Эссенция пустоты (СИ) - Харт Хелег - Страница 98

В некоторых северных княжествах ходит слух об огромном медведе, по описанию похожему на мутанта сродни волколакам, но никаких доказательств его существования мне добыть не удалось.

Сирены, иначе алконосты, вид имеют инакий, нежели попадается во многих сборниках сказаний. Лицо у твари отнюдь не человеческое, но и не птичье, глаза алконоста расположены над клювом таким образом, что последний напоминает нос, и не более того. В остальном сирена и впрямь напоминает крупную птицу, разве что на кончиках крыльев имеет запрятанные в оперение коготки, которыми слёту может нанести весьма болезненные раны.

Алконоста очень трудно перепутать с кем-то другим: оперение у него яркое, цветастое, всегда с узором, определяющей же особенностью этих мутантов является их пение. Никто из тех, кто пережил встречу с сиреной, не может сказать, как именно звучит её голос, однако же каждый клянётся: оно прекрасно. Причиной тому колдовская природа зова сирены.

Неопытного путника или морехода алконост уведёт за собой и почти наверняка сгубит. Голос мутанта чарует и парализует слабую волю, а разум обманывает, заманивая жертву в ловушку, где сирена нападает на неё и поедает. Обычно алконост прячется в скалах, и появляется только перед самым нападением. Чтобы победить крылатого певуна нужно так же пойти на обман: притвориться, что поддался на зов, а на самом деле заткнуть уши пуховыми шариками или другими мягкими затычками. Искусный лучник может сразить летуна стрелой, если сумеет выманить на открытое место.

Клан Тусар-Асхейни, который уже несколько столетий живёт на южном побережье Южного моря, каким-то образом сопротивляется зову сирены без всяких затычек. Как им это удаётся, никто не ведает.

Мантикоры, или ядозубы, водятся в основном горах, хотя нередко спускаются и в низовья. Это массивные и в то же время ловкие хищники. Их прародители, скорее всего, были тиграми — во всяком случае, именно на них мантикоры похожи больше всего. У большинства шерсть бурая, но есть и снежные мантикоры — белые с жёлтыми подпалинами. Некоторые особи могут похвастаться пышной гривой.

В бою с ядозубом нужно избегать его пасти — это следует из названия — и хвоста, который покрыт отравленными шипами. У мантикоры восемь пар клыков, которые торчат из пасти и растут всю жизнь твари. Со временем они могут достигать полутора локтей в длину. Также ударом лапы мантикора может переломать кости, так что лучше не выходить на мутанта без щита.

Яд мантикоры является одним из самых сильных и быстродействующих, а противоядие чрезвычайно трудно сварить без особых знаний. Паче того, для противоядия нужна железа мантикоры, что ещё больше усложняет его изготовление и задирает цену до небес. Таким образом даже царапина, нанесённая шипом или клыком ядозуба, почти гарантирует смерть.

Скорпикоры. Здесь автор должен сразу оговориться, что не уверен в существовании этих мутантов, поскольку их не встречала ни одна душа, кроме нескольких копателей под Небесным Пиком. Описание скорпикор также полностью записано с их слов.

Водятся скорпикоры якобы в гномских подземельях, в древних пещерах, куда нет хода никому. По нескольким отличительным признакам они схожи с мантикорами и, возможно, состоят с оными в родстве. Скорпикоры, если верить копателям, меньше и тоньше, если мантикора массивная и сильная, то скорпикора скорее гибкая и стремительная. Всё её тело покрыто прочными чёрными чешуйками, которые служат хищнице отличной бронёй. Кроме того, у неё есть кожистые крылья, предназначенные для коротких перелётов. На хвосте этой твари нет шипов, зато есть скорпионье жало, которым она орудует с поразительной ловкостью. Магия на скорпикору не действует.

Копатели твердят, что сражаться со скорпикорой невозможно, потому как она быстрее стрелы, и в разы более смертоносна. Больше того, скорпикоры живут стаями, поэтому при их виде лучше, не привлекая внимания, скрыться.

