Бокал звезд - Янг Роберт Франклин - Страница 28

Очередная карета въехала во двор, из нее выскочила знакомая фигура и бросилась к злополучному апартмотелю. Билл. Он вихрем ворвался в комнату и с порога накинулся на жену.

— Я сразу догадался, что ты затеяла! Отослала меня под дурацким предлогом, а сама! Мейбел, ради всего святого, неужели тебе совсем наплевать на мою работу? — Бледный, как полотно, он вырвал пистолет у нее из рук.

— Очнись! Они же Кролики! — взвизгнула жена.

— Понял, когда увидел толпу. Идиотка! Теперь мне их спасать.

Мейбел потянулась к «люгеру», но Билл оказался проворней и залепил супруге пощечину. Женщина рухнула в кресло. Не мешкая, Билл поволок Уоррена с Дианой к двери.

— Скорей, пока они окончательно не озверели.

С «люгером» и полицейским значком наперевес он принялся расчищать путь. Затравленная чета следовала за ним по пятам. Люди напирали со всех сторон. Ропот перешел в зловещий гул. Билл взмахнул пистолетом.

— Эти люди под моей защитой. Не смейте приближаться, иначе буду стрелять.

Толпа нехотя отступила.

Перебежками троица добралась до автодерева. Билл спустил с ветки «штучку» Уоррена.

— Забирайтесь, живо. И проваливайте.

— Грязные твари!

— Расплодились, Дионны[14] проклятые!

— Прикончим их! Прикончим!

— Пошевеливайтесь, чего вы ждете! — рявкнул Билл.

Диана уже рыдала в голос.

Уоррен помог ей забраться в карету, сам сел на водительское кресло и хотел поблагодарить своего спасителя за смелость. Однако ненависть в глазах соседа остудила его пыл. Мотор взревел, «штучка» рванула на трассу, где ее поглотил поток карет и грузовиков.

Ночь застала опальных супругов в дороге. Диана больше не плакала, глядя, как за окном мелькают огни заправок и кафе.

— Мои малыши, — повторяла она. — Отдайте мне моих малышей.

Они снова переедут и начнут все заново. С помощью правительства сменят имена, страховку — втайне, чтобы никто не узнал. Обоснуются в новом апартмотеле, Уоррен найдет работу. А дальше — только ждать, когда уляжется шумиха и ненависть сойдет на нет. Ждать в надежде, что их, наконец, оставят в покое и вернут близнецов. А пока придется прятаться, затаиться там, где их никто не найдет. В толпе, среди людей.

ПРОЕКТ «ПИРАМИДА»

С врагом Дэниел Холл встретился под синим небом NRGC 984-D. Впрочем, пока нельзя сказать, кто чей враг — и враг ли. Скажем только, что встреча вышла скомканной. Заметив друг дружку, два разведывательных корабля — один с Земли, другой с Авелии, — мигом развернулись и помчались кто куда. О судьбе авелианского пилота расскажем позже. Пока сосредоточимся на землянине.

Его корабль приземлился на краю необъятной равнины, прочертив борозду в белоснежном песке. От удара кронштейн обзорного экрана оторвался и дважды срикошетил от стены. На третий он вспорол левый рукав скафандра, от локтя до плеча. На четвертый вдребезги разнес радиопередатчик и, прокатившись по полу, замер.

Холл не планировал жесткую посадку. Он вообще не собирался садиться. Неведомая сила, завладев приборной панелью, низвергла судно с небес.

Дэниел кинулся к приборам. Щелкнул одним, другим, обоими разом — тишина. Включил рацию, умом понимая, что толку не будет: сигнал 808 не пройдет через стратосферу, а все старания увенчаются помехами. Так оно и вышло. На этом терзания передатчика закончились.

Зато планета NRGC 984-D радовала относительно приятным климатом и атмосферой — по крайней мере, если верить датчикам. Недолго, но жить можно.

