвечал Пхатти, а не я.

— А Олег? Ты подумал, как бы он оценил твою самодеятельность?

— А что Олег? Ты думаешь, что после всего он бы оставил меня в покое? Или тебя? По крайней мере, я мог избавить нас от одной угрозы, от Луиджи Эргенте!

— Но не избавил. Луиджи, очевидно, жив. И знает, что я лиса. Зато Настя и Денис мертвы.

Саран произнесла это жестче, чем хотела. И в то же время ей понравилось, как Кирилл вздрогнул от ее слов.

— Я сделал это ради тебя! — в конце фразы он сорвался на крик.

Саран отошла к окну, не желая видеть, как гримаса ярости уродует и без того не больно-то привлекательное лицо Кирилла. Ей не нужны были напоминания о том, что ее магия губительна для людей. Что она толкает их на страшные поступки. Разрушает жизни.

— Ты однажды уже солгал, поэтому я задам вопрос и попрошу ответить честно, — Саран говорила холодно и спокойно, по-прежнему глядя в окно и стараясь не замечать отражения Кирилла в стекле. — Олег убил Нелли?

— Да.

— И приказал тебе убить его ученицу?

— Да.

Как изящно задумано. Пхатти якобы укрывает убийцу, но Олег приглашает в Москву знаменитого охотника, помогает ему пробраться в «штаб» и избавить мир от злодейки. Все ради того, чтобы восторжествовала якобы справедливость, Олег даже пожертвовал своей лучшей ученицей. Воистину герой! Если бы все получилось, о его самоотверженности еще бы долго шептались по всей Москве.

А впрочем, разве у него не получилось? Луиджи выжил. Несмотря на вмешательство Кирилла, все шло по плану. Теперь оставалось подчистить хвосты — избавиться от лисы, все еще удерживавшей охотника в Москве. Но сделать это можно руками самого Эргенте. Достаточно приписать Пхатти еще одно злодеяние. Причем на этот раз даже врать не придется. Пхатти действительно приказал лисе очаровать гостя и всячески мешать его расследованию.

Один лишь вопрос:

— Зачем Олег это сделал? Все эти убийства… Луиджи говорил: восемь человек?

— Я не знаю.

— Врешь! — прошипела Саран, резко обернувшись.

Она сделала шаг навстречу Кириллу, он отступил, вскинув руку, словно боясь, что она его ударит. Саран остановилась.

— Скажи мне правду.

— Я не знаю! Не знаю! — казалось, он вот-вот заплачет. — Я слышал только, что… один раз, когда Олег с Пхатти обсуждали приезд Эргенте, я слышал, как Олег сказал… я тогда не понял, о чем это… Он сказал: все должны подумать, что Амадея умерла.

— Амадея? Кто это?

— Я не знаю. Клянусь тебе.

Саран нахмурилась, но кивнула. Кирилл выдохнул с облегчением и немного расслабился. Но беспокойство Саран лишь усиливалось. Олег был очень могущественным и очень влиятельным шаманом. А Настя была его самой успешной, самой доверенной ученицей. Ради чего — ради кого? — он мог бы пожертвовать ею? И как далеко он пойдет теперь, когда эта жертва оказалась напрасной? Кем была эта Амадея?

Но сначала надо было что-то делать с Луиджи. Возможно, в ближайшие несколько дней Олег будет слишком занят, чтобы искать их и мстить, а вот Луиджи, считавшему, что дело, ради которого он приехал в Москву, закрыто, ничто не мешало устроить охоту на Саран.

— Надо избавиться от бабочки.

Кирилл несколько раз кивнул, но голоса не подал. Наверное, все еще боялся.

— И как можно скорее.

Саран подняла подвеску с пола — она все еще была горячей, но уже не обжигала, — потом подошла к окну и выкинула ее в форточку. У Кирилла прорезался голос.

— Стой! — завопил он.

Поздно. Нефритовая бабочка сверкнула на солнце и скрылась в густой траве под окном. Саран не особенно разбиралась в амулетах и вполне допускала, что только что совершила несусветную глупость, однако нахохлилась и спросила с вызовом:

— Что-то не так?

Кирилл всплеснул руками.

— Квартира заговорена. Пока бабочка была внутри, ни один шаман не мог сказать, где точно она находится.

— Но тем не менее мог насылать кошмары?

Она не рассказывала Кириллу про сон, и он непонимающе нахмурился, однако не стал лезть в детали.

— Наверное. Но определить твое точное местонахождение он не мог. Однако теперь… — он снова вскинул руку, указывая на окно.

— Я думаю, мы можем выйти и… найти ее.

— И надеяться, что в эти несколько минут нас самих никто не нашел. Если бы речь шла о ком-нибудь другом, я бы еще рискнул. Но это Луиджи Эргенте. Собирайся. Мы уезжаем.

Часть шестая

У корней старой сливы

notes

Примечания