Все опрошенные копатели показались автору не совсем здоровыми разумом, так что автор не ручается за достоверность их рассказа.

Грифоны, или львиногривы. Очень редкие (из-за охоты на них) крылатые мутанты, которые ошибочно считаются благородными. Они выглядят как помесь крупного орла и льва: голова и крылья у грифона от птицы, а туловище и лапы похожи на львиные, только когти расположены так, чтобы удобно было нести добычу. На шее у них растёт пышная грива. Грифон массивный и в то же время искусный летун — размах крыльев у него достигает трёх саженей. Этот мутант вполне может поднять в воздух и утащить годовалого телёнка.

Грифоны гнездятся только высоко в горах. Так же их видели недалеко от Ниолона, но вполне возможно, мутант прилетел туда с Синих гор. На людей грифоны обычно не нападают, но вряд ли из-за благородства: просто мясо других зверей и скота для них привлекательнее.

Убить львиногрива можно из тяжёлого арбалета, но для этого нужна немалая удача, поелику тварь зело живуча. Обычно охотники за грифонами идут отрядом в пять и больше человек, находят гнездо и подстерегают мутанта там. Подпускать львиногрива близко слишком опасно, поэтому лучше вооружиться длинной пикой и в первую очередь атаковать крылья твари. Однако даже соблюдение всех этих условий не гарантирует победу. Атакованный грифон впадает в ярость и дерётся насмерть. Нередки случаи, когда охотники на грифонов не возвращаются с охоты — грифон настигает и убивает даже тех, кто пытается сбежать.

Гарпии. Это крайне вредные летучие гады, несколько похожие внешне на сирен, только покрупнее. В противовес алконостам гарпии атакуют нагло, нахрапом, и частенько живут стаями. Они знамениты своими мерзкими криками, от которых хочется зажать уши, слух они повредить не могут, но всё равно его терзают.

Гнездовья гарпий можно найти в горах, повыше тех мест, где растут высокие деревья. Они охотятся на некрупную дичь и обычно утаскивают её живой, чтобы разорвать в гнезде. Голосовые органы гарпий позволяют им повторять человеческую речь, но они всё равно слишком глупы, чтобы говорить.

Автору сего труда довелось побывать в гостях у Паравита Тублонского, знаменитого естествознателя, сумевшего изловить одну из гарпий, которую назвал Дергуньей. Оный господин содержал мутанта в просторной железной клетке и изучал на протяжении двенадцати лет, пока тварь не издохла от старости. За это время Паравиту удалось так выдрессировать гарпию, что она стала совершенно неопасна для людей, хотя при случае не преминула полакомиться любимым домашним котом учёного. Дергунья научилась просить еды, здороваться, называла по именам учёного и его помощника, а ещё часто кричала «Курва!», хотя совершенно неясно, откуда она знала это слово.

Каматы, они же волкомедведи, обитают только в Фолиатской чаще, и несколько стай замечено в лесах к югу и западу оттуда. Это грозные звери, но именно звери — их повадки настолько приближены к волчьим, что опасным противником камата делают только его медвежьи размеры и сила. Они, как и волколаки, могут передвигаться на задних лапах, а передние у них снабжены дополнительным суставом, благодаря чему камат может быстро взобраться на дерево.

Эти мутанты прекрасно видят в темноте и умеют красться несмотря на свои размеры. Камат очень редко ходит один, так что передвигаться по Фолиату стоит с вооружённым отрядом: чем больше людей, тем меньше шанс, что волкомедведи решатся на атаку.

Варги — это крупные волки, которые из-за серии малых мутаций выделились в отдельный вид. Варг больше и свирепее обычного волка, а так же нередко охотится в одиночку. Челюстями варг может перекусить железный прут, так что попасться в его зубы равносильно смерти. От спаривания волка и варга всегда рождается варг, поэтому численность их разрастается настолько, что они начинают порой угрожать целым поселениям. Так как в большинстве своём эти мутанты водятся на севере, в тамошних краях обычны большие варжьи облавы, которые проводятся княжескими дружинами.