Дэниел ухмыльнулся. Ключевое слово здесь — недолго. Вряд ли Терранская эскадра передумает атаковать авелиан только из-за того, что какой-то несчастный корабль, которого отправили выяснить, есть ли жизнь на планете в радиусе атаки, не вернулся с докладом. Вся эта кутерьма с разведкой — простая условность, дополнительная галочка к отчету по окончанию войны. Обитаема NRGC 984-D или нет, командующий эскадрой выполнит полученный приказ; спровоцируй грядущий бой хоть с десяток тектонических сдвигов на планете — а он спровоцирует, тут к гадалке не ходи, — земляне будут в ответе за них не больше, чем за Карфаген, Дрезден и Деймос.

Согласно разведданным, авелиане были поразительно схожи с землянами в культурном и физическом плане; наверняка пилота встречного корабля тоже послали для галочки, и очутись он, как и Дэниел, без связи, на командующего авелианского флота это никак не повлияло бы. Как ни крути, бедная NRGC 984-D очутилась не в том месте не в то время — иначе говоря, попала на ось координат в момент, когда между Землей и Авелией вот-вот разразится битва.

У Дэниела начала болеть рука. Ноги подкашивались. Вскрыв аптечку, он промыл рану на руке и забинтовал. Кровотечение прекратилось, но слабость никуда не делась. По-хорошему, прилечь бы отдохнуть, однако Дэниел пересилил себя. Во-первых, он все равно обречен, а во-вторых, глаз различил вдалеке знакомые очертания построек. Теоретически там, где есть здания, должны быть и разумные существа. Осталось проверить, насколько это предположение верно. Глупо, конечно — какая разница, с кем придется разделить печальную участь, — но выяснить, тем не менее, хотелось.

Сняв громоздкий скафандр и шлем, Дэниел открыл шлюз и выбрался наружу. Планета уже преодолела меридиан. Астронавт мгновенно сориентировался по солнцу. С севера и востока равнину ограничивали подернутые дымкой холмы. Небо на востоке пронзали острые шпили гор. На юге виднелись таинственные строения. Три по форме напоминали пирамиды. Четвертое, что стояло восточней, разительно отличалось от остальных, и напоминало, напоминало…

Дэниел прищурился, вглядываясь в знойное марево. Невероятно, но четвертый силуэт смахивал на… сфинкса!

Горячая согласно справочнику, в действительности NRGC 984-D с ее изнуряющим жаром могла смело претендовать на звание сверхжаркой звезды: через полмили Дэниел изнывал от жажды. Еще через полмили появилось желание бросить все и вернуться. Бедняга постоянно прикладывался к фляге, которую захватил с корабля, делая крошечные глоточки ледяной воды. Впереди четко вырисовывались аналоги пирамид… Хотя кого он обманывает? На горизонте маячили именно пирамиды. Четвертое сооружение — точнее, не сооружение, а статуя, и впрямь оказалось сфинксом.

Едва волоча от жары ноги, Дэниел гадал, не занесло ли его часом в Египет — к равнине Гиза, где великий сфинкс Гармахис охраняет пирамиды Хеопса, Хафра и Микерина, расположенные в земной столице Кафр-эль-Харан. Чем дальше, тем сильней крепла уверенность, что его отбросило на пять тысяч лет назад, в древний Египет, когда пирамиды и сфинкс сияли девственной новизной, ибо здешние конструкции возвели совсем недавно. Пирамиды построили будто вчера, сфинкс и вовсе смотрелся как живой — казалось, он вот-вот вскочит на огромные лапы и бросится навстречу путнику, чтобы поприветствовать его.

Или убить.

А может, третий вариант, самый логичный: ранение и безжалостные лучи стали причиной галлюцинации. Но откуда такая экзотика? Если бредить, то чем-нибудь своим, наболевшим. Почему не представить залитую огнями улицу, где соседствуют игорные и публичные дома, или кристально-чистое озеро, хижину на поросшем деревьями берегу и каноэ на тихой глади волн?.. Как и многие путешественники, Дэниел жаждал забыться в одиночестве и пороке, правда, безуспешно. Но эти образы хотя бы крутились в голове, чего не скажешь о египтологии. Да, он бывал в равнине Гиза, видел пирамиды, сфинкса, читал у Геродота о Хеопсе, Хафре и Микерине. Однако в причудливой смеси приключений, выпавших на его долю, фараоны и усыпальницы не играли ни малейшей роли, а потому пригрезиться просто не могли.